LIVE-RPG. Эволюция 2

Кронос Александр

Размытое движение. Дэки за секунду оказывается около девушки. Нож прижат к горлу. Что-то шепчет ей на ухо. Вижу, как около входа замирает, дёрнувшийся было к дивану, студент. Глаза слегка ошеломлённые и непонимающие. Ну да, у него наверняка на неё есть планы. По крайней мере на сегодня. Через несколько мгновений, молниеносная фурия отходит в сторону. На шее её "собеседницы" остаётся лёгкий порез. В глазах страх. Ноги сомкнуты. В мою сторону старается даже не смотреть.

Не сдерживаю усмешку. Похоже в ближайшее время мне не светит потрахаться с кем-то ещё. Уловившая звук Дэки бросает в мою сторону быстрый взгляд. Губы поджаты, глаза яростные. Убираю улыбку со своего лица. Не стоит

зря её провоцировать. Кусок мяса сидящий на диване я всё равно трогать не собирался.

Ситуацию разряжает помощник, вместе с двумя сопровождающими принёсший наши вещи. Вместе с оставленными рюкзаками принёс вещи страйкболиста и его оружие. Узнаю про тело Богдана. Говорит, что его уже перенесли. Завтра можно будет похоронить. Назначаю мероприятие на девять утра. Всё, что нам от них нужно - транспорт и проводник, который покажет, где тут местное кладбище. Кивает головой. Узнаю, где в городе располагается клиника ГЛОМС. Отвечает, что она всего одна, в юго-восточной части города. Там их граница влияния пролегает по зданию почты, превращённому в основной узел обороны. Дальше пустая территория, ранее входившая в километровую зону безопасности. Собственно сама почта и прилегающие улицы тоже в неё попали. Поэтому гарнизон приходилось постоянно ротировать. Но этот кусок границы держал один из "полевых командиров", солдаты "центральной армии" там присутствовали больше в качестве наблюдателей.

В период борьбы за власть, в этом районе велись ожесточённые бои. Каждый хотел получить контроль за стратегическим объектом. Когда они в итоге подписывали мирное соглашение, договорились, что в клинику будет обеспечен свободный проход для каждой из группировок Кстово. Включая тех, кто располагается далеко от неё. Но по сути, подступы контролируются всего двумя игроками в городе. Святка удерживает прилегающий район города и дачный посёлок с юга. Его основной оппонент разместил своих людей в дачном посёлке на севере.

Озвучиваю, что сразу после похорон, мы выдвинемся туда. Пусть предупредят своих людей на постах. Помощник обещает всё сделать и выделить нам транспорт. После чего уходит. Момент смотрю ему вслед, размышляя о том, насколько велик для экс-мэра окажется соблазн завести нас в засаду. И как отреагируют на наше появление остальные "кланы". Но сил на то, чтобы сейчас заниматься анализом, нет. Накатывает волна усталости после боя. Схлынувший адреналин забирает ощущение бодрости и готовности провести всю ночь на ногах.

Закрываю дверь и запираю на засов изнутри. Двигаем один из шкафов, перекрывая им вход. Массивная деревянная махина, которую мы еле перемещаем по полу. Даже если дверь попробуют взорвать с той стороны, он устоит. Конечно, если они не надумают разнести половину здания. Но вероятность агрессии сегодня ночью я и так оцениваю, как весьма низкую. Это скорее для внутреннего спокойствия.

Закончив, располагаемся за столом. В качестве ужина нам приволокли несколько банок тушёнки. Плюс банка консервированных ананасов. Дэки моментально опустошает первую банку мясных консервов. Потом приступает ко второй, поглощая еду в более медленном темпе. Сам я, отправив в себя половину банки, встаю. Подойдя к бару, несколько секунд изучаю содержимое полки. Взяв бутылку рома и несколько стопок, возвращаюсь на место. Разливаем. Не чокаясь, выпиваем за Богдана. Добив банку тушёнки, опрокидываем ещё по пятьдесят грамм. На этом, пожалуй, стоит остановиться.

