Лилит
Шрифт:
Нестареющий аристократ кивнул и стал дальше с наслаждение пить чай. Матиас призадумался и, блеснув глазами, рванул из кабинета. Вернулся через несколько секунд с огромным кулоном в руках. Смелов подозрительно стал коситься на бижутерию в руках демона.
— Я этого не надену! — сразу запротестовал программист. — Я уже и так с такими волосами на гомика похож, а так докажу полностью свою принадлежность к меньшинствам. А я этого не хочу, и вы меня не заставите.
Матиас покосился на Жарикова, тот кивнул и глянул на двух лаборантов-стажеров. Молодые люди поняли всё без слов и в момент напрыгнув толпой на программиста
Заметив изменения в зеркале, Тоха разглядывал себя недолго, но очень внимательно. Результатом был доволен и спрятал кулон под рубашку.
— Так что там с моей дражайшей половиной? — осведомился программист.
— Ну, думаю, переход они преодолели, — немного подумав, резюмировал Жариков. — Но за то, что и как там происходит — не ручаюсь. Сам понимаешь это твоя жена. И к слову, демонов своих сам забирай домой — в здании на ночь их не оставлю из двух соображений: уставом не положено и безопасность и сохранность здания дорога.
Смелов пожал плечами, мол и так знаю, что забирать домой придётся.
Глава 2. Монастырь Святого Патрисия
В лесной чаще, в тени старого дуба, покуривал трубку уже не молодой, но ещё и не старый мужчина. По одежде и сбруе на лошади было понятно, что это главный охранник монастыря Святого Патрисия. Что мужчина делал в нескольких часах езды от самого монастыря и полудне пути от города неизвестно. Но ясно одно — не зря он отдыхал у старого треснутого портала — Врат Миров.
Сидел охранник уже несколько часов и начинал нервничать: в темноте возвращаться не хочется, да ещё и с чужаками в придачу. Лес то своих не тронет, а вот пришлых… вполне вероятно. Хотя настоятель что-то бормотал про магов, но ему, охраннику, мало верилось. Люди-то у нас не магичат, а лишь упыри всякие.
Из задумчивости охранника вывел шум: Врата Миров подернулись пленкой и оттуда вывалились два мужчины. Один высокий и коренастый, а другой среднего роста и щуплый. Видимо маг, подумал на второго охранник и поднял, неспешно отряхнул штаны и пошел навстречу, так сказать поприветствовать новоприбывших. В этот самый момент и из портала вырвался луч и унесся в глубину леса. Портал потух. Мужчины переглянулись.
— Моя госпожа, — причитая кинулся щуплый за исчезнувшим лучом.
— Да, что с Сашкой сделается? Это ж Сашка, — спокойно заметил коренастый и пошел навстречу местному провожатому.
Кошелев оглядел охранника с ног до головы испытывающим взглядом, а потом добродушно улыбнулся и протянул руку.
— Владимир Кошелев.
Охранник протянул руку в ответ и пожал со словами:
— Йозеф Бруно. Приятно познакомится. А куда это ваш маг сбежал?
— Это не маг, это был демон. А вот он как раз за магом и побежал. Ах да, чуть не забыл! Это Вы составляли отчет?
Йозеф немного засмущался и сдержанно кивнул.
— Прекрасный отчет. Послушайте, может для упрощения работы на «ты» перейдем?
— Весьма с Вами, ой… то есть с тобой согласен, — улыбнулся охранник.
Оба мужчины были чем-то похожи: оба связали жизнь с оружием, оба добродушны и прекрасно мыслят, но всё же были
Пока два военных стратега общались, из кустов вышел мокрый и грязный Древний. Он крыл трехэтажным крепким русским словом этот мир и на чём он держится. Следом шла Смелова, не менее грязная, но только спереди. Шла молча и скрипела зубами. Процессию замыкал мрачный Герхард. Демон крепко сжимал кулаки и что-то бубнил себе под нос.
Йозеф отвлекся от интересной беседы и уставился на Смелову. Та выливала воду из кроссовок и стаскивала с себя мокрую куртку. Коша заметил замешательство коллеги и спросил:
— Что-то не так?
— Да это же женщина…
— Ну да. А что в вашем мире маги только мужчины?
— Ну, во-первых, маги то у нас и не живые вовсе, а во-вторых — я охранник мужского монастыря. И где прикажете мне селить эту юную особу?
— Особа не особо то и юная, — вклинился Ньярлатхотеп. — А к слову будет сказано, в отчёте не было указано какой именно монастырь — мужской или женский.
Бруно помассировал переносицу, плюнул на землю и заявил:
— Переоденем вашу магичку в парня и чтоб не одна живая душа…
— Я могила, — донесся общий ответ присутствующих мужчин.
В это момент Смелова и решила отвлечься от своего архиважного занятия и покосившись на хитрые ухмылки мужчин спросила:
— Чего? Мне не нравится, что вы так ухмыляетесь. Кажется, для меня дело запахло керосином.
— Госпожа из вас выйдет премилейший юноша, — спалил всю кантору Гера, за что и получил подзатыльник от Хотепа.
— Идиот, она сейчас сбежит, — резюмировал Древний. — А мне потом её по болотам искать.
Смелова стала на попе отползать к краю поляны. Ох и не нравилось ей всё, и причём тут милые юноши? Когда до Сашки дошло, на неё уже напрыгнул Хотеп и прижал к земле с криком:
— Вяжи быстрей, а то смоется…
Примерно через полчаса на опушке стояла компания довольных мужчин и злая Смелова. Переодевать не стали, но некоторых частей гардероба лишили. Так был конфискован и придан сожжению самим Древним кружевной французский бюстгальтер, а и без того небольшая грудь утянута обычным бинтом из аптечки умелыми руками Герхарда. Волосы пришлось слегка подстричь — теперь на голове Александры Александровны красовалась ярко рыжая копна кудряшек. Куртку тоже забрали и выдали походный местный плащ с глубоким капюшоном. Таким образом, из ведьмы вышел прекрасный бесформенный мешок. Гера косился с глубокой скорбью во взгляде, остальные откровенно глумились и радовались.
Было решено выдавать Сашку за ученика мага. Магом решили назначить Герхарда, поскольку он на эту должность похож больше всего. Коша так и будет охранником, а вот Ньярлатхотеп будет самим собой — послом мира и доброй воли. После стратегического планирования ролей было принято решение перекусить и ехать в монастырь, пока ещё не стемнело.
Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, когда в главные ворота Монастыря Святого Патрисия въехала кавалькада: первыми ехали два вооруженных мужчины, потом молодой человек с мальчишкой в плаще, а процессию замыкал огненно-рыжий чудак, который напевал срамные песенки. Настоятель монастыря посмотрел в окно, вздохнул и подумал, что лучше б вызвали чистильщиков, но Орден Святых был непреклонен.