Литерный
Шрифт:
– Видите ли, Маргарита, – обратился он к девушке. – Как всякий уважающий себя прорицатель, мой отец зашифровал свои пророчества.
– А зачем? – удивилась девушка.
– На тот случай, если записи попадут в руки недостойных людей, – еще один быстрый, полный презрения взгляд в сторону начштаба. – Которые, конечно же, захотят воспользоваться ими в своих корыстных интересах. Мне отец оставил ключ к расшифровке своих пророчеств. Как раз сейчас я этим и занимаюсь. Процесс этот совсем не простой… Понимаете?
– Понимаю, – кивнула Рита,
– Пока я дошел только до прошлого года. И, должен сказать, ни в одном из своих пророчеств отец не ошибся! Он с точностью до минуты указал время, когда первый захваченный террористами самолет врезался в башню Торгового центра в Нью-Йорке. Он предвидел, что…
– Хватит, хватит, Яков Михайлович, – прервал потомственного прорицателя Скурцев. – Мы с удовольствием выслушали бы все ваши истории, но нас поджимает время.
– Истории, – презрительно фыркнул Вертель и отвернулся в сторону.
– Познакомьтесь, Риточка, с Венерой Марсовной Бабакиной, – полковник подвел девушку к закутанной в шаль толстухе. – В отличие от прочих, она истинная колдунья. Хотя по штатному расписанию проходит как экстрасенс.
– Шо такое эхтрасенс! – Венера Марсовна взмахнула рукой и выбросила из кулака три пальца. Акцент у нее был откровенно одесский. – Тьфу! – Толстуха плюнула на пальцы и сложила из них кукиш. – Во шо такое ваш эхтрасенс!
– Венера Марсовна утверждает, что происходит из древнего рода румынских цыган, – продолжил свой рассказ полковник. – Одним из ее дальних родственников является сам Влад Цепеш.
Бабакина выставила перед собой руку с растопыренной пятерней так, будто собралась толкнуть Павла Николаевича в грудь.
– Милейший, межу прочим, был человек, Владик! А то, шо о нем болтают, – бред на постном масле! На него ешо када, – Венера Марсовна махнула рукой куда-то очень далеко, – напраслину возводить стали! А все за то, шо Владик наш ешо в те тяжелые феодальные времена в подвластной ему волости демократические реформы проводить начал!
– Ага, – рассмеялся Вася. – Крестьян своих на кол сажал и жег каленым железом.
– Брехня все это! – решительно провела рукой слева направо Венера Марсовна. – Чистой воды брехня!..
– Товарищи колдуны! – полковник лишь слегка повысил голос, но этого оказалось достаточно для того, чтобы все умолкли и обратили свои взоры на него. – Пора приступать к работе.
Павел Николаевич сделал приглашающий жест в направлении стола. Точнее, того конца стола, где стоял компьютер. Сам же он тем временем подошел к начштаба, который тут же протянул ему наполненную рюмку, чокнулся с ним и Трупенем, быстро выпил и кинул в рот пару хрустких грибков.
– Итак, – вытирая губы, приблизился к колдунам полковник. – Задача следующая…
– Нет-нет, – Вася Собкин взмахнул рукой, откинул голову назад и крепко зажмурился. – Я сам… Сам…
Выставленной вперед рукой он принялся водить из стороны в сторону.
– Задача… касается… – Вася говорил
Ясновидящий тяжело выдохнул, как будто сбросил с плеч мешок цемента.
– Ну-у, ежели зрить в корень… – Трупень покрутил насаженным на вилку огурчиком. – Конечно, обороноспособность страны зависит от многих факторов, в том числе и от состояния экономики… А состояние экономики, в свою очередь, зависит от подготовленности кадров…
– Стоп! – взмахнул рукой Вася. – Я сам… Сам… – Он снова закрыл глаза и, как слепой, принялся разводить перед собой руками. – Речь идет… О… О… – Он быстро облизнул вроде как пересохшие губы. – Об экономическом потенциале… Нет! – экстрасенс болезненно поморщился и затряс кистью руки. – Об экономической составляющей… ближайших планов…
– Не тужься, Вася, – с сочувствием посмотрела на ясновидящего Венера Марсовна. – Все одно ведь ни шиша не выходит.
– Бывает, – развел руками Вертель.
– Нет-нет! – протестующе замахал руками Собкин. – Я сейчас… Речь идет об экономической зоне… Нет! О зоне экономического вхождения…
– И выхождения! – не сдержавшись, хохотнул Трупень. Да еще и пальцем ясновидящему погрозил. – Не идет у тебя сегодня работа, Васька! Не идет!
– Короче, – вытянув из вороха карт ту, что была нужна, полковник расстелил ее на настольном экране с низовой подсветкой, а остальные сдвинул в сторону. – Нас интересует вот этот объект! – он ткнул пальцем в точку на карте. – Городок под названием Лихое. Расположен неподалеку, в четырех часах езды.
– И что там? – спросил Вертель.
– А это вы мне сейчас расскажете, – лукаво улыбнулся Павел Николаевич. – Риточка, у тебя есть адрес?
– Моховая, двенадцать, – ответила девушка.
Она с неподдельным любопытством наблюдала за происходящим. Ее интересовал не столько конечный результат, тем более что пока она весьма смутно представляла, в чем именно он будет заключаться, сколько сам процесс.
Полковник сдернул карту с экрана и положил на ее место другую, более крупную.
– Вот он, – указал он место на карте. – Моховая улица, дом номер двенадцать. Что вы можете мне о нем рассказать?
– Дом! – тут же выпалил Вася.
– Удивил, – криво усмехнулась Венера Марсовна. – Скажи хоть, какой дом? Блочный али кирпичный?
– Э-э-э… – Вася задумался, прикрыл глаза ладонью, а из-под ладони посмотрел на Риту. – Двух… – Пауза. – Нет! Трехэтажный дом! С широким парадным крыльцом!
– Он? – спросил полковник у Риты.
Девушка коротко кивнула.
– А над крыльцом! – потрясая указательным пальцем, продолжал вошедший в раж ясновидящий. – Над крыльцом три круга с барельефами! – Вася зажмурился. – Горький! – сделал он отмашку рукой. – Пушкин! – еще одна отмашка. – И… – Вася быстро-быстро защелкал пальцами и скривился так, что Рите стало жалко его. – И…