Лир

Бонд Эдвард

Входит ТОМАС. СЬЮЗЕН подходит к нему.

Томас. Что тут было? Что они сказали?

Лир. Я не знаю. Я их не слушал. Просто солдаты. Не бог весть, какое начальство.

Томас. Нам нужно побыстрее от него избавиться. Если его здесь поймают, мы окажемся виноваты.

Входит БЕН, молодой надзиратель. Он грязен, растрепан, оборван, едва переводит дыхание. Все смотрят на него, молча.

Бен. Там, на дороге, солдаты. Я, блин, под конец, как крыса полз, на четырех

мослах.

Входит МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК, смотрит.

(подходит к Лиру) Я присматривал за вами в камере, сэр. Я начальника одного отправил, куда подальше, ну, меня так далеко отправлять не стали, дальше стены-т' не отправили.

Лир. Да. Ты кормил меня в тюрьме. Ты можешь остаться здесь.

Томас. Нет!

Лир. Он может остаться.

Томас. Но нас же всех посадят. Скажут, что мы их поддерживаем! Они нас обвинят во всех смертных грехах! Это безумие!

Лир. А куда ему идти? Ты уходи, если боишься!

Томас. Упрямство наверное вперед тебя родилось, и глупость тоже.

Бен. (Лиру) Да, отец, ты же не рядовой какой зек. К тебе-то небось цепляться не будут.

Лир. Нет, не говори так. Я не король. У меня нет власти. Но ты можешь остаться. Вреда от тебя не будет. Теперь я голоден, уведите меня в дом. Я еще раз напишу Корделии. Она ведь добра хочет, ей бы только научиться видеть правильно. Уведите меня. Я пришел сюда, мне было холодно, я был голоден, я всех боялся. Меня отсюда не выгнали, и я не стану никого гннать. Пока у меня есть пища, они могут есть ее, а когда она выйдет вся они могут идти, если захотят. Но я отказывать никому не буду. Так я закончу жизнь свою. Скоро меня запрут в могиле, а до той поры эта дверь будет открыта. (Улыбается)

ЛИР и остальные идут к дому.

Маленький человек (идет следом. Говорит в сторону) Классно эт' все. Но на стене таких нет. А сюда тоже, всех-т' не прокормишь. Тут надо головой думать.

МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК уходит за остальными следом в дом.

Сцена 2

Там же. Несколько месяцев спустя. Множество пришлого народа собралось послушать ЛИРА. ТОМАС выводит его из дома и поворачивает к людям лицом. Пока ЛИР проходит в переднюю часть сцены, некоторые из ЧУЖАКОВ говорят ему «Доброе утро», ЛИР улыбается им и говорит в ответ «Доброе утро». ТОМАС встает с ЛИРОМ рядом, ДЖОН — чуть поодаль. ЧУЖАКИ глядят уважительно.

Лир (к собравшимся) Человек проснулся рано утром и обнаружил, что потерял голос. Он отправился искать его, и когда он зашел в лес, там была птица, которая голос его и украла. Она пела так дивно, что человек этот сказал себе: «Теперь и я буду петь так же. Я стану богат и славен.» Он посадил птицу в клетку и сказал ей: «Как только я открою широко рот, ты пой.» Потом человек этот пошел к королю и сказал: «Я спою в честь вашего величества.» Но когда он открыл рот, птица смогла только стонать и плакать, она ведь сидела в клетке, и король велел человека этого высечь. Человек принес птицу домой, но и семья его не смогла вынести долго птичьи стоны и плач, и все его бросили. В конце концов человек пошел в лес и выпустил птицу из клетки. Но человек этот был уверен, что король поступил с ним неправильно, а потому бормотал себе часто под нос: «А король-то дурак», а поскольку

голос его все еще оставался у птицы, она и стала петь об этом на весь лес, и скоро эту песню выучили все остальные птицы. Как-то раз король поехал на охоту и был удивлен и рассержен, услышав, что все птицы в лесу поют: «А король-то дурак». Он поймал ту птицу, с которой все началось, повыдергал ей перья, переломал ей крылья, а саму ее прибил гвоздями к ветке, всем прочим птицам в назидание. И лес замолчал. И точно так же, как голос того человека поселился у птицы, боль этой птицы передалась человеку. Он бегал по округе, мотая молча головой и топая ногами, и в конце концов его посадили в клетку. Там он и умер.

ЧУЖАКИ перешептываются.

Чужак. Скажи мне, Лир -

Томас. После, сейчас он должен отдохнуть.

ТОМАС уводит ЛИРА в сторону. ЧУЖАКИ разбиваются на кучки и говорят между собой. Кое-кто уходит.

Я хочу, чтобы ты отправил Бена обратно на стену.

Лир. Зачем?

Томас. Сотни людей собираются теперь, чтобы послушать тебя. Правительство долго этого терпеть не станет, они прихлопнут нас, и все! Нам нужна поддержка. Мы должны проникнуть в лагеря.

БЕН смотрел за ними внимательно, теперь он к ним подходит.

Бен. Он сказал тебе? Я пойду к ним и сдамся. Они определят меня в штрафную команду. меня будут бить, и морить голодом, и работать заставят, как лошадь. Может, я даже и умру, но по крайней мере смогу использовать то время, которое у меня там будет. Я помогу им создать организацию и подготовиться. Я принесу им надежду. Ты должен передать со мной послание, чтобы -

Лир. Если бы я увидел Иисуса на кресте, я бы на него плюнул.

Бен. Что?

Лир. Уведите меня.

Томас. Ты нас даже не слушал!

Бен. Выслушай нас!

Лир. Уведите меня!

ТОМАС ведет ЛИРА к дому. Некоторые из чужаков подходят и провожают его до дому. БЕН и ТОМАС молча друг на друга смотрят. СЬЮЗЕН обнимает ТОМАСА одной рукой, успокаивает его.

Томас. Вид у тебя усталый.

Сьюзен. Нет.

Томас (садится с ней вместе) Тебе не нужно так много работать.

Сьюзен. А я и не работаю много.

Томас (настоятельно) И не бегай ты за всеми этими людьми. Они сами в состоянии о себе позаботиться.

Сьюзен. Да они мне и не мешают. Вот только когда у нас будет ребенок -

Томас. Ты об этом не беспокойся. Они нам помогут, все.

Сьюзен. Домик у нас очень маленький, вот и все. Мне иногда так хочется поговорить с тобой, а тут все эти люди -

Томас. Поговорить о чем? Ты всегда можешь со мной поговорить.

Сьюзен. Да нет, я не знаю… В том смысле… (Замолкает)

Томас (он думает о Лире. Чуть погодя) Мы говорим с людьми, но мы не можем им помочь по-настоящему. Мы не должны их сюда пускать, если это все, на что мы способны. Опасно говорить правду, правда без силы всегда опасна. А мы должны драться! Свобода не есть идея, она — страсть! Если в тебе этого нет, ты будешь биться как рыба на песке, за лишний глоток воздуха.