Лилис
Шрифт:
Я еще несколько секунд смотрел на мертвую девушку, обхватившую руками арматурную сетку, но превращения ее в туман так и не дождался.
– Так все-таки зачем вы здесь? – вдруг спросил Локос.
Быстро оглянулся на генерала и остался разочарованным, ведь подсказки не дождусь! Но когда-нибудь я заставлю его снять шлем! Накатила волна злости, но ее объектом были не генерал и даже не майор, а я сам. Кто-то внутри меня словно спрашивал, зачем я на всех оглядываюсь.
Почему-то то Эльва, то инспектор Топаз, то Великий Инспектор, да и многие менее значимые личности, постоянно говорили мне, как быть и что делать. И пусть я не
Я вновь повернулся к майору:
– Мы услышали сигнал бедствия и поспешили на помощь. Оказались в вашей планетной системе, были атакованы неизвестным объектом. Что из этого вышло, вы видели сами.
Майор оживился, глаза его буквально загорелись надеждой:
– Значит, сигнал все-таки прорвался? Фух, гора с плеч.
– А что такого?
Локос несколько смутился, лицо, изборожденное глубокими морщинами и шрамами, приняло какой-то желтоватый, болезненный оттенок.
– Просто в самом начале вторжения от командующего поступило сообщение, что все сигналы дальней связи кем-то блокируются, – пояснил он, – так что помощи извне ждать не приходилось. А потом мы потеряли и почти всю ближнюю связь – радиус действия наших передатчиков снизился до ста – двухсот метров. Вот я и решил, что…
– Что?
– Что мы обречены.
– Значит, ты говоришь, что связь глушится?
Он кивнул.
Кажется, стало понятно, почему я не мог сконтактировать с Эльвой – она не была мертва, просто в этой зоне кто-то вырубил всю связь. Пусть даже мой канал телепатической связи и являлся сверхнадежным. Так. Эта информация все меняла. Теперь можно было приступить к постановке задач и составлению плана.
Итак, во-первых, мне нужно выбраться с этой планеты, а для этого необходимо убрать Демиурга. Как его убрать, оставалось неизвестным, то, что я сам ничего не смогу сделать, было ясно как божий день. И вправду, не устанавливать же с ним мысленный контакт? Хотя бы потому, что это вряд ли к чему-либо приведет, а попытка, несомненно, окажется опасной. Почти уверен, что Демиург в силах выжечь мне мозг. Но все это преамбула – теперь, когда известно, что Эльва жива, остается у нее выяснить, как убить или усыпить Демиурга. В конце концов, Эльва сама говорила, что не раз с ними воевала, – уж она наверняка сможет создать какое-нибудь оружие, а если не справится, так отвлечет внимание и расчистит путь для моего фрегата. Значит, все упирается в глушилку связи. Уберешь ее – уберешься с планеты.
– И ты не знаешь, чем конкретно глушится связь? – уточнил я.
Он помотал головой. На мой взгляд, чересчур активно.
– Нет… э-э-э… сэр.
– Ты чего-то недоговариваешь. Напомню, что на кону стоят жизни колонистов.
Майор замялся, посмотрел на стоящего истуканом генерала, на техников, копающихся в панелях приборов, потом вздохнул и произнес:
– Я не уверен, что имею право открывать засекреченные данные вероятному противнику, но думаю, что мы сможем договориться.
– Чего же хотите, Виктор?
– Вы ведь скоро восстановите звездолет? Насколько могу судить, для этого класса кораблей авария была несерьезной.
– И?
– Хочу,
– Сотня?
– Да, сэр. В основном женщины, дети, старики – все мужчины, способные носить оружие, были мобилизованы.
– А где остальные? Сколько людей населяло колонию?
– Дня три назад – двести тысяч… Сейчас не знаю. По улицам бродят отряды захватчиков, но, возможно, люди прячутся в подвалах и укрытиях. А возможно, где-то еще остались районы, контролируемые силами обороны. Как я уже говорил, никакой связи нет. Картина происходящего в городе мне до конца неясна… Не стану умолять вас драться с захватчиками, высаживать десант и искать уцелевших, я понимаю, что это невозможно. Но прошу, заберите у меня людей – мой отряд потерял всякую мобильность и не может ни воевать, ни прорваться на соединение с другими частями. Ну так что, мы договорились?
Я оглянулся на генерала, застывшего истуканом, и скривился: снова эта дурная привычка!
– Хорошо. Считайте, что договорились. Но насколько я понимаю, вы и ваш отряд не собираетесь эвакуироваться? Кстати, а отряд у вас большой?
– Нет, мы не можем бросить людей, которые сидят в подвалах и надеются только на нас. А насчет моего отряда… осталось четыре солдата флота РФ, пяток полицейских и дюжина недостаточно вооруженных ополченцев. Если вы можете оказать нам помощь оружием…
– Я подумаю. Так что там насчет вашего секрета?
– К югу от города находится замаскированная под горный пик станция связи – она же обсерватория. Думаю, что захватчики до нее не добрались, и вы сможете найти те космические объекты, которые глушат наши сигналы.
– Хм, а почему такая секретность?
Он посмотрел на меня очень странно. Кажется, удивление было вполне искренним:
– Это же станция связи…
– Ну и?
– Кха-кха, – вдруг кашлянул генерал. То, что при этом он забыл выключить внешние динамики, меня нисколько не удивило. – Сия… кха-кха… Сэр, в Федерации, в отличие от ОСА, станции связи входят в список объектов повышенной секретности.
Я посмотрел на своего генерала с явным недоумением: понимаю, конечно, что он хотел спасти меня от неловкости, которая возникла из-за моего обнаружившегося профанства, но, спрашивается, какого черта? Если решил изображать истукана – так выполняй свою миссию до конца. А мне лично плевать на то, что обо мне подумает этот майор – ни в чьем одобрении не нуждаюсь. Впрочем, он обо мне и так имеет самое нелестное мнение, вон как презрительно сощурены глаза – понял, что за спектакль разыграл мой офицер-прихвостень.
– Вот что, генерал, – сказал я, – собери-ка отряд андроидов и найди несколько транспортных машин – я собираюсь наведаться в эту обсерваторию.
– Но…
– Выполнять!
– Есть, сэр.
Генерал отдал честь, повернулся кругом и покинул мостик почти бегом, а я успел поймать ошарашенный взгляд майора. Ну да, ну да, генералы передо мной на задних лапках ходят – боже мой, как круто!
– Ладно, – сказал я ему, – можете начинать загружать людей во фрегат…
В этот момент в рубку вновь вбежал генерал. Задавшись вопросом, а собственно, куда он бегал, если современные технологии позволяют отдавать необходимые распоряжения не сходя с места, я тем не менее договорил: