Личное счастье

Воронкова Любовь Федоровна

Полянка подбежала, оттолкнула Антона и схватила Зину за рукав – рука у Зины была занята портфелем и цветами. Антон рассердился:

– Чего толкаешься? Она моя сестра, а не твоя!

– Нет,

моя. Все равно – моя!

И чем дальше шли по улице, тем больше ребятишек оказывалось около Зины. Вот Юля прибежала, а вот и Витя Апрелев. А вот и еще какие-то ребята цепляются к Зине; может, они были на площадке пионерского лагеря, а может, просто товарищи тех, что были там.

– С тобой невозможно ходить по улицам! – возмутилась наконец Фатьма. – Что у тебя, магнит есть, что ли, для этих малявок?!

– Магнит, магнит! – ответила Зина. – Очень простой магнит – я их очень люблю! Такие ребята хорошие!

Но тут вспомнился Яшка Клеткин. Как-то он? Тоже садится сегодня за парту. Будет ли учиться как следует, как обещал?

Зина недавно навестила его. Она увидела Яшку во дворе. С бадейкой и кистью в руке он азартно красил ярко-зеленой краской железные прутья изгороди, окружающей интернатский сад. Зина подошла к нему, поздоровалась. Яшка вытер рукавом вспотевший лоб, поднял голову, слегка улыбнулся.

Зине показалось, что веснушки на его широком носу побледнели, да и сам он, чисто умытый, подстриженный, подтянутый ремешком, выглядел неплохим парнем.

– Как живется? – спросила Зина.

– Ничего, живем, – ответил Яшка и снова принялся красить изгородь. – Работа есть, скучать некогда.

Он оглянулся на других ребят, тоже с ведерочками в руках красивших изгородь.

– Э, малявки, отстают. Я сейчас закончу свой участок – и все. Сеанс окончен.

– А потом гулять?

– Гулять? Что я, маленький? Там у меня… проявлять надо. У нашей Татьяны Даниловны день рождения – фотографию хотим ей подарить.

– Ну и хорошо. До свидания, – сказала Зина и пошла со двора.

Яшка с недоумением посмотрел ей вслед – почему же она пришла, постояла у изгороди и пошла обратно? Зачем же она тогда приходила?

– А тебя навестить приходила, – обернувшись, улыбнулась Зина.

Яшка недоверчиво хмыкнул:

– Ну да еще!

Кто это будет из-за меня приходить?

– Я буду приходить.

Яшка опустил глаза, сквозь веснушки на его щеках проступил румянец, и он принялся усердно работать кистью.

– Ну… Коли делать нечего… тогда, конечно.

– Эх, ты! – с упреком сказала Зина. – А когда это бывает, чтобы человеку делать было нечего? И потом, что же ты думаешь – дела важнее человека?..

…А сегодня рано утром вместе с газетами Зина получила от Яшки открытку с яркими настурциями. На открытке накорябано поздравление:

«Поздравляю с первым школьным днем. Я тоже обещаю хорошо учиться. Мне только взяться. Яков Клеткин».

И в уголке мелкими буквами приписано: «Спасибо». Эта открытка лежала сейчас в школьной Зининой сумке. Это скупое «спасибо» было для нее дороже, чем самый дорогой подарок.

Около школы уже толпились ребята – и маленькие и большие. Встречались, здоровались, окликали друг друга, смеялись.

– Вон Васька Горшков машет нам, – сказала Фатьма и сама начала махать своим букетом. – А вон и Сима и Андрюшка… Эй, здравствуйте! Здравствуйте!

Фатьма побежала им навстречу. Зина тоже рванулась было за ней. Но ребятишки, ухватившись кто за рукав, кто за фартук, завопили на разные голоса:

– Ты с нами! Мы тебя не пустим! Зина остановилась, поглядела в их встревоженные глаза и усмехнулась:

– С вами, с вами. Куда же я без вас?

Зина шла окруженная ребятишками, и в сердце ее росла горячая добрая радость.

«Личное счастье! – думалось ей. – Разве вот это не личное счастье? И разве можно быть счастливым, если увидишь чужую беду и пройдешь мимо? Нет, видно, тогда по-настоящему может радоваться человек, когда и все вокруг него радуются. Вот это, видно, и есть настоящее личное счастье».

К ЧИТАТЕЛЯМ

Отзывы об этой книге просим присылать по адресу: Москва, А-47, ул. Горького, 43. Дом детской книги.