Ликвидатор
Шрифт:
— Да, шпионажу я была обучена, можно сказать, с пеленок. Люсинде не повезло. Папа уехал из Великобритании в прошлое воскресенье. Навсегда.
— Очень жаль. Я собираюсь разыскать его. Я забрал прошение об отставке.
— Я предчувствовала, что, если еще тебя увижу, это будет означать, что ты забрал прошение, Джонас. Знай, я не испытываю к тебе ненависти. И эта мысль про юг Испании вместе с тобой представляется мне довольно заманчивой.
Морщинки исчезли, и ее лицо вновь стало таким же ангельски безоблачным, каким он его всегда знал. Она протянула ему стакан.
— Нет, спасибо.
Она рассмеялась. За время их связи она смеялась очень редко. Ее смех был ему почти незнаком.
— С напитком все в порядке,
— Проигрыватель?
— Я сменила оружие в прошлый понедельник. Видишь, я изучила твои привычки. В твоем случае это было не сложно: ты весь из них состоишь.
— Яд?
— Вурали. Если ты попытаешься сдвинуться, то ощутишь, что мускулы тебе не подчиняются. Первая стадия паралича. Думаю, мне стоит позвонить в полицию. Я убила любовника в припадке ревности! Ну и попутно, конечно, выяснится, что я шпионка. Думаю, мой процесс будет одним из самых сенсационных. Помимо прочего, я расскажу много интересного о работе британской разведки. Я красивая девушка, а, как известно, английская публика любит красивых девушек. Я буду на первых полосах всех газет. Меня признают виновной и приговорят к пожизненному заключению. Но не думаю, что папа позволит мне там пробыть больше двух лет. Вернувшись домой, я напишу книгу о беззакониях британской пенитенциарной системы и заведу десять детей.
— И все от разных отцов.
Уайлд вытащил из одного кармана пистолет Мариты, а из другого — глушитель. Он привинтил глушитель к пистолету.
— Я тоже в курсе моих рабских привычек.
Джоселин посмотрела на проигрыватель. Морщинки вернулись, но только на мгновение. Ее щеки чуть покраснели.
— Но ты не сможешь убить меня, Джонас, вот так, своими руками. Мне казалось, ты любил меня.
— И люблю, — сказал Уайлд и дважды выстрелил ей в сердце. Затем положил пистолет на сервировочный столик и спустился вниз. Кэннинг ждал его, облокотившись на автомобиль. Уайлд отдал ему ключ от входной двери и сел за руль.
— Интересный вы парень, — сказал Кэннинг. — Совсем ничего не берете с собой? Я тут, знаете ли, собираюсь… э-э… от всего избавиться. — Он пристально посмотрел на Уайлда и тревожно нахмурился. — Вы не заболели?
— Нет, — сказал Уайлд.
На ленч Уайлд выпил две порции бакарди с содовой, а потом поехал прямо в «Мартинс-банк» и закрыл счет мистера Уолтера. Он получил четыре тысячи фунтов пятерками. На Бонд-стрит посетил магазин «Пине» и купил пару дорогих черных туфель размера 6В, норковое манто четырнадцатого размера и бутылку «Беллоджиа». Заплатил наличными и после этого отправился в больницу.
Марита сидела в постели и читала журнал «Тайм». На ней была закрытая кружевная ночная рубашка.
— Не думала, что вновь увижу тебя. По-моему, я очень плохо вела себя на яхте.
— Ты вела себя очень по-человечески, что ободряло. А ведь я действительно о тебе беспокоился.
Уайлд положил манто и коробку с туфлями на стул и сел рядом с ней.
— С тобой все в порядке?
Она пожала плечами:
— Думаю, что да. Но я должна пробыть в постели еще неделю. Наблюдение, ты же понимаешь.
— Все постели похожи. Мой автомобиль внизу.
— У меня нет одежды, Джонас.
— Вот, пожалуйста.
Марита сняла ночную рубашку и закуталась в манто:
— Оно просто великолепно!
Она села, чтобы позволить ему надеть на нее туфли.
— Ой, ты знаешь, а у меня седьмой размер.
