Лидер с планеты Земля
Шрифт:
Я мысленно аплодировал экселенсе. Это был действительно сильный ход. Она ведь и вправду могла своей волей приговорить изменника к вышке, и все, абсолютно все, приняли бы это как должное. Никто бы и слова ей не сказал. Но запомнил. Отлично запомнил, с прицелом на будущее. Ведь ещё никогда в истории ни один герцог, даже имея неограниченные полномочия, не приговаривал к смерти другого, не из своего дома. Такой прецедент в совсем недалеком будущем мог запросто стать тем самым камешком, который сдвинул бы с места лавину внутриимперских подковёрных разборок, переведя их в открытое противостояние или даже войну…
Собравшиеся тем временем опять зашумели. Смысл сказанного
— Лейтенант! Будьте добры, подойдите, — кивнула она лейтенанту Ханесу.
Тот не спеша подошёл, развернулся к сановникам, расстегнул ворот и медленно снял бронешлем.
— Андий! Андий Галья, — ахнул кто-то из ближнего ряда.
Через секунду его поддержали такими же возгласами ещё трое.
— Да, господа, вы не ошиблись, — усмехнулась Анцилла. — Это действительно Андий, старший брат Дария, пропавший без вести три года назад и до сего дня считающийся погибшим.
Честно скажу, момент для легализации Андия-Ханеса она подобрала мастерски. Я бы, наверное, так не смог бы.
— Слухи о моей смерти оказались несколько преувеличенными, — ухмыльнулся командир штрафников и указал пальцем на брата. — А с ним я действительно разберусь сам. Как и с вопросом, по чьей конкретно вине я был вынужден так долго скрываться и потому не смог после смерти герцога Лютия получить положенные мне по праву корону и титул. На «Два Би-Би» его! — приказал он охране, потом повернулся к Анцилле и, приложив руку к груди, коротко поклонился. — Спасибо вам, экселенса, за помощь, доверие и поддержку.
— И вам, экселенц, за кровь, пролитую домом Галья в сражении за Империю! — наклонила голову женщина.
Дария увели, новый герцог остался в зале. К общей группе он не присоединился. Замер чуть в стороне, в окружении своих штрафников. Предосторожность понятная. Мало ли какие мысли витают сейчас в головах тех, на кого может указать при допросе арестованный регент. Найти среди имперской элиты пособников и приспешников — дело нехитрое. Достаточно лишь слегка надавить на нужные точки и кое-что сопоставить.
Экселенса, впрочем, раскручивать дело об измене в верхах не спешила. В нынешних обстоятельством у неё, как и у всей Империи, имелись дела поважнее.
— Кто виноват, мы выяснили, — сообщила она собравшимся. — Осталось решить, что делать. Маршал Балькао!
— Я, экселенса, — выдвинулся из толпы седовласый военный.
— Вы всё ещё начальник Генштаба?
— Так точно. Рапорт о моей отставке регент не подписал.
— Почему вы подали рапорт?
— Я был не согласен с его стратегией обороны.
— Другие планы в Генштабе имеются?
— Да, экселенса. Я предлагал это раньше и предлагаю сейчас. Армия не должна сидеть в глухой обороне. Армия должна наступать.
— Я с вами согласна, селенц. Армия действительно должна наступать. Она должна вышвырнуть захватчиков с наших планет и нанести им такие потери, чтобы они навсегда забыли сюда дорогу!..
Пафос, конечно, зашкаливал. Но по-другому было нельзя. В этом я экселенсу поддерживал.
Когда на тебя смотрят десятки миллиардов граждан Империи, ты должен сказать им именно то, чего они ждут от твоего выступления. «Враг будет разбит. Победа будет за нами». Эта нехитрая формула работала во все времена, во всех уголках Вселенной. Работала она и сейчас. И судя по
Получив от Анциллы прямой приказ наступать, маршал в сопровождении других офицеров бодро рванулся к выходу. Не знаю, насколько он сегодня был честен в своих словах в отношении регента и прошлой стратегии, но в том, что в Генштабе тянуть волынку не станут, сомневаться не приходилось. Там служили не дураки и хорошо понимали: любые попытки затянуть наступление имперских флотов будут восприняты властью и обществом как саботаж, со всеми вытекающими из этого факта последствиями…
— А теперь, господа, мы с вами поговорим о власти, — продолжила экселенса, когда штабные ушли. — О власти в том смысле, в каком она действует на человека неподготовленного и неподходящего…
Я с удивлением посмотрел на Анциллу.
Неужели она решила отказаться от роли властительницы прямо сейчас, не дожидаясь окончания срока? С её стороны это было бы весьма опрометчиво…
— Пример герцога Дария, решившегося ради власти на прямое предательство, говорит нам о том, что даже при самом тщательном выборе — это отнюдь не гарантия, что мы выбираем правильно. И речь, господа, идёт не об императоре. Там-то как раз всё в порядке. Пока всё в порядке. Императору нет нужды постоянно отчитываться перед правящими домами и созданными ими структурами. Он, по большому счёту, отчитывается только перед народом Империи. Иное дело, когда император ещё не достиг совершеннолетия и его полномочия временно передаются регенту, знающему, что по факту переизбрать его могут в любую секунду. Не это ли, кстати, стало главной причиной измены герцога Дария? Вопрос риторический, но я всё равно его себе задаю. Так же, наверное, как задаёт его себе каждый из вас…
По поднявшемуся в зале шуму я понял, что герцогиня снова попала в самую точку. Каждый из глав великих домов примерял на себя роль регента, и каждому не нравились накладываемые на эту должность ограничения. Способов преодолеть их имелось множество, это я помнил ещё по земной истории. Однако и «побочных эффектов» от подобных «преодолений» было не меньше. Проблема наименьшего зла в чистом виде. Какой выбор сделает экселенса, я пока представить не мог… Но мне было интересно…
— Я, как и многие, не хочу, чтобы власть опекающего императора регента ограничивалась массой ненужных и зачастую просто невыполнимых условий, связывающих его по рукам и ногам. Но в то же время мне очень не хочется, чтобы в какой-то момент регент вдруг начал считать себя почти императором, непогрешимым и неподсудным. Как это будет решаться в будущем, я не знаю, но здесь и сейчас будет так: до совершеннолетия императора его обязанности будет исполнять регентский триумвират. Три человека. Трое заслуженных, вышедших из разных слоёв и уже доказавших свою верность Империи. Первый должен представлять правящие дома и, в первую очередь, тот, которому принадлежит император… Герцог Андий! — обратилась Анцилла к «Ханесу». — Вы согласны принять на себя эту ношу?
— Почту за честь, экселенса, — кивнул командир «Би-4».
— Отлично! Перейдём теперь ко второму достойному. Я хочу выбрать его из тех, кто уже пять веков служит нашей державе, но никогда ещё не имел шанса подняться до самого верха. Граф Луджер! Сколько боевых кораблей осталось у малого дома Ансари?
— Два звена истребителей и один перехватчик. Остальные погибли у Мегадеи.
— И вы не побоялись оставить свою родную планету почти без защиты?
— Дом Ансари знает свой долг! Он в том, чтобы защищать всю Империю и, если понадобится, отдать за неё свои жизни.