Little hunter
Шрифт:
— Боюсь себе представить, — Хейл чуть-чуть улыбается, поднося к губам бокал виски и делая глоток. — Итак?
— Он сказал, что обычно девушки отказываются от десерта, — Эллисон замирает, держа бутылку в одной руке, а бокал в другой. — Серьезно, я два с лишним часа переносила его общество только потому, что Эви сказала, что в этом ресторане просто нереальный тирамису. И это, кстати, правда, — Элли блаженно закатывает глаза. — Мне нужно сходить туда в более приятной компании, потому что сегодня я чуть не подавилась. Ты
Альфа посмеивается и трет лоб рукой, медленно качая головой.
— И ты даже не воткнула ему вилку в руку?
— Я очень сдержанная и приличная девочка, Питер. — Эллисон вздыхает, наконец-то наливая вино в бокал. — Но я сказала, что прострелю голову любому, кто рискнет зайти ко мне сегодня вечером.
— И отцу? — Питер удивленно приподнимает брови.
— Нет, с папой я поговорила по телефону, он приедет только завтра утром. Сказал, что будет меня утешать, — Эллисон вздыхает, одним глотком отпивая половину бокала и морщась. — Боже мой, что я делаю? — смотрит на ополовиненный бокал, отставляя его в сторону.
— Два с лишним часа? — задумчиво тянет Питер, внимательнее прежнего рассматривая Эллисон.
— Да. Это было не просто скучно, это было ужасно. Я видела уже таких самовлюбленных засранцев, точнее одного — Уиттмора, — Элли откидывает рассыпавшиеся по плечам волосы, делая глубокий вдох. — И… чёрт, когда Джексон ко мне подкатывал, он хотя бы пытался быть милым…
— Элли, не переживай так, — Питер качает головой. — Ты ведь прекрасно понимаешь, что ты ничего не должна этому самовлюбленному засранцу.
Арджент вздыхает, покачав головой, и забирается на постель с ногами.
— Ты правда была в этом платье? — чуть тише уточняет Питер, скользя взглядом по изгибам девичьего тела, по краю весьма откровенного декольте и кромке короткой юбки, из-под которой сейчас выглядывает кружево чулок.
— Правда, — Эллисон хмурится, делая еще один глоток. — Мне пришлось смотреть ему в глаза весь вечер, чтобы он не пялился на мою грудь. А еще Джошуа сказал, что следующий в списке моих потенциальных женихов Адам Калаверас. И это, на самом деле ужасно, потому что, во-первых, я охотилась с ним, и знаю, что он, ну… он садист. А Арая, знаешь, тоже не слишком милая женщина и ей мои поправки к охотничьему кодексу — кость в горле. Я не хочу встречаться с садистом, даже один раз, даже в людном месте…
— Тебе не придется.
Эллисон удивленно приподнимает брови, глядя на оборотня, наклоняет голову к плечу и тихонько, даже как-то восхищенно тянет:
— Ты ревнуешь…
Питер коротко рычит, пожав плечами, но охотница прекрасно видит, как в прозрачных голубых глазах мужчины по каемке радужки разгорается алое пламя.
— Ты ревнуешь, Питер, — повторяет снова, на этот раз утвердительно. Эллисон старается не зацикливаться на том, насколько это льстит и возбуждает — ревность взрослого, влюбленного мужчины.
—
— Я не сомневаюсь, — всё так же тихо произносит охотница, наклоняясь к столику, на котором стоит ноутбук, чтобы поставить бокал рядом с ноутом. И чтобы наклониться достаточно низко, предоставляя мужчине отличный обзор.
— Я слышал о внуке Араи Калаверас, — Питер тоже ставит стакан на стол, наклоняясь чуть ближе к экрану. — Садист с кодексом чести. Тебе не нужно с ним встречаться.
— В эту поездку мне и не придется, — Эллисон неосознанно проводит ладонью по шее к груди и обратно, наклоняя голову. — Но потом… Честь, традиции и выгода. Вот что должно быть выбито на гербе, который висит над камином на первом этаже.
— Это твой клан. Твои правила. И твоя эпоха, — Питер знает, что алый цвет из радужек так и не ушел, а еще знает, что Эллисон это не пугает.
Может быть даже возбуждает немного — вервольфу трудно ориентироваться без привычных органов чувств, наблюдая за девушкой через камеру.
Учащенное дыхание, ласкающие, пусть и неосознанные прикосновения пальцев к коже, блестящие от постоянных облизываний розовые губы и трепещущие ресницы — ошибиться все равно сложно.
— Тебе не нужно встречаться ни с ним, ни с английским щенком, — Питер внимательно смотрит в глаза Эллисон. — Даже не потому, что я этого не хочу. Просто потому, что ты не должна.
— Я знаю, — Эллисон снова облизывает губы, а пальцы её замирают на ключице.
— Я хочу тебя, — просто выдыхает альфа, переводя взгляд на руку девушки, и снова на лицо. — Покажешь мне платье?
Элли медленно кивает, разворачивая ноутбук и вставая с кровати. Одергивает подол юбки, проводит кончиками пальцев по вырезу декольте, выравнивая, привычным движением взбивает волосы, и проводит ладонями по бокам до бедер, разглаживая все складки на ткани, туго обтягивающей тело.
— Я ничего не хочу сказать против, — негромко тянет Питер, жестом прося девушку повернуться — Эллисон послушно оборачивается вокруг своей оси, снова останавливаясь лицом к ноутбуку. — Но это немного слишком откровенно для первого свидания, нет?
— Не я выбирала, — Эллисон улыбается немного виновато. — Не нравится?
Альфа укоризненно хмурится.
— Напротив. Мне нравится. Но я бы хотел его с тебя снять.
Эллисон игриво щурится, снова садясь на постель.
— И я действительно бешусь, когда думаю о том, что какой-то английский щенок имел счастье лицезреть тебя в этом платье на протяжении двух с лишним часов, — спокойно, но с легким рычанием продолжает Питер.
— Он еще довез меня домой, — Эллисон лукаво улыбается и снова ведет рукой по шее вниз, на этот раз не останавливая руку, проводя раскрытой ладонью по груди.