Лисий дом

Мудрецы из храма Семи Стихий утверждают, что звезды на небе – это целые обитаемые миры, такие же, как наш. Многие сомневаются. Отчего же я в это верю? Да просто потому, что знаю.

Я до сих пор помню, как встретила его.

С тех пор прошло немало лет, мои человеческие ровесницы уже состарились, а я обрела новое лисье достоинство. Вопреки презрению других лисиц я стала равной.

Но

тот миг я помню, словно это случилось мгновение назад…

Шла моя десятая весна. Я была еще мала и не вошла в пору, когда девочек одевают во взрослое платье и засылают к ним сватов. Мы с детьми-лисами пошли играть на окраину города.

Зачем я отправилась с ними? Не знаю.

Была я сиротой, более того, полукровкой. Случись такое у лисиц попроще, отношение к неравному союзу вышло бы иное. Но моей матерью оказалась любимая дочь Шелковой Бури. Имя матери после свершившегося вымарали изо всех клановых списков, а об отце я и подавно не слыхала. Однако подозревала, что он родом не из Хины. Западный варвар? Наверное. Все в моем облике говорило об этом.

Мне в то время вообще мало что рассказывали, да и замечали редко, так что я старалась урвать малые крохи внимания.

Может быть, поэтому…

С высокого насыпного холма, поросшего дикими маками, открывался великолепный вид на город и степь. Воздух свеж, и обманчиво теплый ветерок манит избавиться от верхних одежд.

Я всегда тянулась ко всему красивому, чутко вбирала в себя образы, запахи, звуки… Позже я узнала, что лисы так воспринимают окружающую действительность. Вот почему люди ценят наши произведения искусства, а пуще всего завидуют нашим способностям.

Мне хотелось присесть и полюбоваться красивым видом, но разве это было возможно?

– Давай, играй! Хватай, кусай! – хихикали девочки, толкая меня друг к другу.

– Она не может, – засмеялась Звонкая Река, законная внучка главы клана. – Полукровка даже не может обратиться в лисицу по своей воле.

– Неполноценная! – крикнула мне прямо в лицо красавица Тонкая Ива.

Волосы – черный шелк, косы с кулак толщиной, лицо округлое, маленький нос и глаза как миндаль. Как такой изящный рот может изрыгать столько грязи? Кожа как сливки. Только в этом я могла соперничать с нею. Лучше заткнуть уши и любоваться.

Она всего лишь повторяет слова взрослых.

– Полукровка! Полукровка!

– Жалкое отродье!!!

– Убирайся к варварам, там тебе самое место. Они таких любят!

Детская обида и одиночество. Да, я не в силах управлять своим даром. Я и моя Лиса – сами по себе. Не в силах выносить злой смех и тычки сверстниц, я разорвала связь и ушла в Тень, явив миру свою Лису.

Сестры мигом обратились и, весело тявкая, начали терзать мою Лису. Они тянули ее за хвост и уши, кусали и скакали вокруг, как припадочные. С жалостью я наблюдала из Тени за своей Лисой, не в силах ей помочь. Но, что бы ни случилось, нельзя срываться, иначе виноватой буду я.

Моя Лиса припала к земле, поджав хвост и прикрывая лапами морду. Была она темно-серебристой, так же как мои волосы считались слишком светлыми и напоминали пепел. Другие лисички были

рыжими, а Звонкая Река самой красивой – красно-палевой.

Казалось, мучениям не будет конца…

И тут появился он.

Статный Лис выскользнул из травы и глухо тявкнул, привлекая внимание лисят. Роскошный мех зверя отливал золотом на солнце. Миг – и он обратился в человека, облаченного в скромные серые одежды мастера. Мечи-бабочки [1] на перевязи не оставляли в этом никаких сомнений.

– Что это тут? Почему вы обижаете свою сестру, маленькие негодяйки?

Лисички тотчас вернули себе людское обличье и наперебой затрещали, кланяясь гостю:

– Что вы, господин, мы просто учили полукровку хорошим манерам!

– Она первая проявила неуважение к чистокровным, – вставила Осенний Листок, подружка Звонкой Реки.

– Кровь есть кровь. Пусть наполовину, но она ваша сестра. Я не потерплю подобные речи!

– Мы должны были проучить ее, господин! – дерзко сказала Звонкая Река.

– Тихо! – прикрикнул мужчина на девочек и присел на корточки рядом с моей Лисой, все еще скулящей и дрожащей от страха. – Тихо, тихо, – совсем другим тоном продолжил он, осторожно поглаживая пепельный, черный у корней мех.

Он запустил пальцы в подшерсток и осторожно почесал под челюстью. Лиса привстала и потерлась мордочкой о протянутую руку.

– Ну вот, глупая. Ничего страшного. Возвращайся уже, – сказал он, и я ему поверила.

Моя сущность кубарем вывалилась из Тени в наш мир, а Лиса вернулась обратно в Тень. Я внимательно смотрела на незнакомца, но, помня о правилах приличия, вбитых досточтимой бабушкой, поклонилась и представилась первой.

– Приветствую вас, господин. Да пребудет с вами милость богов. Живите вечно! Я Маленький Цветок. Благодарю вас за проявленное милосердие! Дозвольте узнать, кому я обязана своим спасением? – закончила я свои витиеватые речи.

– Я Золотой Лис из клана Первородных. А ты дитя какой Ветви? – задал он мне отчасти жестокий вопрос.

Формально я не была признана, а отец мой слыл безвестным человеком.

– Моя мать из клана Второй Ветви, господин, – ответила я, с поклоном скрыв покрасневшее лицо.

– Маленький Цветок… красивое имя. Я слышал о тебе, девочка, – неожиданно сказал он.

– Правда, господин?

Удивлению моему не было предела. Порой мне казалось, что я стала невидимкой, особенно для взрослых, и только нападки сверстников говорили, что я все еще существую.

– Да, о тебе и о таких, как ты. Это постоянно случается, знаешь ли. Но чаще с человеческими женщинами. Лисицы знают, когда приходит их время, и крайне редко попадают в схожие ситуации. Наверное, твоя мать сильно привязалась к твоему отцу, раз позволила тебе появиться на свет.