Линия судьбы

Хельтруда

Вот черт! Да не может быть! Они ошибаются! Она - графиня? Нищая немая девчонка - графиня? И что теперь делать? Летта беспомощно посмотрела на Ромариза. Айт белозубо улыбнулся и подмигнул. Его, похоже, совершенно не удивил такой поворот событий. Он знал! Он все знал с самого начала! И "жених" знал! Вот почему Ромариз появился так вовремя, и вот почему Антео отдал ей свое кольцо. Айты что-то задумали, и в их игре ей отводится роль марионетки. Летта разозлилась. Никогда и никому она не позволит решать свою судьбу и распоряжаться своей жизнью! Ни айтам, ни маркизе, ни этому герцогу, ни даже королю!

В этот момент вбежала

раскрасневшаяся Ханя со злополучной куклой в руках.

– Добро пожаловать домой, госпожа Виола графиня Луань, - склонился голову герцог, бросив на куклу мимолетный взгляд.

– Но... но ...
– пролепетала Летта с недоверием глядя на мужчину, слишком быстро и неожиданно изменился ее статус, - а разве вы не будете ждать заключения мага?

– Конечно, мы проведем все необходимые процедуры опознания, чтобы в дальнейшем избегнуть кривотолков, но мне достаточно было увидеть твое лицо и малютку Касю, чтобы быть уверенным, - с улыбкой доброго дядюшки произнес герцог.
– Я очень рад, что в графство Луань вернулась хозяйка. И очень надеюсь, что скоро в нем появится и хозяин, который сможет твердой рукой навести порядок на землях твоего отца. Познакомься со своим женихом, за которого ты была просватана еще в младенчестве, - он положил руку на плечо белобрысого.
– Мой племянник виконт Рольф.

Летта, сжав руки в замок, металась по комнате. Пять шагов - окно, еще пять - дверь и вновь по кругу: окно, дверь, окно. Нет, каков наглец! Эта Промокашка еще и целоваться полез! Хорошо, что Ромариз рядом стоял и охладил пыл любвеобильного юнца. Летта нервно хихикнула, вспомнив перекошенную физиономию еще одного женишка, когда у его подбородка замерло острие тонкого черного клинка. А какой взгляд был у айта! Наверное, так смотрит сама смерть. Ничего не выражающий, пустой, безразличный взгляд сквозь жертву. Сама она в тот момент настолько растерялась, что даже сказать от возмущения ничего не смогла. Герцог, правда, извинился за племянничка, посетовав на несдержанность нынешней молодежи, мол: "От счастья лицезреть живой потерянную невесту совершенно лишился парень разума", - а сам виконт бросил на нее такой взгляд, что девушка поняла: сегодня ночью нужно ждать гостей. Промокашка унижения не простит. Что же делать? И что они все к ней прицепились, женихи эти липовые! Прямо, хоть конкурс устраивай на звание "жених года".

В двери постучали, и в комнату вплыла маркиза Варадея в роскошном зеленом платье, отороченном темным мехом. Следом вошел непривычно серьезный Ромариз. Воин сменил черную рубашку на белую и снял заспинные ножны с мечами, на этом его разоружение и закончилось. Летта вновь полюбовалась на резную костяную рукоять кинжала, она так и не решилась попросить Ромариза подержать в руках это произведение искусства.

– Графиня, - он слегка поклонился и, подождав, пока маркиза опустится в кресло, сел на стул, вытянув ноги, - герцог любезно сообщил нам, что маг подтвердил твое родство с графом Луань. Ты пропала в тот день, когда погибли твой отец и брат, а мать сошла от горя с ума. До сих пор ты считалась мертвой. Ты что-нибудь помнишь о нападении волков?
– Летта отрицательно покачала головой.
– По-видимому, немота и частичная потеря памяти - последствия пережитого испуга.

– К сожалению, по законам королевства женщины не наследуют земли и титул, - вступила в разговор Варадея.
– Граф Луань приносил вассальную

клятву еще старому королю, поэтому герцог не смог без разрешения его величества посадить на графский трон кого-нибудь из своих родственников, точно так же, как не смог присоединить к своим владениям земли Луань. Отчего король до сих пор не выдал замуж твою матушку, я судить не берусь. Скорее всего, сначала был трехлетний траур, а затем его величество забыл об этом. Но сейчас герцог постарается ему напомнить, и обязательно попытается пропихнуть в твои мужья виконта Рольфа.

– А он сможет?
– Летта закусила губу, чтобы не расплакаться.

– Влияние герцога при дворе достаточно сильно, думаю, король прислушается к его словам, - не стала обманывать Варадея.

– Но ведь я уже невеста сая Антео!
– в отчаянии воскликнула Летта. Далекий айт был для нее сейчас меньшим злом, чем ненавистный виконт.

– А это будет зависеть от того, какая новость дойдет до короля первой, - решительно сообщила Варадея, - и лучше всего, чтобы эту новость сообщил его величеству кто-то заслуживающий доверия.

– Ты?
– с надеждой спросила Летта.

– О, что ты, я не настолько хорошо знаю его величество Тэтвуда Первого, чтобы беседовать с ним на такие темы, а вот мой муж....

– Госпожа моя, - мягко произнес Ромариз, глядя в глаза многозначительно улыбающейся женщине, - ты ведь знаешь, благодарность Владык - это всегда честь.

– Я хочу, чтобы монополия на поставку эрийского шелка досталась тому цеху, на который укажет мой супруг. Естественно, это будут достойные и честные купцы.

– О, что ты, госпожа моя, я не настолько хорошо знаю Владык, - с улыбкой повторил Ромариз фразу маркизы, - но вот жених графини сай Антео де Лемарье ла Круат ...

Летта переводила взгляд с одного на другого и постепенно успокаивалась. Еще не все потеряно.

– Мы отправимся в столицу завтра на рассвете, - Варадея ободряюще улыбнулась.
– Не переживай, его величество весьма заинтересован в контактах с айтами, он не одобрит твой брак с виконтом.

– А что мне делать?
– растерянно спросила Летта.

– Сегодня запереться на все засовы и спать, а завтра отправиться домой и ждать новостей, - вставая, сказал Ромариз.
– Утром я попрошу герцога выделить для тебя карету и сопровождение, - он подошел к девушке, взял ее за плечи и заглянул в глаза.
– Надеюсь, ты не испугаешься, ящерка?

– Не дождешься!

– Я в тебе не сомневался. Ничего не бойся и тяни время. Я постараюсь связаться с Антео и передать ему, где ты находишься. Держи, - Ромариз вложил ей в ладонь ножны с тем самым кинжалом, костяная рукоятка которого так привлекла ее внимание в первый вечер их знакомства.
– И не задумывайся, если придется обнажить клинок.

Летта дождалась, пока они выйдут, заперла двери, не пустив даже служанку, которая собиралась помочь ей переодеться на ночь. Затем, пыхтя и скользя по натертому воском полу, пододвинула к двери большой сундук, сверху на него взгромоздила весьма увесистый стул и маленький журнальный столик. Оглянулась по сторонам и придвинула к сундуку еще кресло. Затем проверила окна, задернула шторы и, сняв только верхнее платье, забралась под шкуры, используемые здесь вместо одеял. Кинжал она положила под подушку с твердым намерением пустить его в дело, если только Промокашка даст для этого повод.