Лицо отмщения
Шрифт:
— Ваш король Генрих, — пустился в объяснения Юрген фон Гау, — год назад попросил императора, своего зятя, чтобы он прислал ему меня, дабы я своими повсеместно известными познаниями в фортификации [57] и полиоркетике [58] помог вашему государю обезопасить побережье от высадки французов. Король велел мне определить места для возведения новых крепостей и наблюдательных постов, вам же предписано всемерно мне содействовать, выделять людей для сопровождения, провиант, фураж. — Гость сделал неопределенный
57
Фортификации — наука о строительстве крепостей.
58
Полиоркетика — наука о взятии их.
— О да! — не совсем четко представляя, в чем еще может заключаться помощь, закивал комендант. — Все, что в моих силах!
— Вот и прекрасно! — кивнул в ответ фортификатор, и толмач тут же перевел его слова. — Надеюсь, у вас найдется время проехать со мной сейчас вдоль берега, ибо кто лучше вас может знать все опасные места побережья, а также бухты, удобные для корабельной стоянки.
— О, с радостью! — расплылся в улыбке правитель Шеллборо, довольный тем, что просьба, вернее, пожелание королевского фортификатора не содержит каких-либо экстраординарных требований. — Но, быть может, сначала пожелаете отдохнуть с дороги?
— Ну конечно! — оживился приезжий. — Какой может быть разговор?!
Чтобы там ни имел в виду мастер крепостных дел, разговор за столом получился довольно оживленным.
— Что ж это такое? — призывая в свидетели то ли потолочные балки, то ли голубей, топочущих по крыше, всплескивал руками фон Гау. — Из чего вы здесь на острове варите свой бир? Из бузины, что ли?
— Из бузины, — хмурился комендант, — только это не бир, а эль.
— Ну конечно, если сварить бир невесть из чего да вдобавок его нагреть, только и остается придумать ему название позаковыристей! «Эль». — Фортификатор прокатил слово по языку. — Будто хотели что-то сказать, да так и не решились.
— Да что ж вы такое говорите? — возмутился комендант. — Прекрасный бузинный эль, из темных ягод. Когда желаете, могут подать из светлых. Или вот травяной из восковника, или кровохлебки…
— О, нет, этого не надо! — Заезжий мастер выставил перед собой руки. — А вот ежели бы вместо сыра мне подали айсбайн, знаете, рулька свиная фунтов, этак, на два с половиной-три, отварная, слегка поджаренная, до корочки. М-м, вот за это бы я дорого сейчас дал! А то сыр… — Фортификатор почувствовал под столом ощутимый пинок и задумчиво уставился на переводчика. В обеденной зале повисла неловкая пауза, вполне достаточная, чтобы уже начавший подниматься с места побагровевший комендант вспомнил о долге гостеприимства и о королевской печати на красном воске.
— А… но к делу, — вновь заговорил гость. — Вот скажите, почтеннейший господин комендант, последние недели, может, даже дни, не видно было поблизости Шеллборо чужих кораблей? Может быть, что-нибудь странное, необычное?..
— Да, вроде, нет, — отходя от пережитого, неохотно выдавил хозяин.
— Может, кто вынюхивал, где в округе можно взять коней или высадить отряд?
— Ничего такого не докладывали.
— Не докладывали… — повторил фон Гау, почесывая лоб, и переводчик тут же донес до коменданта суть произнесенного.
— А вот,
— Быть может, они спаслись вплавь или на обломках.
— Быть может, — пожал плечами окончательно успокоившийся хозяин, — но в Портленде никто не объявлялся. А я вот что думаю. В тех краях, — комендант понизил голос, — обитает морское чудище Кракемар. От его взгляда на людей великий ужас нападает. Вот и этот корабль, по всему видать, Кракемара встретил. Иные на нем с перепугу сразу околели, а прочие, ума лишившись, за борт сиганули, и все потопли.
— Да… — протянул гость, — дивная история.
Он пробормотал себе под нос: «Дай-то бог, что за борт все же не сигали…»
— Ну что ж, господин комендант, поедем, осмотрим побережье?
Прогулка по берегу была продолжительной, но довольно бессодержательной. Порой господин фортификатор спешивался и вымерял что-то шагами, влезал на прибрежные утесы, строил хитроумные комбинации из пальцев, глядя то на линию горизонта, то на солнце и что-то демонстративно подсчитывая в уме. Комендант и несколько сопровождавших его всадников были весьма заинтригованы действиями и многозначительными хмыканьями гостя, но вдаваться в расспросы не решались, сознавая, что планы будущих укреплений — дело секретное, и если уж будет им дозволено что-то узнать, то в свой час они узнают об этом непременно.
По возвращении господину фон Гау и его свите был предоставлен ночлег в комендантском доме, и, пожелав гостям добрых снов, страж Шеллборо удалился в свои апартаменты, велев слугам не беспокоить приезжих до рассвета. Когда в доме все улеглись и только мышиная возня нарушала объявшую цитадель тишину, многомудрый фортификатор вызвал в опочивальню слуг и усадил их в круг.
— Ну, что вы можете мне сообщить?
— Ничего, — покачал головой первый. — Я разговаривал со стражниками и с поселянами, доставившими в город пиво и снедь. В округе все тихо.
— Хорошо, — кивнул чужестранец. — Что у тебя? — Он повернулся ко второму.
— Тоже немного, — развел руками слуга. — Мне довелось услышать беседу в таверне. Спорили два купца. Один твердил, что валлийцы решили ни с того ни с сего примкнуть к войску нашего короля для похода на скоттов. Другой готов был держать пари, что никакие валлийцы никуда не пойдут, поскольку в ближайшие дни дочь тамошнего принца выходит замуж и у них сейчас приготовления к свадьбе идут полным ходом. А после свадьбы — когда еще празднество окончится да головы прояснятся.
— Занятная весть. И за кого выходит замуж принцесса?
— А вот этого купец-то как раз и не знал.
— Очень интересно. Свадьба с неведомым женихом. Это что-то новенькое! Быть может, здесь есть некий странный обычай, вроде того, что дочь принца выходит замуж за духа какой-нибудь местной горы или озера?
— Озера в Уэльсе и впрямь диковинные, не говоря уже о холмах, но обычая такого нет.
— Понятно. Вернее, абсолютно непонятно, ну да ладно. У тебя что нового? — обратился строитель крепостных стен и башен к третьему слуге.