Думаю, стоит ли выставлять сегодня посты. Все устали и вымотались, сейчас уже ночь. Определяюсь. Подтягиваем к двери ещё один шкаф. Топорно - да. Но эффективно. Чтобы сюда войти, даже с применением взрывчатки, им придётся постараться. Потратив приличное количество времени.

Мы к тому времени точно успеем проснуться и занять позиции. Укрепив вход, вспоминаем о наличии тут душа с горячей водой. Когда девушки удаляются отмываться, студент спрашивает, можно ли ему "забрать на ночь" пленную. Даю разрешение. Уточняю, чтобы не вздумал оставить её освобождённой. Руки и ноги фиксировать в обязательном порядке после окончания "процесса". И тело сильно не портить, она нам ещё пригодится. Парень выдаёт довольную улыбку и уже совсем по-другому пялится на нашу пленницу.

Когда из душевого блока показываются посвежевшие Дэки с Анной, туда отправляемся мы. Автомат и "Сову" оставляю в гостиной. Захожу в кабину. Сначала небольшой предбанник с крючками для одежды. Потом сам душ. Внутри находится целый кусок мыла. На то, чтобы отмыться, уходит минут пять. Одеваюсь. Возвращаюсь назад. Анна уже ушла в одну из "общих" спален. Вместе с Дэки ждём возвращения Егора. Появившийся парень окидывает нас взглядом, поднимает с дивана пленницу и отправляется во вторую "общую" комнату. Оставшаяся девушка молча направляется ко входу в третью.

Подхватив оружие, иду за ней. Внутри, приходится сразу отбросить его в сторону. Сам я чувствую себя полностью вымотанным. Но после того, как Дэки опрокидывает меня на кровать, а её губы оказываются на члене, понимаю, что недооценивал ресурсы своего организма. Следующие минут двадцать она выжимает из меня всё, что осталось. Оказывается, девушка ещё и не забыла захватить с собой последний оставшийся презерватив из гостиницы. Закончив, чувствую себя полностью неспособным на активные действия в ближайшие пятнадцать минут. Душ точно отпадает. Девушка тоже лежит рядом. Осторожно берёт меня за руку.

В голову приходит вопрос, который мой расслабленный мозг сразу отправляет наружу.

– Почему Дэки? Прозвище или сокращение?

Несколько секунд девушка молчит. Потом рассказывает. Сокращение от имени Дэкиэна. В переводе с румынского - волчица. Кто-то из её родителей, судя по всему, был оттуда. Кто именно она не знает. Воспитывалась в детском доме, куда её сдали в три года. Оттуда, как исполнилось семнадцать лет, загремела в психиатрическую больницу. Сначала в отделение для несовершеннолетних, где провела год. Потом ещё год в отделении для буйных. Когда его расформировали из-за поведения заведующего, её отправили в ту больницу, около которой мы их встретили. Там сначала тоже держали в блоке для особо опасных. Но после того, как посчитали ситуацию улучшившейся, перевели к тихим. Суммарно, в новой больнице она пробыла почти два года, пока не пришло сообщение от "Альберта".

На языке крутится вопрос о том, что такое творилось в детском доме, раз у неё появились проблемы подобного характера. Да и в её первом отделении для взрослых, тоже всё было нечисто, судя по её словам. Останавливаю себя. Если захочет, расскажет сама. Когда засыпаем, мне в голову приходит ещё одна мысль. Ей же получается всего двадцать один год. А то и двадцать. Почему-то всегда казалось, что ей не меньше двадцати пяти или больше. На этой мысли отключаюсь.

Просыпаюсь от толчка в плечо. Дэки, уже полностью одетая и экипированная стоит около кровати. Увидев, что я проснулся, слегка улыбается и выходит. Встав, натягиваю на себя одежду и амуницию. В гостиной на столе ждёт завтрак. Ещё по банке консервов, на этот раз из наших рюкзаков. И вчерашние ананасы. Когда заканчиваем есть, Егор притаскивает пленницу. Усаживает около дивана на пол, освобождает руки и ставит перед ней открытую банку с ложкой внутри. Та жадно набрасывается на еду. Подождав, пока выскоблит всё содержимое банки, студент возвращает наручники на место. Ноги так и остаются связанными.