Личность клиента

Недоруб Сергей

— Нет. Так не должно быть.

— Это мое задание, ты, идиот! — повысил голос Виктор. — Не обижайся, но тому, кто мне врет, я предпочту серьезного человека, который ограничивается тем, что не говорит всей правды. Доверия к Клиенту у меня больше, чем к тебе. Он пока ни в чем меня не обманул, он не обращается со мной как с дегенератом, и, что самое главное, у него есть реальная власть, чтобы вытащить меня из той кучи дерьма, в которой я увяз. Ты же возомнил, что я должен довольствоваться твоими деньгами и кинуть заказчика. Я что, по-твоему, дундук какой? Должен радоваться самому факту, что помог тебе решить проблемы за счет

своей же репутации? Малыш, мир вокруг тебя не крутится. Твоя проблема в том, что ты не воспринял меня всерьез. В твоей Зоне, возможно, такое прокатывало, но не здесь. Так что извини.

Виктор нанес второй удар, уже по боковой части головы. Оглушенный Марк остался лежать на дешевом ковре.

Детектив тут же оделся, взял Алену на руки, отнес ее в машину. Вернувшись, он косо посмотрел на Марка, наклонился, быстро обыскал его.

— У каждого свои секреты, да? — хмыкнул он, глядя на второй кристалл. «Генератор аномалий» Марка был чуть длиннее и тоньше, чем камень Алены, но испускал то же характерное свечение.

Виктор спрятал трофей, закрыл дверь и поехал на встречу с Клиентом.

Глава 11

МАЙДАН

Дорога, казалось, уходила под колеса быстрее, хотя Виктор держал прежнюю скорость. «Ауди» сверлила фарами темноту, словно соревнуясь в величии с огнями ночного Киева, простиравшимися вдали.

Алена спала рядом. Детектив даже позавидовал ее безмятежности. Может, стоит тоже так поступить? Кристалл у него, даже целых два. Вызвать ураганчик, примерить его на себя, позволить ему высосать все чувства и мысли, впасть на сутки в глухой, беспробудный сон. Ничуть не хуже и не опаснее, чем таблетки снотворного, которые на Виктора из-за долгого употребления уже почти не действовали.

На выезде из мотеля Виктор задумался, не взять ли «Форд Фокус», на котором приехал Марк. Однако затем подсчитал и понял, что это была бы четвертая машина, которую он угоняет с момента начала этого дела. То есть это уже слишком. Марк этого так просто наверняка не оставит. Это не невозмутимый Борланд, который, видимо, меняет машины, как перчатки. На его месте Виктор бы после «Ламборджини» новым машинам даже не вел учета.

Если когда-нибудь появится собственное транспортное средство, тогда и можно будет прикинуть, правда ли это.

Звонили оба телефона — его личный и Алены. Виктор не обратил внимания. Сейчас он ни с кем не хотел разговаривать. Он имел час до встречи и добраться до места мог минут за пятнадцать. Клиент встречу не отменял и не переносил, а больше ни с кем Виктор не был намерен общаться. Тем более что его могли банально выслеживать.

До Майдана Виктор добрался за двадцать минут. Остановив машину за два квартала, он пристегнул на всякий случай Алену ремнем, чтобы девушка не сползла с сиденья, и дальше пошел пешком.

Он почувствовал себя намного лучше. Кругом кипела ночная столичная жизнь. Кругом ходили молодые люди обоего пола, и никто не обращал на него внимания. Заметив знакомую вывеску, Виктор остановился. Его ноздри уловили запах гамбургеров, и в разгоряченном коньяком животе заурчало. Детектив осознал, что ничего не ел со времен утренних круассанов.

Сегодня здоровая пища не вызывала у него ажиотажа — хотелось именно взять дешевой картошки, раздобыть горячий бигмак, литр пива, сесть в подходящем месте, жевать все это и курить до посинения. С поправкой на то,

что по ценам на площади Независимости это все станет вовсе не дешевым. Надо будет снова как-то собраться, поменять режим питания, снова научиться спать, как нормальные люди, бросить курить вообще. Ведь когда-то Виктор все это умел. Но не сегодня.

Выйдя из заведения с кульком в руках, детектив уселся на скамью у Глобуса и принялся ждать, то и дело отправляя в рот по ломтику картошки-фри. Его голова словно отключилась, звуки стали потусторонними. В ушах на пронзительной ноте застыл непрерывный свист. Детектив знал, что это пройдет. Чем бы дело ни кончилось, это произойдет очень скоро. Он чувствовал, что заработал себе право на некоторую долю безразличия.

В определенный момент Виктор снова собрал внимание в кулак. Он знал, что прямолинейной встречи не будет. Не подъедет белый лимузин, не выйдет охрана в пиджаках и наушниках. Подойдет невзрачный мужчина и бросит короткую фразу, даже не останавливаясь. Или же не подойдет вообще никто. Это уже проблемы Клиента — встречаться второй раз Виктор не станет. Просто поднимется, уйдет, и будь что будет.

Он как раз успел доесть бигмак, когда раздался звонок. Виктор прижал трубку к уху, стараясь отрешиться от городского шума.

— Вы на месте? — спросил он.

— На месте, — ответил голос немного странно. Примерно этого Виктор и ожидал — человек с делами такого масштаба наверняка не привык работать по указу. Особенно выслушивать требования того, кого считает купленным с потрохами. — Где мы сможем поговорить?

— Там же, где я сижу, — сказал детектив, стараясь не смотреть по сторонам.

— А точнее?

— Возле Глобуса. Видите?

Секунд пять царило молчание.

— Вижу, — ответил Клиент.

— Приходите один, поговорим, — отчеканил Виктор. — Я без оружия. Надеюсь на солидарность.

Закончив диалог, Виктор ощутил себя так, словно из каждого окна на него направлены прожекторы. Даже любопытно, догадался ли Клиент расставить снайперов в нужных местах. У такого человека возможность точно была. Виктор напряг память, вспоминая, когда в последний раз смотрел про Клиента по телевизору. Вроде бы в ближайший год тот не особо мелькал в политике… Хотя кому нужна легальная власть, если в Украине от нее больше проблем, чем от теневой?

Вокруг Виктора продолжала кипеть жизнь. Киев никогда не засыпал, а на площади Независимости особенно. Мимо Виктора сновали самые разные люди, едва удостаивая его взглядом. У каждого была своя жизнь, каждый старался использовать в ней все возможности, которые были доступны. Вполне понятно, что никто не обращал на Виктора внимания, так как в последнее время, а может, всю свою сознательную жизнь, детектив сам старался не быть частью чьей-либо жизни. В ожидании Клиента Виктор пытался впитать минуты, оставшиеся до последнего серьезного разговора. Старался вспомнить, каково это — просто проходить мимо, пропускать мимо себя все, что может принести проблемы, лишить денег, здоровья, уверенности в завтрашнем дне. Детектив чувствовал себя немного странно из-за мысли, что все, что сейчас ему остается, — это сидеть в помятом, грязном плаще на скамье в полном одиночестве, с паршивой жратвой. Хотя это было именно тем образом жизни, к которому он так стремился, который считал независимым. Он одновременно любил такую жизнь и чувствовал всю ее тупиковость.