Лицо под маской
Шрифт:
Канаме улыбнулся краешком губ, наблюдая всю эту сцену. Он ещё раз удостоверился в искренности Айдо и был благодарен ему, что тот ни разу не заговорил с ним о таком желаемом для семьи Айдо союзе.
– Что тебя так развеселило? – Возле Куран откуда ни возьмись возник Такума.
– Ты знаешь, чей это ребёнок? – Канаме легонько кивнул в сторону стоявшего у стены мальчика лет шести, не сводившего с молодого человека взгляда разноцветных глаз: голубого и холодного, словно льдинка, и ярко-алого, как пламя. – Такое ощущение, что он весь вечер наблюдает за мной. Мороз пробегает
– Не выдумывай, - посмеялся Ичиджо-младший. – Этот малыш - сын кого-нибудь из гостей. У тебя похоже прогрессирует паранойя, мой друг, - беспечно констатировал молодой человек.
– Что ж, раз ты так считаешь… - Канаме отвернулся от мальчика, решив больше не обращать на него внимания.
– Пойдём, я кое с кем тебя познакомлю. – Такума утянул молодого человека в другой конец зала.
– Сенри, давненько не виделись. – Возле длинного стола с яствами невысокого молодого человека с огненно-рыжими волосами, торчащими в разные стороны в полнейшем беспорядке, поймал высокий коротко стриженный темноволосый мужчина.
– Дядя? – Молодой человек обернулся на голос.
– Что же ты совсем не заглядываешь к своей бедной матери? Она по тебе истосковалась, - слова Шики-старшего звучали деланно заботливо.
– Только не говори мне, что её судьба тебя беспокоит, - холодно заметил Сенри.
– Не говори так. Она же всё-таки моя сестра. Как я могу за неё не волноваться? – Молодой человек с отвращением посмотрел на приторную улыбку, расцветшую на лице дяди и отвернулся.
– Передай ей, что я загляну на днях. А теперь, извини. – Сенри поспешил уйти подальше от собеседника.
– Ты дал ему слишком много свободы, - раздался над самым ухом мужчины густой бас.
– Ичиджо-доно… - вполголоса почтительно произнёс Шики-старший. – Не стоит беспокоиться, в своё время он сделает всё так, как я скажу. У меня есть веский довод, чтобы этот строптивец перестал упрямиться.
– А ты как всегда действуешь расчётливо. – Тёмноволосый мужчина склонился в знак благодарности, приняв эти слов за комплимент. – Рассчитываю на тебя. Не подведи. Ты ведь знаешь, что ОН не потерпит промашек.
*****
– Что с тобой? – К Сенри подошла миниатюрная рыжеволосая девушка.
– Не нравится мне всё это… - озабоченно произнёс молодой человек, рассеянно глядя куда-то в пространство. – Нутром чувствую, что-то затевается.
– Скажешь Такуме? – участливо спросила Рима.
– Нет. – Сенри отрицательно покачал головой. – Пока нет. Сначала выясню, что к чему. Не стоит пока поднимать панику.
– Как скажешь. – Улыбнулась девушка, прикоснувшись рукой к плечу друга.
*****
– К… Канаме-сама… - К Главе Куран, сконфуженно заикаясь и смущённо пряча глаза под светлыми ресницами, подошёл Ханабуса.
– Что такое, Айдо? – Канаме спокойным взглядом посмотрел на то краснеющего, то бледнеющего молодого человека.
– По поводу недавнего происшествия… Мне… мне ужасно стыдно… Прошу, простите моего отца… - Ханабуса всем сердцем желал очутиться сейчас где-нибудь далеко-далеко на Северном Полюсе, чтобы не встречаться взглядом
Если Канаме и планировал немного помучить Айдо, изображая оскорблённое достоинство, то смущённый молодой человек выглядел так забавно, что Глава Куран не сдержался и искренне рассмеялся, чем привлёк к себе всеобщее внимание.
– Прошу простить меня, - сквозь смех с трудом выговорил Канаме. – Не стоит устраивать трагедию из такого пустяка.
– Ка… наме… сама… - Ханабуса растерянно смотрел на Куран. Постепенно во взгляде обычно холодных голубых глаз стало появляться восхищение.
– Похоже, ты обзавёлся очередным фанатом, - шепнул на ухо Канаме вновь неизвестно откуда возникший Такума. Вот теперь уже самому Курану с трудом удалось скрыть румянец, уже готовый предательски появиться на его лице. – Ладно, ладно. Я шучу, - со смехом добавил Ичиджо-младший, видя замешательство молодого человека.
– Кажется, на этот раз приём оказался не таким уж скучным, - с полуулыбкой произнёс Канаме, овладев наконец собой. Ханабуса же успел за это время скрыться, воспользовавшись моментом.
========== Глава тринадцатая ==========
– Юки, у нас проблема: Аки и Горо пропали. Вчера они отправились на задание, но до сих пор не вернулись. – К высокому раскидистому дереву, на самой нижней толстой ветке которого, свесив одну ногу вниз, а вторую, согнутую в колене, подтянув к груди, сидела хрупкая невысокого роста девушка, одетая во всё чёрное: узкие, обтягивающие стройную фигурку, брюки, топ, короткую курточку, подошёл полноватый рыжеволосый парень в сером спортивном костюме с накинутым на голову капюшоном. На голове ярким пятном выделялась, повязанная поверх распущенных длинных тёмно-каштановых волос, малиновая бандана, на которой до сих пор сохранились пятна крови, побуревшие от времени.
Три года назад…
«Угх» - меч охотника взлетел вверх и рубанул наискось. Воздух комом застрял в горле, стало невозможно дышать. Юки схватилась за горло обеими руками, глядя помутневшим взглядом на происходящее и не веря, не желая верить своим глазам.
– Сеиджиииии!! – крик, истошный, отчаянный, внезапно сорвался с губ, взорвав воздух, будто ударив электрическим током. Ненависть, злоба, ярость, гнев, решимость сверкнули во взгляде тёмно-карих глаз. – Не прощу! – Девочка подняла с земли упавшую малиновую бандану, обагрённую кровью и зияющую прорехами в тех местах, где её касался меч охотника.
Юки демонстративно повязала её себе на голову и обернулась к словно превратившимся в ледяные скульптуры, с помертвевшими лицами вампирам.
– Вы так и будете вечно прятаться от всех, словно крысы? Раз общество не желает признавать нас, раз нас выбросили, будто мы всего лишь ненужные вещи, мы сами будем вершить свою справедливость и строить свой мир. Мы будем жить по своим законам. Если вы не хотите, чтобы смерть Сеиджи стала напрасной, то мы должны бороться! – Девочка вновь повернулась лицом к охотнику и вытянула вперёд руку с зажатым в ней жезлом, тем самым объявляя непримиримую войну.