Шрифт:
I
Снежинки медленно плыли в воздухе. Был хмурый день поздней осени, когда с самого утра не видно солнца, и уже в полдень кажется, что наступил вечер. И вот такой вечер длится весь день и потом начинает медленно перетекать в ночь.
Хлопья снега парили в воздухе, крупные и красивые, опускаясь на небольшой караван кочевников, ползший по бескрайней степи. Два десятка кибиток и фургонов с женщинами, стариками и детьми да нехитрым скарбом, и полсотни всадников, в основном мужчин. Какой-то небольшой клан передвигался в поисках лучшей стоянки, где будет больше корма для скота: довольно крупной
Снег постепенно набирал силу и начинал идти плотнее. Благо, что ветра почти не было, иначе это была бы метель не на шутку. Но темнело всё больше, и кто знает, какая погода будет ночью? Не хотелось бы угодить в ночную метель.
Глава отряда, плотный мужчина лет сорока с серьёзным и выразительным лицом, поглядывал на своих подопечных. Он видел вдалеке на западе гряду холмов и очень хотел добраться туда до наступления темноты. Под защитой холмов метель, если она разразится, будет переждать намного легче. Можно будет встать под каким-нибудь склоном, собрать скот в одну кучу, окружить кибитками, и в целом неплохо устроиться. Если повезёт, найдётся уютная долина или распадок, где ветер почти не достанет.
С другой стороны – они могут и не успеть к наступлению ночи добраться до холмов, или же не найдут стоящего укрытия. Так может, лучше сейчас, пока ещё есть время, расставить кибитки в круг, согнать в центр скот… Можно даже успеть поставить юрты и переждать ночь с относительным удобством.
Так он смотрел то на свой караван, то на гряду холмов в отдалении, куда закатывалось солнце, то на потемневшее на севере небо, предвещающее непогоду.
– А ну-ка, давайте быстрее! – крикнул он, привстав в седле. – Давайте-ка шевелитесь, а то спите на ходу! Ты, господин, тоже давай шевелись! Увязался с нами, так делай, что все делают!
Последняя фраза относилась к всаднику, который ехал рядом с одной из кибиток. На первый взгляд, он выглядел, как и все кочевники в степи – меховая шапка с ушами, овечья шуба мехом наружу, стёганые тёплые штаны, сапоги на собачьем меху с приподнятыми вверх носками. И лошадь такая же, как у всех – низкорослая, с лохматой нестриженой гривой. Но его лицо было намного светлее и менее загрубевшее, чем у спутников, да и черты его были тоньше и благороднее. Можно было понять, что это действительно господин, не утруждавший свои руки тяжёлым трудом и не подставлявший своё лицо солнцу и ветру изо дня в день. Впрочем, держался он в седле очень хорошо, но скорее держался как воин, а не как пастух.
В ответ на призыв главы клана он коротко кивнул и пришпорил коня. Возница повозки, которую он сопровождал, стегнул лошадей и покатил быстрее. Весь караван среагировал на слова своего предводителя и пополз заметно скорее, подтянулся и сосредоточился.
Вождь клана Мэргэн довольно кивнул и чуть улыбнулся в бороду. Его настроение улучшилось, и он ощутил потребность с кем-нибудь поболтать. Всех своих родичей он знал слишком давно и хорошо, а вот чужак его интересовал. Мэргэн придержал коня и дождался, когда благородный чужестранец поравняется с ним.
– Что, господин Хару, нравится вам погодка? Там, откуда вы родом, наверное, не бывает снегопадов, а?
– Нет,
Хару отвечал вежливо, но не очень охотно. Заметил Мэргэн это или нет, но он не отстал и продолжил донимать собеседника:
– Вот никак я не пойму, господин Хару, на кой чёрт вам понадобилось с нами переться? И ведь не просто с нами за компанию, а настаиваете, чтобы мы уходили всё дальше и дальше на запад. Надо бы вам сказать, что так далеко кочевники никогда не уходят, как мы ушли. Вы ведь не степняк, да ещё и с ребёнком. С каждым днём мы движемся всё дальше, здесь, кроме нас, и нет никого. Сколько уж дней прошло, как мы кого-то встретили? А вы-то ведь к хорошей жизни приучены, да и не привычны так долго в седле болтаться. Ну, скажите мне, господин, объясните мне!
Около двух с половиной месяцев назад, когда осень ещё только-только вступала в свои права, Хару обратился к Мэргэну со странной просьбой взять его с собой в кочевье. Это происходило в маленьком городке на берегу большой реки, называемой Степная Мать. Городок этот, не принадлежащий никому, носил имя Сатыш, и в нём не имелось ни одной постоянной постройки, лишь множество юрт да фургонов, превращённых в жильё. Это было место, где пересекались пути кочевников, чем пользовались торговцы из цивилизованных стран. Скорее Сатыш можно было назвать огромным торжищем, чем городом в привычном понимании этого слова.
Мэргэн, прежде чем пуститься в далёкий путь по степи на многие месяцы, а то и годы, вёл там кое-какую торговлю шерстью, скотом и шкурами. Когда Хару обратился к нему, он рассмеялся и подумал, что это такая шутка заевшегося аристократа. Но серьёзное лицо и увесистый мешочек золота говорили вполне определённо.
Мэргэн был честным человеком. Хару производил хорошее впечатление. Что же, если хочет путешествовать, пусть отправляется с ними. Тогда Мэргэн взял мешочек в руки, прикинул его вес, раскрыл и отсыпал примерно две трети монет себе в руку. Деньги были разносортные, золотые и серебряные, с изображениями парящего дракона, головы оленя и тигра на скале. Оставшиеся он протянул обратно Хару.
– Ты даёшь слишком много, господин. Возьми обратно, твоё место в моей юрте не стоит так дорого.
– Хорошо, но я не один, – отвечал Хару, протягивая полегчавший мешочек обратно Мэргэну.
– Кто же с тобой?
– Ребёнок, и ему нужно не только место в юрте, но и хорошая еда.
– Ребёнок? – удивился Мэргэн. – Сын, что ли?
– Сын, – кивнул Хару.
– Сколько ему лет?
– Пять с небольшим.
– Значит, кормилица не нужна. Это хорошо. Ладно, сын так сын, но учти, переход может быть тяжёлым, дети порой умирают в степи.
Хару пожал плечами.
– У нас с сыном нет выбора. Нам нужно дальше в степь, дальше на запад.
– На запад? Просто на запад? Но ты ведь знаешь, что там ничего нет, кроме нескончаемой степи? Мы редко кочуем в ту сторону, а если и кочуем, то не забираемся далеко.
– Да, я слышал об этом. Но я прошу тебя именно об этом направлении. Быть может, не только я, но и ты со своими людьми найдёте на западе что-то хорошее.
– Ладно, это направление ничуть не хуже, чем все другие. Твой сын поедет с моей женой в кибитке. У неё тоже сын такого же возраста, так им будет веселее и теплее. Ты прибыл сюда на барже по реке?