Лимитерия
Шрифт:
— Я и профессор нашли информацию об Игнате Эрии.
Хог, конечно, злился на Элли за то, что та поступила с ним жёстко, однако новость тут же заставила его забыть про обиду и посерьёзнеть.
— Это… это же…
— Молодец, у тебя хорошая память, — продолжала улыбаться Элли. — Но в этом есть ложка дёгтя: по последним данным, Игнат занимался некромантией, что считалось и считается чёрным волшебством. Он не покинул Лимитерию во время катастрофы и исчез вместе с нею. Поэтому, сверившись с результатами, мы с профессором сделали вывод: Игнат может находиться на острове «Пурган», в заброшенной провинции Чародей.
— Тогда новость хреновая, —
— Это ещё почему?
— Потому! Остров «Пурган» мы не нашли, а этот Игнат наверняка харакири себе сделал, ибо помер от скуки.
— Кхм, что за пессимистичный настрой у тебя? Когда это ты стал таким ворчливым?
— Сегодня!
— Я вижу, — нахмурилась Элли. — Будь оптимистом, а не плаксой. Не люблю нытиков.
— А я не люблю похотливых стерв.
— Кхм… что ты сказал?
— Погода, говорю, хорошая, — огрызнулся хэйтер.
— Смотри мне! — указательным пальцем пригрозила ему эрийка.
3. Элли ушла спать в палатку, а Хог остался мёрзнуть у костра. Мастерку-то он накинул на голое тело, однако это не помогало ему согреться. Пришлось её снова снять, чтобы тепло костра хоть как-то его грело. Для восстановления энергии нужно было поспать, но Лимит не видел сна ни в одном глазу. Видимо, сильно сказалось на нём энергетическое истощение, что даже первый «сон» ему не помог.
Теперь, когда Элли рядом не было, Хог мог вновь уйти в себя, закрыв глаза. Всё для него менялось со скоростью звука: мнение, слова, мысли, прошлое, настоящее. А ведь раньше он был простым хулиганом, живущим на улицах и создающим постоянный шум. Придя в «Луч», Хог обрёл новую жизнь: стал охотником, вступил в команду «Серп» и нашёл друзей. Нет, одиночкой он остался по-прежнему, поскольку у других были свои увлечения. Хог не горел желанием знакомиться с красивыми девушками, как это делал Эс. О супружеской жизни, как Элли, он не мечтал. Галантным и вежливым, как Орфей, не был. Кайф от охотничьей жизни, как Юлия, хэйтер не ловил.
Пусть прошло три месяца, но Хогу казалось, будто он всегда был охотником кордона «Луч» и команды «Серп». Остальные команды из других охотников тоже казались ему давними знакомыми. Как будто Хог провёл на кордоне не три месяца, а три года, или даже несколько лет. Раньше Лимит не умел нормально общаться с людьми, поскольку одинокая дикость вырывалась из него на первых же словах и всё портила. Что же помогло ему измениться? Конечно же, команда «Серп». Эс научил его оптимизму и бредо-смыслу, который помогал жить; Элли — соперничеству и проявлению духа; Орфей — благородству и вере в чудо; Юлия — терпеливости. Каждый из серпоносцев привнес в жизнь одиночки что-то хорошее, что-то плохое, но именно это помогало ему не чувствовать себя одиноким. Одиночкой — да! Но не одиноким…
Костёр уже тлел, а парень так и не согрелся, продолжая сидеть около углей и дрожать с закрытыми глазами. Бёрн сильно отличался от Хога, но, пожалуй, у первого можно было кое-чему научиться — это ответственности. Несмотря на горячий роман с Элли, Бёрн по-прежнему продолжал поднимать свою карьеру, быть сильным и грозным. Мягкость, доброту, чувственность и дружелюбие переняла его младшая сестра Алиса, которая была первой и, пожалуй, единственной эрийкой, в чьих помыслах не было ни капли ненависти к лимитерам и лимитерийцам. Самая первая представительница «красного» народа, которая посмотрела на Хога не злыми глазами, а добрыми. Брат и сестра, огонь и вода —
Пожалуй, именно в этом Хог мог позавидовать остальным: у всех есть кто-то близкий, о ком нужно заботиться. А у него нет. У Элли был младший брат Орфей, которого она сделала смелым и храбрым благодаря тренировкам. У сильного Бёрна — преданная Алиса, находящаяся под его грозной защитой. Юлия была рядом с Максом, со своим родителем, поэтому не знала одиночества. Даже механик Семён не был одиночкой, поскольку отлично построил свои отношения с Ириной. В какой-то степени хэйтера мог понять Эс, поскольку телекинетик сам остался без семьи: старшая сестра погибла при пожаре, спасая его, а родители бросили маленького сынишку и ушли жить новой жизнью. Но даже Корт, несмотря на свою плотоядную извращённость, верил в своё счастливое будущее…
И тут дрожащий Хог, не открывая глаз, задумался о том, о чём не думал никогда: каким будет его будущее? Ведь очевидно, что остальные из команды «Серп» уже запланировали себе им нравившуюся жизнь: Эс собирался обзавестись гаремом; Элли намеревалась стать военным охотником, выйти замуж за Бёрна и создать семью; Орфей планировал вырасти и жениться на Юлии, поскольку эта парочка совместно строила планы на будущее. А какие планы на жизнь у Хога?
А никаких!
Если первые четыре охотника из команды «Серп» уже запланировали себе то, что сделают после нахождения Амулетов Коло, Хог до сих пор не знал, что будет дальше. Первый план — вновь стать одиноким одиночкой и вернуться в свою прежнюю жизнь, наполненную воровством, погонями и бесконечным весельем. Второй план — это сделать то, чего парень не хотел делать: влюбиться и перестать быть одиноким. Да-да, хэйтер подумывал о подобном, однако продолжал это отрицать. В конце концов, волонтёр тоже человек, а любому человеку нужен кто-то, о ком он будет заботиться, думать и защищать.
— Может, мне в натуре влюбиться? — подавленным голосом тихо вымолвил Хог, продолжая дрожать с закрытыми глазами. — Всё равно никому не нужен, а так хотя бы будут помнить.
Это наивно, но по крайней мере, частично утешительно. Его могли не понять многие другие хэйтеры, но именно это и отличало Хога-хэйтера от других: полное одиночество. У других отрицателей хотя бы кто-то был: мама, папа, брат, питомцы, друзья или планы на жизнь какие. И только у Лимита ничего из перечисленного не было. Друзья? В последнее время они всё чаще и чаще отдаляются от одиночки, потому что влюбляются. Даже Эс влюбился, хотя раньше думал так же, как и Хог — это отрицал романтику в любых проявлениях, кроме постельных. Все отдалились от хэйтера.
— Никому… не нужен… — подавленно прошептал он.
— Что-то ты пессимистичным стал в последнее время, соперник, — послышался сзади мелодичный, но знакомый голос.
Лимит осёкся и приоткрыл глаза, после чего повернул голову назад. Сзади него стояла Элли, скрестившая руки на груди и глядящая на него странным взглядом. Как часовой на посту, лишь алебарды не хватает для полной картины.
— Я думал, ты ушла спать, — хмуро сказал Хог, отвернувшись и уставившись на угли.
— Я не смогла уснуть, а потом мне стало интересно, чем занимается мой соперник, — промолвила Элли, после чего слегка улыбнулась. — Как вижу, философствуешь сам с собой. О чём хоть думаешь, травоядный?