Лимитерия
Шрифт:
— Нет, милый, ни-ни, — сладко мурлыкнув, Элли на пару секунд закрыла глаза и кончиком носа провела по его щеке, после чего улыбнулась ещё сильнее. — Тебе разве не говорили, что нельзя девушку бросать во время признания?
— Приз… чё… какого… ЧЕГО? — Хог хотел оттолкнуть эрийку, однако столкнулся с серьёзным напором и был «разгромлен». — Я НИЧЕГО НЕ…
— Тише! — нежный, указательный палец тут же прикоснулся к его губам, в следствии чего волонтёр замолчал. — Ты чего так разволновался, мм?
Хэйтер смотрел на неё дрожащими глазами, искренне желая, чтобы всё это оказалось лишь сущим издевательством.
— Ты шутишь, кэп! — тихо вымолвил Хог, продолжая смотреть на эрийку шокированным взглядом. — Ты в натуре шутишь! Что ещё за «люблю», ёпт твою дивизию? Я же ничего такого…
— Если по форме, то окончательная вспышка произошла ровно в тот момент, когда ты, преисполненный мужества и отваги, помог мне выбраться из депрессии, — тёплый пальчик начал вырисовывать на горячей щеке парня невидимые узоры, а взгляд стал прищуренным. — А если по существу, то я хочу тебя с тех пор, как мы познакомились.
Лимит окончательно впал в состояние глубокого шока, и причиной ему послужило не только откровенное признание эрийки. Она снова не врала! А пока Хог пытался собраться с мыслями, Элли облокотилась на локоть, чтобы поудобнее наблюдать за эмоциями первого лимитерийца. Удивительно, но его растерянность лишь сильнее разожгла её хищность.
— В красоте со мной не сравнится никто. Я всегда ловила на себе взгляды других, знала, что те или иные люди делают со мной в своих мыслях. Похотливые, влюблённые, горячие, стеснительные — много было взглядов. Но когда на меня впервые посмотрел взгляд, полный насмешливости и сарказма, то я тут же вскипела. Это был ты, — Элли внимательно следила за его эмоциями, ибо ей это нравилось. — Сколько пошлых шуточек было с участием меня и тебя. Чем ты отреагировал? Ох, я до сих пор помню эту гримасу отвращения, которая меня злила. Мне казалось, что ты просто дурака валяешь, делая вид, что тебя не заботит моё присутствие, но… хи-хи. Ты оказался на редкость очень сложным человеком, Хог Лимит! Ты с равнодушием относился к моей красоте, но на мою королевскую печать, и на мой «Режим Героя» ты ответил восторженным взглядом.
Кончики пальцев неожиданно скользнули вниз, по шее, а потом ноготками провели по мужскому горлу, доходя до подбородка.
— Какой неординарный мальчик! Я могу по поведению предугадать действия других, но лишь ты по настоящий день остаёшься для меня загадкой. А я хочу! — эрийка наклонилась чуть поближе, останавливаясь губами от желанных губ в одном сантиметре, ощущая на лице горячее дыхание. — Хочу знать, как ты спишь. Как проводишь время отдыха. О чём думаешь, когда дело принимает серьёзный оборот. Хочу знать, что скрывается за маской асексуального хэйтера. Хочу узнать, каков ты в постели. Мур, хищничек!
Стоило Лимиту двинуть нижней губой, чтобы что-то произнести, как острые зубки Эрии тут же прикусили её с особым наслаждением. Нет, боли Хог не почувствовал, ибо Элли несильно его укусила. Однако мурашки по его телу тут же пробежали, а к головному мозгу резко прилила кровь.
— Кэп, но… ты же меня знаешь, —
Хог искренне надеялся, что Элли начнёт хмуриться, затем усомнится в своих действиях и сползёт с него. И тогда бы хэйтер мог окончательно прийти в себя, после чего сбежать. Однако рубиновый взгляд был по-прежнему пламенным и хищным — она никуда не собиралась его отпускать. Изогнутая в краях губ улыбка говорила лишь о том, что у девушки накопилось достаточно железных аргументов, чтобы она взяла и так просто отпустила хэйтера. Раньше Хог думал, что разум в мужчине играет основную роль, и что если разумом человек сильный, то соблазнить его не получится.
Он ошибся!
На самом деле, очень трудно было себя контролировать. Даже такому человеку, как Хог. Одно дело — наблюдать со стороны, и другое — оказаться в подобной ситуации лично. Лимит пытался собраться с мыслями, но у него ничего не получалось. Лицо красивой эрийки находилось в одном сантиметре от его, а сексуальное тело продолжало прижиматься к его, отчего в лимитерийских жилах начинала кипеть кровь. Любая другая девушка уже давно бы обиделась и сдалась, поскольку парень слишком сложен для соблазна. Вот только Элли — это не любая другая девушка. Она была сложной во время вражды, её не удалось сломать даже тем бедствиям на острове. Поэтому и здесь эрийка так просто не отступится.
— Кэп, ну нафига я тебе? Я же… я же… фу-фу, не буду делать ничего из того, что ты захочешь, — не зная, что делать, Хог начал… оправдываться. — Мы же с тобой были врагами, помнишь? Сколько гадостей друг другу сделали, ну согласись. Кого любить? Я вообще никого не люблю! Я даже интереса не проявляю ни к кому. Я этот… я лёд… я камень… Аргх! На меня девушки не действуют. Я слишком…
— Твои отговорки звучат неубедительно, травоядное ты существо. Лёд и камень? Да ладно? Милый, если я сделаю так, — продолжая хищно улыбаться, Элли посильнее насела на низ живота юноши, отчего он — будь проклят этот момент — тихо выдохнул. — То твой лёд растает, а камень превратится в крошку. Интереса он не проявляет, как же. Если на тебя не действуют мои чары, то почему в меня сейчас упирается твой богатырь, мм?
Лимит медленно округлил глаза, что заставило Эрию ещё шире улыбнуться. Несомненно, она чувствовала себя победителем в данной ситуации, когда как парень находился в невыгодном положении. Его отговорки были подобны детскому лепету, когда провинившийся ребёнок пытался найти себе оправдание в любой нелепой мелочи. Хог всеми силами держался за разум, однако мужская природа давала о себе знать сильным притоком крови к низу живота, и именно это мешало ему трезво думать. Скинуть с себя Элли? Как? Несмотря на, казалось бы, абсолютное спокойствие, её тело напряжено. Она специально села на него сверху, чтобы коленями прижиматься к кровати (на случай, если попробует скинуть). Оттолкнуть от себя он её тоже не мог, ибо левая рука была придавлена женским локтем, а правая попадала в поле зрения Абсолютного Опыта.