Лиля
Шрифт:
— И много еще успели подслушать? — спросил он, наконец.
— Достаточно для того, чтобы понять, что нужно держаться от вас подальше. А теперь отпустите меня! — я попробовала его ударить ногой.
Бланиан поморщился, но хватку не ослабил. Да что же такого в этом договоре, что даже ненавидящий меня жених вдруг решил попытаться пойти на мировую? Аминасский самодержец резко развернул меня, прижимая спиной к какой-то статуе и попытался снова завладеть моими губами. Я уклонилась, продолжая яростно вырываться.
— Да что вам надо от меня? — воскликнула я. — Может закончите
— Дайте мне второй шанс, принцесса, — Бланиан собрал мои волосы в кулак, вынуждая замереть. — Дай мне доказать, что я вовсе не так плох, как ты думаешь. Я не буду спешить со свадьбой, я дам тебе возможность привыкнуть ко мне. Будь моей, Лили.
— Причина, ваше величество, назовите причину, — потребовала я.
— А если я влюблен, Лили? Да, ваше появление сбило меня с ног, я не знал, как реагировать, но потом у меня было время подумать и осмыслить, все осмыслить.
Я не удержалась и расхохоталась. Может я бы и купилась на эту влюбленность, если бы он сразу начал действовать в этом направлении. Но сейчас все шансы закончились. Верить этому человеку я не собиралась.
— А знаешь что, малышка? — он все-таки разозлился. — Я сейчас возьму тебя силой, а утром предъявлю королю доказательства, что ты моя. И свадьба станет неизбежной. Я буду первый и признаю это, тогда по всем законам никто не посмеет помешать нашему союзу.
— А как же страсть, удовольствие обоих партнеров? — полюбопытствовала я.
— Все потом, у нас будет достаточно времени, чтобы узнать друг друга получше, — усмехнулся Бланиан, скользнув пальцем в декольте. — Поверь, любить женщину я умею.
Охотно верю, фрейлины рассказывали. Только вот:
— В пять-семь лет моей жизни в крепости уложимся? — насмешливо спросила я. — А то мне ведь еще и сильных наследников рожать.
— Не будет крепости, — Блай скользил губами по моей шее. — Будет все, что захочешь. Весь мир к твоим ногам, только выбери меня, Лили. — и застонал, сжимая рукой мою грудь. — Боги, Лили, как же ты меня возбуждаешь…
— Ну, хватит, — сморщилась я. — Гоша!
Гаэро встал рядом, с интересом наблюдая за мной и королем Аминаса. Я сделала большие глаза, взывая к совести тени. Гоша лениво зарычал. Этого оказалось достаточно, чтобы тяжело дышащий Бланиан отошел от меня. Я встряхнулась, оправила платье и пошла в сторону веселящихся ведьмочек.
— Лили! — крикнул мне вслед бывший жених, и я отмахнулась, даже не обернувшись.
Сделала еще несколько шагов и вспомнила его слова: «Буду у тебя первым». Издевательский смех огласил королевский парк, мой смех. Значит Алекс имел основания утверждать, что я теперь принадлежу ему. Представляю глаза Блая, если Серебряков завтра предъявит свои права именно по этому закону. И тут же снова стало тоскливо при мысли об этом хирурге- самозванце. Вот где он сейчас?
Глава 37
Первое, что показалось мне странным, это голоса, доносившиеся из беседки. Я шагнула внутрь и удивленно застыла, глядя на изменившийся состав собутыльников.
— Где пропадаешь, сестрица? — вопросил король Иллиадар, расплываясь в лукавой улыбке. —
Я молча перевела взгляд немного в сторону и поняла, что первый раз в жизни жалею, что у меня нет знакомого умертвия, такого жрального и неубиваемого. Там сидел то самое высочество, обнимая двух млеющих фрейлин. Он весело подмигнул мне и убрал руки с плеч Фло и Эльки, расстроив девчонок. Ведьмочки кокетливо повели плечами и пожаловались на ночной холод.
— Шалава, — буркнула я и больше на него не смотрела.
Мне передали бокал и замолчали в ожидании тоста.
— За мужскую верность, — провозгласила я.
— Отличный тост, — поддержал король.
— Поддержива ю, — хмыкнул Алекс, а хмурая Катька изрекла:
— Мужики- козлы, — и мы с ней чокнулись, вдвоем, с пониманием кивнув друг другу.
— Какой подлец посмел вас обидеть, милая Катин? — сочувственно спросил братан, а у самого глаза хитрей, чем у Серебрякова.
Катька не ответила, только носом шмыгнула. Король перебрался поближе к обиженной фрейлине и заботливо обнял ее. Вот кобель! А у самого невеста подрастает в соседнем королевстве! Мои ведьмочки дружно посмотрели на Иллиадара и Катьку и дружно вздохнули, завистливо так вздохнули. Тут же утерла слезу Эма, с намеком глядя на нашего самодержца, следом за ней Элька и Лиска. Прохиндейки! Я окинула взглядом остальных. Фрейлины, не найдя сочувствия у короля, дружно переключились на принца. Серебряков веселился во всю, но от меня взгляда почти не отводил. Я хмыкнула и отвернулась.
— А у вас тут весело, — раздался слегка насмешливый голос у входа в беседку. — Не откажите одинокому путнику в приюте.
— Входите, входите, ваше величество, — защебетали мои предательницы, радуясь еще одному мужчине в бабьем царстве.
— Благодарю, прелестные дамы, — широко улыбнулся Бланиан, усаживаясь напротив меня.
Неизвестно откуда вынырнул лакей, поставив перед аминасским самодержцем еще один прибор. Я возмущенно поглядела на своего короля. Мало того, что сами приперлись, еще и прислугу приперли, полностью убивая дух праздника непослушания.
— Что за фигня? — грозно вопросила я.
— Ну, не сами же будем за добавкой бегать, — ответил братан.
— Ясно, ходока привел, — усмехнулась я, смиряясь с темным силуэтом в кустах.
На Бланиана переключилось трое ведьмочек, начиная сноровисто соблазнять чужого короля. Я не обиделась, хоть от меня отвлекли. Взгляд бывшего жениха было ощущать неприятно, как и вспомнить, что ответила на его поцелуй, даже застонала… фу-у. Я попыталась отвлечься и пересчитала своих фрейлин. Одна с нашим королем, трое висят на Бланиане, еще трое на Алексе, который теперь улыбался рассеянно, поглядывая на брата. Троих не хватало. Почему-то подумалось, что без охраны король прийти не мог, как и второй король. Могу предположить, куда делась Ленка, у которой обнаружилось пристрастие к служивым. А где еще двое? Я вздохнула, каких людей теряем… Ну, какие они теперь боевые ведьмы? Одна я здесь честная дриада осталась!