Лимитерия

Хог Лимит

— В скором времени он выйдет на свободу и будет помогать тебе, мой милый, — с улыбкой сказала Елена, погладив первого лимитерийца по голове. — Я искренне надеюсь, что вы подружитесь в будущем!

— Они обязательно подружатся, — уверенно произнёс Евпатий, после чего посмотрел на клона. — Здравствуй, сынок! Прости, что нечасто тебя навещаем. Не получается у нас.

Мальчик в капсуле перевёл взгляд на короля Лимитерии и молча кивнул, прекрасно понимая лимитера. Всё-таки у него с Еленой дела во дворце, а их нужно решать в срочном порядке, чтобы государство

поддерживать.

— А зачем мне клон? — удивлённо спросил Хог. — У меня ведь для этого есть брат. Он тоже на меня похож.

— Мама тебе всё объяснит, — улыбнулся король Лимитерии.

Первый лимитериец в недоумении уставился на мать, а та присела на одно колено и тут же обняла совсем ещё юного сынишку, прижимая к себе.

— Считай это нашим подарком на твой день рождения, милый! — Елена поцеловала Хога в щеку и потрепала его по голове. — Уж теперь-то ты точно не будешь скучать. С таким-то другом, хи-хи-хи!

Лимит странно посмотрел на маму, однако с улыбкой кивнул и подошёл к капсуле. Затем подался вперёд и прикоснулся к стеклу маленькими ладошками, с восторгом глядя на другого себя.

— Мы с тобой обязательно подружимся, Хог Лимит! — с детской улыбкой пообещал первый лимитериец.

Клон тоже подался вперёд и прикоснулся двумя ладошками по другую сторону стекла, молча смотря на Хога. Он ничего не сказал, но Евпатий и Елена улыбчиво переглянулись друг с другом.

— Пускай он станет твоим ангелом-хранителем, когда ты подрастёшь.

Супер Хог вырвался из разорванного глаза Страйдера и исчез, после чего появился аж около Империума. Затем полетел вниз и использовал белоснежную молнию, уничтожая щупальца, которыми его хотел схватить монстр. Страйдер с рычанием попробовал ударить Супер Хога гигантским кулаком, но первый лимитериец остановил атаку одной рукой. А вот его удар отбросил монстра в самую далёкую сторону Зазеркалья. Фыркая и рыча, Страйдер тут же атаковал Супер Хога лазерными лучами из глаз, посему Лимит взмахнул крыльями, поднимаясь наверх. Затем хитро улыбнулся, отчего монстр зарычал: белоснежная молния прошибла его.

Объяв себя разноцветным пламенем, Хог взмахнул крыльями и снова полетел вперёд, обходя ядерные сферы, столкновение с которыми было бы фатально для любого существа, имеющего уязвимые места. Миллисекунда — и первый лимитериец со свистом влетает во второй глаз Страйдера, отчего существо болезненно зарычало, отчаянно вращаясь на одном месте от гнева…

Дверь открылась неожиданно, и Хог, пытающийся быстрее до неё добраться, остановился. Его глаза сразу же приковались к Герману, который сидел в летающем кресле и спокойно попивал коньяк под крепкую сигару. Рядом с ним стояли боевики, держащие наготове оружие.

— А я-то думаю, почему в центральном корпусе так шумно, ахахаха, — с гнилой улыбкой засмеялся Герман, чем развеселил боевиков. — Вы даже не представляете, как я рад Вашему появлению, Ваше Высочество!

— Г-герман! — прошипел Хог, подавляя в себе боль скрипом

зубов.

— О, да! Я, великий и неповторимый гений, наконец-то нашёл Вас! Должен признать, Ваша битва с Вашим клоном меня очень впечатлила. Не думал, что лимитерийский принц способен на такие фокусы в столь юном возрасте.

Петренко выпил ещё стакан и продолжил:

— Хотя… почему я удивляюсь? Что Вы, что Ваш брат — Вы оба унаследовали непоколебимое могущество Вашего отца, а также выносливость Вашей матери. Лимитерийская принцесса, правда, неудачницей вышла, но мне этот образец никогда не был интересен.

Хог почувствовал, как в его рту становится солоновато от ярости. Что сейчас, что потом — Герман не изменился ни на грамм. У него не было ни людей, ни анти-людей, ни демонов, ни элементов, ни любимых — никого. Только ценный образец и ничего больше. Псих, помешавшийся на науке и не видящий ничего, кроме научных образцов. Этот человек без всякого угрызения совести будет проводить ужасные эксперименты даже над детьми, лишь бы сделать какое-нибудь грандиозное, научное открытие и рассказать об этом за бокалом «Мартини».

— Ваши родители, Ваше Высочество, создали гуманное государство, что невыгодно для нас. В особенности, для меня, — хитро улыбаясь, говорил Герман. — Наука требует великих открытий, а у меня совершенно нет подопытных. К тому же, Его Высочество Евпатий сильно ограничивает меня, а мне это не нравится. Вот господин Апатий — он святой души человек! Дал мне всё, чтобы я мог работать во имя научных открытий, во имя науки, во имя совершенства.

Петренко допил остатки коньяка, после чего выкинул пустую бутылку и похлопал ладонями.

— Кончайте с Его Высочеством, ребята! Лабораторию нужно уничтожить.

Герман нажал на кнопку, и кресло стало подниматься в воздух, после чего улетать. Хог вытянул руку в попытке остановить безумного гения, но это всё, что он смог сделать…

Первая пуля вошла чуть ниже груди, тем самым пошатнув небесного охотника. Мельчайшие капельки крови, застывшие перед глазами; боевики, поднимающие оружие; гильза, падающая на пол. Лимит сделал выдох, однако далось ему это с очень сильным трудом: застрявшая пуля стала окончательной помехой.

А потом его попросту расстреляли, прерывая болезненный вскрик звуком стрельбы. Хог с грохотом упал на спину и перестал подавать признаки жизни. Закатывающиеся под веки глаза наблюдали, как из руки, что дёргала пальцами, начинает собираться приличная лужица крови.

Первый лимитериец осознавал, что он умирает. Лаборатория уже начинала гореть, предвещая скорое исчезновение. Родители так и не узнают о том, что Апатий направляет революционный отряд на Лимитериум, и не узнают, что их старшие дети были убиты его боевиками в лаборатории. Сначала Ольга, погибшая от рук странного фантома, а затем и Хог, которого расстреляли без всякой жалости. Что касалось Смога, то Апатий выведет его из Лимитериума, а потом начнётся война. Если кто и выживет в ней, то этих людей точно можно будет назвать счастливчиками.