Линчеватель

Гоблин (MeXXanik)

До этого я не видал подобного стального монстра. Местный Самоделкин взял базу старого мотоцикла, сделанного на одном из многочисленных советских заводах еще в прошлом веке, оставил от него лишь укрепленную раму, и полностью поменял всю начинку, превратил чудо советского мотопрома в зверя, которого еще не видело человечество.

Четырехцилиндровый двигатель, снятый с японца, усиленная рама, широкие колеса, приспособленные как для езды по городу, так и по бездорожью, это перекрашенное чудовище блестело среди разбросанного по гаражу хлама как

алмаз в куче грязи.

– Вот!
– Миша кивнул на мотоцикл.
– Под себя собирал. Вот этими вот руками.

С этими словами он ткнул нам с Гоблином серые от грязи мозолистые руки с обломанными ногтями. И в его словах промелькнуло нечто отдаленно похожее на гордость за творенье рук своих.

– Охуеть!

Гоблин аж засветился от радости, до того ему понравилось это чудо инженерной техники.

– Он на ходу? Посмотреть можно? Проехать кружок.

Вопросы посыпались на мужика как из рога изобилия. Это поставило алконавта в некий ступор:

– Чего?

Он задумчиво наморщил лоб, отчего его опухшая небритая рожа перекосилась, а большой красный, с синими прожилками нос, стал похож на сливу. Во всем его виде было желание понять, что от него хотят

– На ходу машинка, спрашиваю? Прокатиться дай!
– на одном дыхании выпалил Гоблин.

– А!
– До мужика, наконец, дошел смысл сказанного.
– Да пожалста. Щас, ключи принесу.

Он, прихрамывая, скрылся за серой, выгоревшей, с облупившейся краской дверью, которая вела в дом.

– Огонь машина!

Гоблин зашел внутрь гаража. Он глаз не мог отвести от мотоцикла. Обошел его по кругу, внимательно осматривая, выкрутил ручку газа, подергал колпачки на свечах.

– Блядь, да он как новый!

Восторгу Гоблина не было предела.

– Если его собирал приверженец Синего Бога - не особо бы я стал доверять этой технике, - скептически заметил я.

– Ой, да хорош. Вот уверен, не всегда он так хлестал. Скорее всего, работал тут в колхозе механиком. Потом барыга разорился и начался раздербан. Кто был поумнее - свалил. Кто поглупее - спился нахуй от безделья. Так почти везде, стоит отъехать на сто километров от города.

Гоблин встал, отряхивая руки от грязи, отошел от мотоцикла, и еще раз восторженно взглянул на стоявшее посреди гаража чудо техники:

– Если этот мотоцикл и собрал местный пропойца - значит у этого хрона золотые руки. И неважно, из какого места они растут.

Заскрипела дверь, и во двор, хромая, вышел хозяин мотоцикла:

– Лови, - он бросил Гоблину ключи. Тот поймал их на лету, и тут же спешно засуетился вокруг мотоцикла, выкатывая его из гаража:

– Отворяй ворота!
– весело крикнул он, седлая технику.
– Прокачусь кружок, попробую технику.

– А… - начал, было, хозяин.

– Этот баклажан останется в залог - Гоблин ткнул пальцем в мою сторону.
– Не боись, все будет хорошо.

Двигатель завелся вполоборота. Гоблин переключил передачу, осторожно выжал сцепление, поддал газ - и мотоцикл с ревом

сорвался с места. Гоблин лихо свернул на ухабистое подобие деревенской дороги и рванул вглубь деревни. Мы же молча, стояли, провожая взглядом удаляющуюся фигуру.

“ У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.

Да ебись ты провались. Эта хуета начинает появляться систематически. И неслабо меня заебывать своей непредсказуемостью.

– Может по чуть - чуть? В честь удачной покупки?
– первым нарушил молчание хозяин чудо - техники, с надеждой глядя на меня.

Системное сообщение растаяло, я посмотрел на собеседника:

– Не пью, мужик. И тебе не советую.

– Дык что - ж, обстоятельства так сложились.

Селянин развел руками: мол, я тут ни при чем.

– Я ведь и не пил раньше. Ни капли. Даже по праздникам. В совхозе местном, фермерском, механиком работал. Потом фермер, благодетель наш, разорился. Обанкротился и сбежал с долгами и уголовным делом на хвосте. А мы, ну, рабочие, и остались тут нахуй никому не нужные. Другой работы нет. Вот и начал пить. Дак тут, почитай, все пьют.

Я покачал головой. Не сказать, чтобы эта горестная история меня растрогала. Таких историй можно наслушаться сплошь и рядом. Не только в сельской глубинке, но и в неблагополучных городских трущобах.

– А чего не уедешь отсюда, раз механик такой хороший?

– Да перевернулся я на этом мотоцикле, будь он неладен. В овраг улетел, переломался весь. Теперь, вот, пенсию по инвалидности получаю. На то и живу. Кому я, калека, нужен?

Сперва вдалеке раздался рев двигателя. Потом появилась, быстро приближаясь, фигурка мотоциклиста. Гоблин лихо подлетел к воротам, резко затормозив, отчего мотоцикл занесло, и выключил двигатель:

– Огонь аппарат! Берем. Сколь хочешь?

– Ну-у-у-у-у… - мужик задумчиво почесал в затылке.
– Сотня нормально будет?

Гоблин даже торговаться не стал. Видимо, понимая, что один двигатель, который стоял в этом мотоцикле, стоил втрое дороже, не говоря ни слова, полез в карман, достав пачку банкнот:

– Держи. Тут чуть больше.

Мужик радостно закивал. При виде денег, с ним произошли удивительные метаморфозы: глаза загорелись, руки предательски мелко затряслись. Очевидно, он уже мысленно перевел эту сумму в синюю валюту и уже пропивал заработанное:

– Это... спасибо, мужики. Сейчас доверенность напишу. Мигом, - бормотал он себе под нос, трясущимися руками пересчитывая купюры.
– На учет я его и не ставил. Зачем? Деревня, гаишников тут нет. Сюда мусора то приезжают по праздникам. Один отдел на три района.

– Это хорошо. Ну, бывай, мужик. Мы погнали.

– Не пожалеете о покупке. Еще не раз добрым словом вспомните, - причитал мужик нам вслед.

– Удачи, мужик, - крикнул напоследок Гоблин, уже вывозя нас из деревни.

***