Лилия и Леопард

Виггз Сьюзен

— Прибереги свои мечты для Маси, — одернула его Лианна.

— Маси, — раздраженно бросил Жерве. — Она превратилась в шип под моим седлом. Если бы не Маси, мы могли бы пожениться.

«Нет, не могли бы, — мрачно подумала девушка. — Я уже замужем».

— Боже мой, ты когда-нибудь прекратишь свои интриги?! — возмутилась Лианна.

— Никогда, — усмехнулся Жерве.

«Лазарь поплатился за это жизнью», — подумала она, но ничего не сказала.

— Удивляюсь, — улыбнулся Мондрагон. — Сегодня майский праздник. Я должен переодеться для турнира.

Гокур созвал на него всех своих людей, — он перегнулся через стол и осторожно взял прядь ее волос, потом начал медленно пропускать их между пальцами. — А ты, я думаю, будешь королевой Мая.

Лианна гордо вскинула голову.

— Я всегда была ею.

Честно говоря, в этом году ей не очень-то хотелось играть эту роль. Но отдать титул Маси — значит признать за ней главенство в Буа-Лонге. А этого Лианна допустить не могла.

— Я еще увижу тебя на площадке для игр, — сказал Жерве. — Мне нужно сделать одно сообщение перед началом турнира, — загадочно добавил он и вышел.

Обеспокоенная самоуверенным видом пасынка, Лианна рассеянно отложила в сторону перо и закрыла чернильницу. В настроении, более подходящем для траура, чем для веселья, она вышла во двор. Слуги замка, позевывая и потягиваясь, уже начинали готовиться к празднику.

В саду, сгорбившись на низенькой скамеечке, матушка Брюло присматривала за детьми, которые собирали цветы и сплетали в гирлянды. Некоторое время Лианна не могла оторваться от их свежих улыбающихся лиц, радуясь веселому щебетанию и смеху.

Солнце поднялось уже высоко, и все вокруг купалось в его золотистых теплых лучах.

Но вот, желая набрать как можно больше цветов, один крепыш забрался на грядку с овощами.

— Осторожно, там горошек! — крикнула Лианна.

После стычки с Жерве в ее голосе слышалось раздражение.

Ребенок удивленно посмотрел на странное ползучее растение, примятое его босыми ногами, потом бросился к старой няне и испуганно прижался к ее боку.

— Боже мой! — в сердцах воскликнула Лианна. — Эти цветы заглушили все овощи!

— Но вы же сами приказали посадить их, моя госпожа, — осторожно напомнила ей матушка Брюло.

— Не могу понять, почему я это сделала, — пробормотала девушка, хотя прекрасно все знала.

Она была влюблена в Ранда, когда приказывала посадить цветы. А сейчас ее мечты развеялись как дым от его предательства. Злясь на себя за то, что напугала ребенка, Лианна порывисто обняла малыша и ушла.

Посреди лужайки уже стояло «майское дерево» — украшенный цветами и разноцветными лентами столб, похожий на огромного часового. Скоро он станет центром всеобщего веселья; вокруг него закружатся хороводы, зазвучат песни. Нарядно одетая Лианна будет руководить праздником.

Как всегда, прибудут гости из Абвиля и других близлежащих городков, чтобы принять участие в состязаниях в беге, катании обруча и в рыцарских поединках. Одетые в костюмы шахматных фигур люди разыграют партию на огромной шахматной доске. Будут катать по траве разноцветные шары, стараясь сбить зеленый, чтобы получить

в награду ножной браслет с бубенчиками.

Она должна вести себя так, с горечью думала Лианна, как будто эта весна ничем не отличается от всех предыдущих, словно хозяйка Буа-Лонга — безмятежная хладнокровная дочь Эймери-Воина, а не тайная жена английского барона.

* * *

Ближе к полудню гости уже заполнили огромный луг. Многие пришли сюда пешком, некоторые добирались в повозках или верхом на лошадях. Зрители теснили друг друга, чтобы лучше увидеть площадку для турнира.

Нарядно одетая Лианна вместе с Маси расположилась в открытом шатре как раз напротив турнирного поля. Позади них сидела Бонни и с удовольствием грызла засахаренные фрукты.

Место для состязаний было обнесено изгородью, в свою очередь окруженной другой, более высокой. В промежутке между ними собрались рыцари и их оруженосцы.

— Жерве взял мой опознавательный знак, сообщила Маси, указывая на мужа рукой.

Закованный в латы Жерве восседал на лошади у огороженного двумя веревками края площадки. К его рукаву был прикреплен лоскуток ярко-красного шелка.

— Ты повязала свой Гокуру? — поинтересовалась Маси.

Лианна покачала головой.

— У меня нет избранника среди них, и вообще нет.

Бонни шумно вздохнула, но Лианна бросила на нее испепеляющий взгляд. Фыркнув, Маси снова обратила все свое внимание на площадку.

Там начинался парад рыцарей; развевались разноцветные флажки, сверкали на солнце доспехи и шпаги. Это был великолепный спектакль, демонстрирующий рыцарство во всей его красе и бессодержательности. Подумать только, один человек мчался навстречу другому только для того, чтобы выбить из седла соперника, который на самом деле не являлся противником. И все это ради того, чтобы выиграть венок на голову или браслет с бубенчиками на щиколотку.

«Ранд купался бы здесь в лучах славы», — ядовито подумала Лианна.

Заметив чью-то одинокую фигуру на зубчатой стене, Маси заслонила глаза от солнца.

— Шионг, — наконец узнала она. — Вероятно, он слишком занят своим порохом и его дозировкой, чтобы присоединиться к нам.

Лианна поспешила встать на защиту друга.

— Твой муж приказал вечером устроить фейерверк. Даже если бы Шионгу и захотелось посмотреть турнир, он слишком занят приготовлением зарядов.

Она подняла руку и поприветствовала его. Шионг рассеянно помахал в ответ и исчез из поля зрения.

В последнее время Шионг беспокоил Лианну. Он был какой-то необщительный, задумчивый и удивительно послушный всем капризам Жерве. И кроме этого, казалось, что китаец все время находится в напряженном ожидании.

Внезапно Лианна почувствовала смутное беспокойство. Немного нервничая, она стала внимательно разглядывать пеструю толпу. Крестьяне и торговцы, смеясь, с удовлетворением ели имбирные пряники в форме человечков и потягивали сидр, специально приготовленный для майских праздников и подкрашенный петрушкой до зеленоватого оттенка.