Лицом к счастью
Шрифт:
Чтение оказалось весьма захватывающим, однако отдыхающая, сморенная солнцем, незаметно для самой себя задремала, уронив книжку в песок. Ее убаюкали монотонный шелест волн и легкий ветерок.
Сон был чудесен, реальность в нем переплелась с вымыслом. Критическое настроение тоже взяло передышку, возможно, поэтому Гизелла не сразу спохватилась, когда до нее стал доноситься воркующий женский голосок и отрывистый мужской. Да и смысла слов она не улавливала.
Медленно пробуждаясь после короткого, но глубокого сна, Гизелла почувствовала, как расслабленность дремы стремительно
Пассажиры добрались до островка вплавь и устроились тут же, в лагуне, на золотистом песочке, всего в какой-то паре метров от Гизеллы. Оба красивые, спортивные, загорелые. Женщина была в белом бикини, которое сияло на солнце и бесподобно оттеняло густой загар владелицы. Мужчина же — в темных плавках.
Женщина подставила ему спину, и мужчина заботливо смазал ее солнцезащитным кремом. Она издавала сладострастные звуки, пока он усердно распределял крем по ее спине и плечам, после чего вернул спутнице тюбик.
Гизелла поежилась, наблюдая это действо. Как ей показалось, дамочка переигрывала со свидетельствами экстаза, тогда как мужчина намеренно хранил сосредоточенную немногословность.
Соблазнительно изгибая тело, женщина покрыла кремом грудь, живот, руки и ноги, отбросила завинченный тюбик и расположилась на песке.
Гизеллу начало мучить подозрение, что ее, устроившуюся в густой тени, они вполне могли и не заметить, и доказательством этому стало следующее действие мужчины: он накрыл спутницу своим телом.
Гизелла в ужасе предположила, что прямо сейчас, у нее на глазах, эти двое займутся любовью. Девушку устрашила перспектива стать свидетельницей интимной сцены. Стараясь производить как можно меньше движений, она зажала книжку подмышкой, ухватила сумку с полотенцем и, пригнувшись, стала красться в гущу кустов.
Решив, что в чащобе можно переждать, пока этими двумя владеет страсть, Гизелла приостановилась и не смогла удержаться от последнего взгляда на сластолюбивую парочку.
К этому моменту мужчина приподнялся, а затем вытянулся во весь рост, всматриваясь в заросли, где рассчитывала укрыться Гизелла. Вряд ли он ее видел сквозь напряженный прищур. Его женщина, опираясь на локотки, лениво смотрела в том же направлении, недовольно надувая губки. И лицо, и красноречивый соблазнительный взгляд этой женщины, да и фигура показались Гизелле очень знакомыми. Девушка стала напрягать память, надеясь припомнить, где могла видеть ее. Определенно, она либо актриса, либо завсегдатайша светских тусовок, чьи фотографии периодически появляются на страницах светской хроники. И этот островок парочка выбрала именно для того, чтобы никто не смог быть свидетелем их забав.
Но не успела Гизелла Фостер все тщательно обмозговать, как благоразумный мужчина потребовал, чтобы его женщина отправилась вместе с ним на яхту.
Они скрылись из
— Богатенькие, — недовольно проворчала Гизелла.
Девушка достала камеру, чтобы на память об этом странном происшествии запечатлеть красавицу яхту.
— Не смейте этого делать! — услышала она позади себя резкий окрик и вздрогнула, чуть не выронив фотоаппарат из рук.
Гизелла испуганно обернулась на голос и тотчас уперлась взглядом в зловещий холод голубых глаз.
Широкоплечий загорелый мужчина сделал огромный шаг по направлению к девушке.
— Отдайте! — коротко распорядился он, протянув к фотокамере руку.
— Нет! — возмущенно воскликнула она и отступила.
— Немедленно! — конкретизировал свою волю мужчина и крепко ухватился за фотоаппарат.
— Не смейте! — гневно запротестовала Гизелла. — По какому праву! Да что же это такое?! — в отчаянии возопила она, когда он все же отнял драгоценный бабушкин подарок.
— Я просто должен убедиться, что вы не наделали глупостей, — теперь уже сдержанным тоном пояснил он. — Не понимаю людей, которым до всего есть дело, презираю папарацци и прочих распространителей жареных фактов. Борюсь с вами всеми своими силами.
— Я не имею никакого отношения к тем, кого вы только что перечислили, — хладнокровно ответила девушка, пока незнакомец просматривал содержимое памяти ее фотоаппарата.
— Кто вы? Откуда? Что вам здесь нужно? — рублено и четко потребовал он ответа.
— Я обычная отдыхающая из Кокосовой бухты, — гордо ответила девушка.
— А здесь вы что делаете?
— Имеет человек право на уединение?! — переадресовала Гизелла ему вопрос.
— Вот именно! Мотукаи — этот остров — частное владение, несанкционированное проникновение в которое запрещено и карается в соответствии с законом о неприкосновенности частной собственности.
— Простите, если так. Но я, поверьте, ничего не знала. И не видела никаких предупредительных знаков, — взволнованно забормотала нарушительница.
— «Вторжение в чужое владение или противоправное пользование чужим владением без согласия владельца или лица, управляющего этой собственностью, наказуемо, даже если такое вторжение было непреднамеренным и без ущерба для собственности», — процитировал он. — И не пытайтесь убедить меня, что кто-то из служащих пансионата согласился доставить вас сюда.
— Никто, — покачала головой Гизелла, испуганно глядя на сурового блюстителя правил. — Я сама сюда добралась, на весельной лодке.
— Вы известили кого-нибудь о своем намерении плыть сюда?
— Нет. Но если это частная территория и владелец ее не желает вторжения, то почему в бухточке нет ни одного предупредительного знака? — поинтересовалась Гизелла.
— Потому что в подобных знаках нет необходимости: местные знают, чья это земля, а приезжим до этого дня хватало ума сюда не соваться. Им вполне достаточно пляжей курортной зоны… Зачем вы хотели сфотографировать яхту?
— Она красивая, — по-детски просто ответила ему девушка.