Лишние
Шрифт:
– Думаю, что плохая стряпня – слабый мотив для того, чтобы избавиться от потенциальной невестки, – ответил Логан. – Странным показалось только то, что она не помнит день, но точно помнит оттенок свитера Ульрики.
– Тут ты прав, – ухмыльнулся Тайлер. – Нужно поспрашивать соседей. Наверняка они смогут дополнить картину. И точно не станут скрывать, если в доме были скандалы.
– Сначала обед, потом соседи, – возразил Логан.
– Само собой, – согласился напарник.
Детективы всегда обедали в одном и том же месте, в кафе за углом, которое располагалось на первом этаже бизнес-центра. Готовили там отменно, да и сервис был превосходный. Одна официантка
Детективы заняли свое привычное место в углу, где стену украшало крупное панно из натурального мха. Уголок настоящего леса посреди бетонных джунглей.
Не прошло и минуты, как Нина, виляя округлыми бедрами, подошла к их столу. Она улыбнулась и положила салфетки перед детективами, возле Логана она чуть задержалась, чтобы он успел почувствовать аромат ее новых духов.
– Детективы, вам как обычно? – Нина обратилась к обоим, но подмигнула только Логану.
– Что это? Новые духи? – Логан потянулся носом за удаляющейся официанткой.
– Да, вам нравятся, детектив? – непринужденно спросила Нина.
– Очень, – проурчал Логан.
– Я буду стейк из лосося и овощи, спасибо, – перебил их Тайлер и многозначительно посмотрел на Логана.
– Мне как обычно, – попросил Логан и с разочарованием посмотрел на напарника.
– Во-первых, у нас нет на это времени, а, во-вторых, ты почти женатый человек, – объяснил свой поступок Тайлер.
– Почти, брат, почти. И это здорово меня пугает, – за секунду тон Логана из насмешливого превратился в серьезный.
– Предсвадебный мандраж – это нормально. По крайней мере, так говорят, – Тайлер похлопал друга по плечу.
– Мне кажется, я поторопился, – признался Логан. Нина поставила перед ними две тарелки и отправилась к другим столам. Логан выдержал паузу, пока она не отошла подальше. – Я люблю Бэкс, но я не хочу жить ее жизнью. Понимаешь?
– Тебя пугают дети? – спросил Тайлер.
– Меня пугает то, что моя жизнь больше не будет моей. Мне придется планировать свою жизнь с учетом их потребностей. Отвезти в сад, отвезти на футбол, потом в бассейн, слушать их нытье. Делить с ними ванную, черт возьми, – сокрушался Логан. – Я не хочу начинать день с очереди в туалет, вчетвером сидеть на тесной кухне и молча смотреть, как дети балуются едой. Черт, да я даже не люблю детей, – признался он.
Тайлер присвистнул.
– Ты говорил об этом с Бэкс? – спросил Тай.
– Нет. Как ты себе это представляешь? – Логан обреченно посмотрел на напарника.
– Ты должен с ней поговорить, – настаивал Тай.
– Это будет конец, как ты не понимаешь? – спросил Логан.
– Это будет честно. Она должна знать, что ты чувствуешь. Нет ничего хуже, чем переступать через себя. Хочешь жениться на ней и возненавидеть ее через год за то, что ты больше не можешь жить так, как хочешь? Так ты сделаешь только хуже вам обоим, не говоря уже детях.
– Я подумаю, – Логан вернулся к содержимому своей тарелки.
Бакман Нейборхуд был уютным и чистым районом. Зеленые лужайки и свежевыкрашенные двухэтажные домики говорили о своей благополучности. Тихие улочки, детские песочницы и качели во дворах, в гаражах семейные минивены, очищенные к зиме газоны создавали картину идеального соседства. Но даже за дверьми таких идеальных домов порой случались нехорошие вещи. Детективам, как никому, было это известно.
Логан припарковался в начале улицы, дальше они с Тайлером решили пройтись пешком, чтобы осмотреться. Заходить в каждый дом не было смысла, детективы решили опросить пять ближайших соседей Флиннов. Два дома на их стороне улицы и три на противоположной. Если повезет, то у кого-то из соседей могут быть установлены камеры, а если повезет вдвойне, то, может, они даже согласятся поделиться записями.
Детективы выбрали первый дом. Тот, что стоял справа от дома Флиннов. Белый двухэтажный дом с низким забором и клумбами. Наверняка летом этот участок выглядел очень мило, но сейчас он казался безжизненным. Логан наклонился, чтобы открыть низкую калитку, и вошел во двор, Тайлер последовал за ним. Из окна на них смотрела пожилая женщина, примерно такого же возраста, как Нэнси Флинн, так что им не пришлось стучать в дверь. К тому моменту, когда они подошли к дому, женщина уже приоткрыла дверь, предусмотрительно оставив ее на цепочке.
– Я ничего не покупаю, – сообщила она.
– А мы ничего не продаем, – ответил Логан. – Мы из полиции.
– Вот те на. А документы есть у вас? – старушка с подозрительным прищуром осмотрела двух мужчин в кожаных куртках и джинсах, они больше напоминали преступников, чем полицейских, с их-то заросшими лицами.
– Конечно, я детектив Миллер, а это мой напарник детектив Блант, – оба продемонстрировали женщине свои жетоны.
– Ладно, входите в дом, – сжалилась женщина. Носы у детективов замерзли и немного покраснели. – Ни к чему соседям видеть, что ко мне полиция пришла. Решат еще, что я преступница.
Женщина пригласила детективов на кухню и включила чайник, не спрашивая, хотят ли они чаю.
– Присаживайтесь, – попросила хозяйка дома и сама села напротив детективов. – Если вы по поводу пропавшей газонокосилки, так она нашлась у меня в сарае.
– Нет, мы по другому поводу, – поспешил прервать ее Логан. У них еще четыре дома были на очереди, тратить время на разговоры о газонокосилках ему вовсе не хотелось. – Ваш сосед Дэннис Флинн обратился в полицию с заявлением о пропаже своей невесты. Вы были знакомы с Ульрикой Бергман?
– Немного, но я не знала, что она пропала. Чудесная девочка была, пару раз помогала мне донести сумки из супермаркета, – ответила женщина.
– Почему вы говорите “была”, – насторожился Логан.
– Вы ведь сами сказали, что она пропала, – пожала плечами женщина.
– Может, вы замечали что-то странное в доме Флиннов? Они часто ссорились? Любые детали могут иметь значение, – объяснил Логан.
– Да в общем-то, нет. Семья как семья. Ни разу не слышала, чтобы они вообще ссорились. Разве что когда умер их первый мальчик, а муж еще был жив. Тогда они часто ссорились, били посуду. Потом Нэнси подолгу сидела на крыльце и плакала. Пару раз я пыталась ее утешить, но она каждый раз отказывалась. А с тех пор, как Питер Флинн умер, у них в доме всегда было тихо.