Линия раздела
Шрифт:
Верзила приблизился к остановившемуся Кириллу и попытался нанести ему удар кулаком в лицо, но тот легко увернулся, и тут же, используя всю мощь разворота тела, подсечкой сбил противника с ног. Тот лишь неловко взмахнул руками, словно пытаясь схватиться за воздух,и шарахнулся на спину. Через миг Кирилл стремительно опустился на одно колено и провел добивающий удар в голову.
– - Может, хватит уже?! – громко выкрикнул Кирилл, поднимаясь на ноги.
Эхо гулко пробежало по пустым помещениям заброшенного панельного здания.
Из
– - Хватит, хватит, -- с улыбкой произнес он. – Но ты же знаешь, у меня свои...
– - Проблемы...
– - закончил за него Кирилл.
– - Не проблемы, а обязательства. Перед твоим отцом.
– - А... Ну да, -- не скрывая иронии ответил Кирилл.
Верзила в шлеме поднялся с земли, отряхнул широкую задницу и встал перед мужчиной в камуфляже по стойке «смирно».
– - Ой, Илья, давай только без этих реверансов... – Мужчина в камуфляже скривился. – Дуй отсюда. Мы не на службе, а ты не мальчик уже.
Верзила поспешил убраться.
– - Вадим Семенович... – Кирилл уселся на ступеньку крыльца у дверного проема. – Мне вас жалко. Правда. Вы серьезный спец, а такой фигней со мной занимаетесь.
Мимо тяжело пролетел шмель, словно крупнокалиберная пуля в невероятно замедленной съемке.
– - А мне тебя жалко. – Вадим Семенович уселся рядом с Кириллом, достал из кармана сигаретную пачку, но та оказалась пуста. – И маму твою тоже. Я ведь не дурак, Кирюша, и нынешнего отца твоего знаю давно. И с настоящим отцом дружил в свое время. Мы же все из одного двора. Я, дядя Гаррик, мама, твой настоящий отец и нынешний твой отец тоже.
– - Я в курсе. – Кирилл пожал плечами. – Да что толку? Я тоже не дурак, и не маленький уже. Можно откровенный мужской вопрос?
– - Конечно... – Вадим Семенович смял сигаретную пачку и со вздохом сунул обратно в карман.
– - Как думаете, почему моя мама так поступила?
– - А что тут думать? Она всегда, понимаешь, всегда становилась на сторону слабых. Из всех нас, в свое время, она выбрала в мужья самого слабого, самого бесперспективного – твоего настоящего отца.
– - Ничего себе, бесперспективного... – удивился Кирилл. – Он же был одним из лучших хирургов в городе.
– - Он стал, Кирюша, одним из лучших хирургов в городе. И не в малой степени благодаря поддержке твоей мамы. А когда мы все жили в Шушарах, был он недавним студентом, не от мира сего, как говорят. Времена были другие, а сейчас, таких как он, называют лохами. Но тогда он кое-как пристроился. Мама твоя очень его поддерживала морально. Можно с уверенностью сказать, что это она его во многом сделала. Он окреп, понял, что может не только мечтать о спасении людей, но и реально их спасать. Ну и взялся за это в полную силу, не жалея себя. А то, что ему дали квартиру в Питере, зарплату положили, будь здоров, все это для него самого не имело значения. Но после одной из сложных ночных операций,
– - Вы его звали Яриком? – удивился Кирилл.
– - Ну да, он же Ярослав. Он выше нас всех был на голову. Настоящий человек. Но Боря, твой теперешний отец, сблизился с мамой больше нас всех. Она ведь красавица, и мы все, в тайне, конечно, мечтали. Но я уже был подающим надежды офицером, дядя Гарик, сам знаешь, как взлетел, а Борис, твой новый отец, снова оказался самым бесперспективным. Ну, нам всем так казалось тогда. Вечный штабной лейтенант, как про него говорили. И ухаживал он красиво, и о тебе заботился, как о родном.
– - Мама вышла за него из-за меня, -- уверенно заявил Кирилл. – Ради меня.
– - Не буду спорить. Хотя Боря не был тогда таким, как сейчас. Да он и сейчас не так плох, как тебе кажется. Просто у вас с ним несколько отличаются понятия о жизненных приоритетах. Ты в настоящего отца пошел.
– - А этот тщательно пытается из меня вытравить все, что передалось с генами, -- хмуро закончил Кирилл. – Почему вы с ним до сих пор дружите? Почему ни мама, ни вы, ни дядя Гарик не перестали с ним общаться, когда узнали, что под личиной «вечного штабного лейтенанта» скрывается агент ФСБ под прикрытием?
– - Ты считаешь, что это повод? Друзья – не картошка, Кирилл. Если подпортилась, на помойку не выкинешь. К тому же ни для кого из нас это не было шоком. Вот потом, когда Боря начал делать карьеру в федеральной безопасности, он начал меняться. Тогда и дядя Гарик реже стал у вас появляться, и мне не всегда хотелось заходить. Но все равно, дружбу так вот, без особых причин, из души не выкорчевывают.
– - И именно поэтому вы делаете вид, что чему-то меня учите? – Кирилл усмехнулся.
– - Чего ты на меня взъелся? Кое-чему научили ведь. Ну, рукопашному бою – точно.
– - Вадим Семенович, что же вы меня за дурачка держите? Какой рукопашный бой? Вы правда хотите меня уверить в том, что такого верзилу, при своем весе, я действительно мог бы сбить с ног? В реальном бою он бы от меня мокрого места не оставил. Вы меня ноги задирать научили, а не драться. В цирке я могу выступать, но не на ринге.
– - А ты рвешься на ринг? – лицо Вадима Семеновича стало серьезным. – Или хочешь такую же подготовку как у моих ребят? Сломанные кости, нос набекрень?
– - В цирк я точно не рвусь. – Кирилл сорвал травинку, проросшую через трещину в бетоне, и сунул, как соломинку, в рот.
– - Зачем мне тебя калечить?
– - Вадим Семенович поднялся со ступенек. – Ты не боец. Ты не хочешь им быть и никогда им не будешь. Поэтому готовить тебя, как солдата, я не буду. Нужно Борису тебя погонять? Погоняем! Это полезно. Общефизическая подготовка, растяжка, навыки ловкости.
– - Сегодня вы перегнули палку.