Лондонцы

Пембертон Маргарет

— Я в этом не сомневаюсь, — кивнул Тоби Харви не без толики умиления.

Выяснив наконец, с кем имеет дело, Кейт от ярости утратила дар речи и молча уставилась в свой блокнот. Она была уверена, что мистер Харви никого не уведомлял о своем решении, а просто захотел поставить всех в неловкое положение. Она с каменным лицом, выпрямив спину и откинув косу на спинку стула, принялась стучать по клавишам.

— Пожалуй, нам лучше прикрыть дверь, чтобы не отвлекать мисс Фойт от работы, — растерянно предложил мистер Мафф,

равно обескураженный неожиданным появлением в его кабинете Тоби Харви и подчеркнутой холодностью секретарши.

Ощущая на себе внимательный взгляд серых глаз, Кейт продолжала печатать, пока дверь не закрылась, и лишь после этого слегка расслабилась. Так вот он какой, внук мистера Харви! Мисс Пирс словно в воду глядела, предсказывая, что своим появлением он переполошит все предприятие. Но зачем ему вся эта суматоха, если он намерен стать летчиком?

Кейт перестала барабанить как сумасшедшая и перешла на нормальный темп. Не исключено, что дедушка пока не подозревает о намерениях внука. Любопытно, как он отреагирует, когда узнает? Говорят, что Харви-старший не терпит нарушений субординации.

Впрочем, подумала она, к своему внуку старик наверняка относится иначе, чем к персоналу фирмы. Возможно, мистер Харви-старший знает о планах Тоби, но надеется, что тот увлечется работой и откажется от своей затеи. Несомненно, в свете грядущей войны с Германией логику мистера Харви можно понять.

Кейт вздохнула: даже Хетти Коллинз, так гордившаяся раньше сержантским званием Дэнни, уже сомневается, что он поступил мудро, избрав военную карьеру. Говорят, что в армии хорошо служить в мирное время, но если начнется война, быть солдатом совсем не весело. Проклятый Гитлер! Лучше бы родная мать задушила его, едва он появился на свет!

Напечатав все письма, Кейт принялась за адреса на конвертах. Несомненно, мистера Харви обуревают те же сомнения, что и Хетти Коллинз. В конце концов, кому хочется, чтобы его сын или внук сражался на фронте? Тоби Харви похож на спортсмена, он движется легко и непринужденно, как хорошо тренированный человек. Очевидно, он обладает незаурядной волей и целеустремленностью, и Харви-старшему вряд ли удастся переубедить его. Раскладывая письма по конвертам, Кейт уже не сомневалась в том, что внук настоит на своем.

Из-за двери кабинета послышался взрыв смеха, и она удивленно подняла брови. Собеседники, похоже, нашли-таки общий язык, несмотря на неудачное начало разговора. Впрочем, этому вряд ли следует удивляться, учитывая необычные манеры Тоби Харви.

Кейт почти успокоилась и даже подумала, складывая письма в аккуратную стопку, что она, возможно, предвзято отнеслась к молодому человеку. Экстравагантное поведение еще не означает, что он умышленно собирался поставить ее или мистера Маффа в неловкое положение. Значит, это она вела себя по отношению к нему невежливо.

Кейт передернула плечами: что ж,

теперь уже ничего не исправишь! Он тоже мог бы представиться и воздержаться от дурацких замечаний о ее косе. Ей вспомнилось, как он смотрел на нее, и она покраснела. Надо признать, он очень хорош собой. Кейт усмехнулась: нет, об этом ей не стоит и думать! Мечтать покорить внука мистера Харви, владельца крупнейшей строительной компании, столь же бессмысленно, как надеяться обратить на себя внимание короля Эдуарда VII. Такое могла себе позволить только самонадеянная Керри, да и то в ранней юности.

— Ну откуда мне знать о семействе Харви? — удивилась Керри, направляясь вместе с Кейт к Льюишемскому рынку. — Нашла у кого спрашивать! Ведь не я же у них работаю! Знаю только, что старый Харви живет в огромном доме напротив пустоши и ездит на все великосветские сборища.

— Это какие же? — полюбопытствовала Кейт.

— Ну, к примеру, на скачки в Аскоте или же на Каусскую регату.

— Откуда же тебе об этом известно? — ахнула Кейт.

— Я видела его фотографии в «Татлере», а «Татлер» я читаю, когда хожу в парикмахерскую. Понятно?

Кейт ни разу еще не бывала в парикмахерской.

— А фотографий его родственников ты не видела? — спросила она.

— У него их не много, он вдовец, — ответила Керри, когда подруги вышли на оживленную Главную улицу. — Сын погиб во Фландрии, невестка разбилась на машине где-то во Франции или Италии. А может, и в Швейцарии. Точно не помню, но шуму вокруг той истории в газетах было много. Почему ты ничего об этом не знаешь?

Кейт не стала ей объяснять, что не читает колонку светской хроники, а терпеливо спросила:

— И давно это произошло?

— Мне тогда было лет двенадцать, — пожала плечами Керри. — Помню, меня поразило, что кто-то из местных жителей путешествует по таким экзотическим странам, как Италия и Швейцария. А почему тебя это вдруг заинтересовало? Уж не собираешься ли ты написать историю этого семейства для журнала?

— Нет, просто любопытно.

— Странно! Меня вот, например, интересует только, собирается ли Гитлер вторгаться в Чехословакию и что произойдет, если он на это решится.

Кейт промолчала. Оккупация гитлеровцами Судетской области сулила миру войну.

— Дэнни недавно сказал, что у них отменили все увольнения из части, — продолжала Керри, попутно поглядывая на прилавки Льюишемского рынка. — Ходят слухи, что вот-вот мобилизуют флот. Не слишком-то здорово, правда?

— Ничего хорошего в этом, конечно же, нет, — согласилась Кейт, прикидывая, как скажется война Британии с Германией на ее отце, пошлют ли Дэнни на фронт и скоро ли начнется мобилизация.

— Войны не будет! — с облегчением сообщил Кейт мистер Мафф спустя три недели после ее разговора с Керри. — Чемберлен все уладил, и мы можем отныне жить спокойно. Слава Богу!