— Все в этой отвратительной истории с самого начала как пошло наперекосяк, так и продолжается! Ты можешь как-нибудь доковылять до машины?
— Думаю, да.
Марита надушилась, расчесала волосы и пошла с ним по коридору. Никто и не взглянул на них.
— Ты можешь сказать мне, куда мы направляемся?
— Я еще не решил.
— Хорошо, но… Можно узнать почему?
— Я решил
Уайлд посмотрел сквозь ветровое стекло. На указателе была надпись: «На запад».
— Кроме того, — сказал он, — интересно будет выяснить, сколько времени потребуется Люсинде, чтобы разыскать нас.
Послесловие
«Это самый опасный человек в мире» — так и никак иначе должно говорить о герое Эндрю Йорка. Джонас Уайлд — «чистильщик». И серия романов о нем ничем не уступит знаменитым историям Яна Флеминга о Джеймсе Бонде. Более того, герой Йорка словно бы подхватывает эстафету бондианы, подобно тому как сто лет назад герой рассказов Мартина Хьюитта [2] отправился по пути, проторенному Шерлоком Холмсом. Эти серьезные и в меру живописные произведения об отважном бойце невидимого фронта дают новую жизнь старому, но популярному сюжету. Речь конечно же идет о шпионских приключениях, которые так любит читатель.
2
Мартин Хьюитт (1863—1945) — популярный английский писатель, один из ярчайших подражателей А. Конан Дойла. Печатался в журналах «Стрэнд» и «Виндзор-мэгэзин», в которых дебютировал А. Конан Дойл. Даже оформлял его рассказы тот же художник, что иллюстрировал произведения о легендарном сыщике.
В цикле романов об Уайлде нет эксцентричных злодеев, хитроумной техники и экзотики дальних стран, но присутствуют все прочие особенности формулы Флеминга: действие развивается вокруг тайного агента, уполномоченного убивать, чрезвычайно привлекательного для женщин, знатока вин и гурмана, переживающего стремительные мелодраматические приключения, полные насилия и секса. Тем не менее, Уайлд не точная копия своего собрата по профессии, ему, к примеру, не нужен пистолет — он убивает с помощью приемов каратэ, чаще всего ударом в основание черепа.
Книги Йорка не менее увлекательны, чем книги Флеминга: в них достаточно сцен вроде той, что описана в «Координаторе» («The Co-Ordinator»), когда узнанный врагами Уайлд вынужден в снежную бурю ползти по краю обледеневшей крыши небоскреба и вламываться в окно, пока его не сдул арктический ветер.
Нельзя не отметить, что романам о Джонасе Уайлде присуща особая атмосфера, очевидная для читателя, но едва ли имеющая весомое значение для автора. Дело в том, что, хотя само по себе повествование убийственно серьезно, сюжет нередко оказывается пародийным, от него веет буйным черным юмором, словно автор неосознанно смеется над Флемингом. Взять хотя бы эпизод одного из романов, в котором шеф сообщает Уайлду, что люди, которых убрал их отдел, предатели; Уайлд, успокоившись, приступает к следующему заданию и обнаруживает, что шефу платят русские, а отдел, сам того не зная, в течение долгого времени уничтожал лучших граждан Британии. Только черным юмором можно оправдать сюжетную мотивировку, исходя из которой Британия потратила несколько месяцев и миллионов на создание спецотдела, а русские за пять минут подкупили одного человека и заставили весь отдел работать на себя.
В другом романе у Уайлда сместился позвоночный диск, и он падает при каждой попытке нанести удар каратэ. В третьем он ищет маньяка-убийцу, но выясняет, что виновен каждый, на кого падает его подозрение. В четвертом люди, пытающиеся убить арабского принца, приказывают Уайлду его охранять, чтобы потом свалить на него вину и тем самым обеспечить себе удачу при следующей попытке! Однако, справедливости ради, следует сказать, что это единственный недостаток хорошо написанных, полных событий приключенческих романов, и Уайлд остается, пожалуй, лучшим персонажем из всех, скроенных по образцу Джеймса Бонда.