Лондон бульвар
Шрифт:
Принесли напитки, мы пригубили. Гант сказал:
— Я хочу, чтобы ты взял на себя сбор денег в
Брикстоне
Стритэме
и Кеннингтоне.
— Да я не знаю, мистер Гант…
— Называй меня Роб, ладно?
— О'кей. Роб.
— Тебе не нужно будет больше мотаться из квартиры в квартиру. Будешь бригады распределять, смотреть, чтобы они не слишком много сливок снимали. Все мы любим получить немного сверх положенного, но жадных пидоров никто не любит… Этот твой мистер Нортон
— Роб, он мой кореш.
Официант принес меню. Роб сказал:
— Рекомендую камбалу.
— Я, наверное, стейк возьму.
— А…
Сделали заказ, Роб заказал пару бутылок вина, названия которого я не смог бы выговорить. Официант произнес их без запинки, я слышал. Принесли еду, мы налегли на овощи и картошку. Роб ел со смаком.
— Тебе стоило попробовать эту рыбу, — заметил он.
— В тюрьме рыбы хватает.
Официант разливал вино, когда я это сказал. Пусть послушает.
Роб спросил:
— Слышал, в Кеннингтоне сегодня стреляли?
— Нет. Пропустил новости.
— Подстрелили молодого футболиста.
— Если посмотреть «Скай Спортс», [26] так можно диву даться, как их всех не перестреляли.
— Ты туда захаживаешь, а?
26
«Скай Спортс» (Sky Sports) — британский спортивный телевизионный канал.
— В Кеннингтон?.. Это не мой район.
Роб закончил жевать, уставился на меня, говорит:
— Ты ешь не как зэк — Не понял.
— Еду не охраняешь.
— С тех самых пор, как «Майами блюз» прочитал.
Он заказал десерт: яблочный пирог и два шарика мороженого.
Я отказался. Наконец перешли к кофе, Роб зажег сигару, говорит:
— Кури, не стесняйся.
Мне очень хотелось, чтобы официант посмотрел, как я скручиваю сигаретку. Чтобы весь вечер ему испортить. Роб проговорил:
— Видно, книга избавила тебя не от всех привычек?
Ответа на это не требовалось. Он спрашивает:
— Помнишь, я тебе сказал, что информация — это власть?
— Да.
— Взамен я захочу кое-что получить от тебя… Интересно?
— Конечно.
— Ты отсидел три года за тяжкие телесные.
— Да.
— На тебя затмение нашло.
— Да.
— Это не ты.
— Что?
— Это твой друг Нортон сделал.
— Не может быть.
— У тебя на руках ссадины были?
— Нет… но.
— А у Нортона все руки были искромсаны. Бармен пошел за тобой, он все видел. Ты уже на ногах не держался. Нортон смылся, а копы тебя нашли. Еще кофе хочешь?
— Господи… Я… нет.
— Бренди… от шока помогает.
Официант
Роб щедро плеснул.
Голова кружилась. Я одним глотком выпил бренди. Внутри все зажглось, сильно заболело сердце.
Роб сказал:
— Тебе, наверное, потребуется время… чтобы переварить информацию.
— Зачем ты мне это все рассказываешь?
Роб немного подумал, ответил:
— Я мог бы сказать, что ты мне нравишься, но не думаю, что ты на это купишься. Нортон стал моей головной болью. А теперь он твоя головная боль.
— А что, если я ничего не сделаю?
Он положил руки на скатерть, сказал:
— Тогда я, честно говоря, буду очень удивлен.
Я закурил сигаретку, попытался все это переварить. Спросил:
— Тебе что-то было нужно от меня?
— Да. Как ты думаешь, мои откровения имеют цену?
— Для этого есть только одно слово — да. Чего ты хочешь?
— «Роллс-ройс». «Серебряный призрак».
Я громко рассмеялся.
— Шутишь. Я езжу на автобусе, приятель.
— Но к одному у тебя есть доступ.
Монетка звякнула. Я скрипнул зубами:
— Нортон ублюдок Это он тебе сказал.
Роб улыбнулся, я его спросил:
— А что ты сам его не украдешь? Черт, ты же знаешь, где он стоит!
Он покачал указательным пальцем. Мне это очень понравилось. Говорит:
— Ты ничего не понял, Митч. Я хочу, чтобы ты украл его для меня.
— Да почему, ради всего святого?
— Давай назовем это жестом доброй воли.
Роб извинился и пошел в туалет. Официант появился как из-под земли, насмешливо фыркнул:
— Принести счет, сэр?
— Да, и побыстрее, мать твою.
Вернулся Роб, настоял, что сам заплатит. Я не возражал.
Когда мы выходили, он тронул меня за руку, сказал:
— Спешки никакой нет… Ну, скажем, доставка через месяц?
На улице его ждала машина, он сказал:
— Я могу предложить тебя подвезти, но ты сам сказал, что ездишь на автобусе.
— Роб, мне кажется, я не приму твое предложение.
— Тогда аренда твоей квартиры пять сотен в неделю.
— Да ну брось, Роб.
— Да, и еще кое-что: теперь, когда нас слышат, я для тебя мистер Гант.
Сказал, сел в машину и уехал.
Я хотел пройтись пешком по Друри Лейн, но решил, что на сегодня мне театра хватит. [27]
27
Друри Лейн — улица британской столицы, символ средоточия театральной жизни.