Ликвидатор
Шрифт:
Во избежание вполне возможных недоразумений я не поехал на поезде и не полетел на самолете. К тому же мне, честно говоря, было жалко бросать совсем недавно купленную «восьмерку». У меня не было личного гаража, и машина большую часть своей жизни проводила под открытым небом на обдуваемой всеми ветрами платной стоянке недалеко от ВДНХ.
Расплатившись с таксистом, я вышел из потрепанной «Волги» за квартал от места дислокации моего четырехколесного коня и, с огромным удовольствием закурив, не спеша пошел в нужном направлении. Мысли, как и следовало ожидать, ни в какую не
Воспользоваться своим автомобилем мне так и не удалось. Любой автомобилист хорошо знает, что самые неприятные поломки всегда происходят в неподходящий для этого момент. Закон подлости, он же — закон бутерброда, неизменно падающего на землю маслом вниз, в очередной раз получил подтверждение. Да еще какое! Мало того, что двигатель совсем еще новой «восьмерки» наотрез отказывался заводиться, так ведь по непонятной причине вышла из строя и пережгла все предохранители электросистема машины, а вдобавок ко всему, еще село левое заднее колесо. На мой немой вопрос, заданный одними глазами подошедшему охраннику, он только пожал плечами и недовольно скривил небритую физиономию.
— Вроде не лазил никто… Я вообще только два часа назад сменился… — Парень с отсутствующим видом обошел вокруг не подающего признаков жизни «чуда» советского автомобилестроения, безразлично осмотрел машину и полез в карман джинсовых штанов за очередной порцией семечек.
— Ладно, придется сегодня на «пешкарусе» передвигаться. — Я, как мог, изобразил на фейсе равнодушную улыбку оглушенного пыльным мешком простофили, лениво захлопнул и закрыл на ключ дверцу «восьмёрки». — Закурить есть?
— Да вроде… — снова пожал плечами переросток и, покопавшись в кармане, вытянул оттуда всю в чёрной пыли от семечек пачку дешевых сигарет без фильтра. — Держи, дядя. — Он протянул её мне.
— «Ватра»?! — Я недовольно поморщился, как будто увидел прямо перед носом вонючую пупырчатую жабу. — Не, я лучше курить брошу, но такую дрянь в рот не возьму.
— Как хочешь, — нисколько не обидевшийся парень затолкал мятую пачку обратно в джинсы и широко зевнул.
— Пока. — Я вышел за высокие металлические ворота. Проблема с транспортом снова встала на первое место.
И тут опять вмешался Его Величество Случай. Хотя кто-то сказал, что случайность есть не что иное, как проявление закономерности. Возможно… Практически не найти человека, который в определенные моменты жизни не думает примерно следующее: «Вот не сказал бы я тогда ей… Вот не сел бы тогда к нему в машину… Вот послушал бы совет друга…» И так — до бесконечности. И все, кого посещают такие, выраженные в сослагательном наклонении воспоминания, совершенно правы! Нет ничего более сильного, более весомого, более определяющего всю дальнейшую жизнь, чем случайные события.
Так случилось и со мной. И все благодаря притормозившей рядом со мной чёрной «Волге» с военными номерами и совершенно непрозрачными стеклами. Дверца машины чуть слышно щелкнула, и я увидел появившееся в проеме плечо, а затем и лицо человека в зелёной форменной одежде. Личность мужчины показалась мне знакомой. Я попытался вспомнить, где мог видеть его раньше, но он избавил меня даже от этой, не особо утомительной для серого вещества работы.
— Товарищ Бобров? Валерий Николаевич? — Офицер, как я успел заметить — подполковник, очень любезно улыбнулся и посмотрел на меня ярко-голубыми глазами. — Вы меня не помните?..
— По-моему, помню. Но вот имя… — Я ответил на улыбку довольно кислой миной и почему-то крепко прижал рукой к правому боку спортивную сумку с вещами, деньгами и дискетой покойного генерала Крамского. Что-то во взгляде добродушного на вид пухлячка меня насторожило. Уж не братец ли единоутробный у меня объявился? В том состоянии, в котором я находился с самого утра, можно было невесть что подумать. Для уверенности я слегка пошевелил левым плечом и радостно ощутил знакомую тяжесть крепко пристегнутого к кобуре «стечкина». Единственный мой защитник, страж и воин. С полусотней «желудей» в запасе.
— Мы с вами вместе в ташкентском госпитале лежали, после ранения. Я тогда в командировке был, так случайно, прямо на улице, хулиганы подстрелили. А вы, по-моему, из Афгана, — освежил мою засорившуюся всякими прочими событиями последних семи лет память подполковник. — Только тогда я капитаном был, как и вы.
«Их контора что, слежку за мной установила? — пришла мне в голову совершенно глупая мысль. — Или в доверие втирается?»
Но, черт побери, я действительно узнал его!
— Капитан… нет, простите, подполковник Березовский? — осторожно спросил я, всё ещё цепляясь за спокойно висящую на моем плече сумку «Адидас» — видавший виды «трофей» московской Олимпиады-80.
— Точно! — обрадовался как ребенок крепкий светловолосый мужчина. — Думал, забыли. Вам куда? Если по пути, то могу подбросить. — Подполковник кивнул в сторону широкого мягкого сиденья, обтянутого вишневым бархатом.
— А куда вы едете? — Где-то в глубине души я почувствовал, что через секунду услышу нужный, очень нужный мне именно сейчас адрес.
— Вообще-то далеко. У меня через… — подполковник вскинул мощную руку и посмотрел на дорогие, в крупном золотом корпусе, часы, — семь часов важное совещание в Ленинграде. Вот прямо туда и направляюсь.
— Вы просто не поверите, но сейчас я собирался ехать на вокзал за билетом и через три часа уже отчаливать в город на Неве! — Мне с большим трудом удалось сдержать то чувство внутреннего ликования, которое неожиданно проснулось внутри. Наверное, не что похожее испытывает азартный игрок, когда в один прекрасный момент по воле Его Величества Случая выигрывает самый главный и самый дорогой Приз.