Лом
Шрифт:
Надо. Сформировать. Пятого.
И тут до меня доходит, почему я не могу слепить Пятого ещё раз. Это не фантомные боли. Поле снова работает!
Да как так-то?!
Я остановил попытки создать Пятого и постарался, наоборот, успокоиться. Успокоился и всё понял. Поздно, но понял.
Всё логично. Принц даёт мне провокационную информацию и позволяет проявить себя. Он знает, что я способен на один удар внутри поля. А если генераторов много, то я бессилен. Это просто ловушка и проверка на лояльность, которую я провалил. Гаммы словам не верят — он заранее решил подстраховаться на случай моей
Мог же ведь обратить внимание, что весь экипаж чересчур забронирован и упакован в герметичные скафандры. Думал, может, из-за серьёзности миссии протокол такой. А тут просто принц был очень детализирован в своих указаниях. И все эти предосторожности по упаковке экипажа в броню как раз на случай срабатывания поля по всему кораблю.
Что ж. Я не знаю, где груз. Я не могу противостоять полю. И как в центре такой задницы уничтожить груз?
Я задумался. Подумал разные мысли. Выбрал из них не самые неадекватные. Нашёл сомнительное решение. Понял, что других нет и не будет. Начал действовать.
Времени мало. Корабль вот-вот прыгнет.
Через несколько минут я стоял (висел в невесомости) перед обычной трубой примерно метровой ширины. Техническая полость. Любопытный Оператор-Сигма в своё время облазил каждый уголок каждого транспорта формикадо. Немного разобрался в принципах работы двигателей — от атмосферных, до межсистемных. Внутри этой трубы кристаллические проводники, по которым идут корректирующие импульсы в рабочее пространство самого мощного двигателя корабля. Если уж совсем упростить, то их функция примерно такая же, как у управляющих стержней в ядерном реакторе. Не будет этих импульсов, реакция станет неконтролируемой. Но пока двигатель не запущен, нет смысла вредить регулятор. Надо дождаться запуска. И удержаться после этого в сознании, ведь именно поля, создаваемые работой этого двигателя, глушат любых живых существ.
Я висел в небольшом тёмном пространстве технический ниши и старался ни о чём не думать. У меня будут доли секунды после запуска двигателя. Мне придётся сформировать Пятого под влиянием дестабилизирующего поля, которое тут тоже присутствовало, и до кучи под влиянием ещё более мутного поля, которое создаёт межсистемный двигатель.
Жду.
Дождался.
На меня резко навалилась серая тяжесть. Двигатель запустили.
Я создал Пятого и ударил по трубе. На всё ушли доли секунды. Но мне хватило. Сознание сказало «да ну нахрен» и свалило в спасительную бессознательность ещё до того, как я понял, получилось у меня или нет.
Эпилог
Крейсер.
— Они аннигилировали! — закричал генерал. — Они взорвались!
Мрачная Акуна, выскочила из кресла, где сидела бездумно листая файл с описанием оружейных систем крейсера, подскочила к экрану, на который смотрел генерал. И с округлившимися глазами наблюдала за ярким световым пятном, образовавшемся на месте корабля инсектов.
Несколько секунд она переваривала произошедшее, потом подозрительно посмотрела на генерала.
— Это ты их подстрелил?
— Нет. Не я. Да зачем тогда мне тебе это говорить? Я бы экран переключил, ты бы и не знала ничего. Это они сами или кто-то помог. Но на радарах никого. В любом случае надо валить отсюда! Готовься к прыжку! — скомандовал генерал.
Акуна побежала к медкапсулам, которые были в соседнем с капитанским мостиком помещении. Две капсулы занимали тела Славика и Димона. Их тоже надо было подготовить к прыжку. Подбежав к капсуле с Димоном, Акуна собралась было выбрать на панели управления соответствующий режим, как обратила внимание, что тело Димона мелко трясёт, а капсула, оказывается, работает с максимальной нагрузкой, поддерживая жизнь в теле, которое неожиданно стало разрушаться. Акуна вывела на экран данные о состоянии пациента.
Картина была донельзя странной. Тело Димона будто кипело. Хаотично по всему телу внутри и снаружи будто взрывались маленькие невидимые мины. В основном доставалось мышцам, но был повреждён и мозг и почти все внутренние органы. Акуна посмотрела на капсулу со Славиком. Там картина была идентичная тому, что творилось с Димоном.
— Тао, близнецы умирают! — закричала Акуна.
Через несколько секунд примчался генерал и тут же начал работать с медкапсулой, задействуя её на полную мощность. Непонятные мини взрывы терзали тела близнецов совсем недолго, но последствия были печальные. Телам предстояло восстанавливаться ещё долго, так были повреждены практически все органы.
— Они стабилизировались, — наконец произнёс генерал. — Нам надо уходить в прыжок. Не нравятся мне эти аннигилирующие корабли!
Акуна бросила настороженный взгляд на Димона и полезла в свою капсулу.
Когда она пришла в себя, то обнаружила, что капсула с генералом уже пустая. Выскочив из своей капсулы, она первым делом проверила близнецов. Те выглядели целыми и невредимыми. Экран состояния показал, что состояние у них далеко от оптимального и лечение продолжается. Оба находились в полной бессознательности.
Генерал нашёлся в кресле пилота с чашкой чая в руке.
— С пробуждением, Акуна, — поприветствовал девушку генерал.
— Где мы? — спросила та, кивнув в ответ на приветствие.
— Подальше от всех. Надо продумать, куда двигаться дальше, только потом можно будет прыгать ещё раз. Пока посидим здесь и обсудим наши дела… Ты есть хочешь?
— Да. Я бы перекусила и приняла душ.
— Тогда иди в душ, и жду тебя в столовой.
Через полчаса посвежевшая и переодевшаяся в чистое Акуна зашла в столовую. Душ, правда, не помог смыть налёт мрачности с лица девушки.
В столовой Акуна набрала еды и молча стала жевать. Было не похоже, что её сильно волнует вопрос, куда дальше лететь и что делать.
— Он не мог иначе, — правильно понял её состояние генерал. — Он солдат. «Миссия», «задание», «приказ», «долг»… он живёт этим.
— Да всё нормально. Не в первый раз. Я соберусь. Говори, куда летим, кому башку откручивать будем? — Акуна старательно сделала вид, что всё в порядке, но под пристальным взглядом генерала опустила плечи и произнесла совсем не то, что собиралась. — Мне по-настоящему показалось, что всё по-настоящему. Понимаешь, будто вот прям оно…