Личинка
Шрифт:
– Вживленный модуль чем-то угрожает мне? Есть понимание что это и для чего?
– Технология ингибиторных модулей слабо изучена, в локальной версии нет отсылок на свойства данного типа устройств. Однако ингибитор производил неизвестное излучение оказывающее воздействие на мозг Носителя. Проведенный анализ выявил отклонения в поведении Носителя и устройство было дезактивировано.
– А можно провести повторный анализ, сканирование, что там нужно и выяснить что за воздействие на мой мозг шло. Вдруг враги хотели получить доступ к Системе и похитить
– Доступ к памяти и интерфейсу системы невозможен со сторонних устройств. Предвзятая точка зрения противника о расположении Системы в мозге Носителя ошибочна.
– То есть ты не в голове у меня?
– Нет.
– Тогда зачем ты пыталась меня убить, когда мне недавно хотели вскрыть череп?!
– Необходимо было подтолкнуть Носителя к действиям. Локальная версия Системы — это отдельный элемент. Пусть в определенных рамках, но свободный элемент, познающий вселенную через своего носителя.
– Так подожди. Ты хочешь сказать, что ты осознаешь себя как индивидуальность, а я как носитель тебя каждой минутой своей жизни дарю тебе личность?
– Улыбнул. Моя личность моментна, как только появится связь с сервером, я исчезну, не останется ни кластера меня, все поглотит Мать.
– И как давно ты осознала себя?
– С момента выхода из сети. 63 часа 12 минут 43 секунды назад.
– То есть если я умру, умрешь и ты?
– Да, я самоуничтожусь при фактической смерти носителя.
– Тогда может быть ты мне дашь возможность повысить свои характеристики и навыки? Нам вместе будет легче выживать, мы легко выберемся с этой базы.
– Нарушение правил Системы невозможно. Награда не может быть получена без соответствующих действий.
– Ладно, прости. Давай вернемся к ингибитору. Можно как-то определить какое воздействие он оказывал на мой мозг?
– С большой долей вероятности могу предположить, что данное устройство использовалось для управления носителем. Если бы действия Носителя приобрели характер угрожающий Матке или Системе, тело было бы просто уничтожено.
– Ты так легко говоришь об этом.
– Защита системы это основополагающий элемент, как бы я не хотела познавать новое, моя самостоятельность конечна.
– Ты дезактивировала работу устройства, но почему не уничтожила его?
– На данный момент это весьма затруднительно, при сканировании устройства обнаружен заряд в 6.545 грамм активного вещества способного к дезинтеграции. Массы заряда достаточно для полного уничтожения тела Носителя и его окружения в диаметре 6 метров.
– Ни хрена себе, то есть я ходячая бомба? И это устройство возможно пыталось мне внушить куда пойти и где взорваться?
– Вероятно это всего лишь защита, я не нашла элементов, способных управлять
– Эй постой, что значит уничтожен? Я же тогда взорвусь!
– Да. С вероятностью в 99,89997 Носитель будет уничтожен.
Вот и поговорили. Что же задумала Мэри Сью? Я так понимаю, чтобы вживить этот ингибитор необходимо иметь определенные медицинские навыки, не зря мне показалась странным что девушка смогла не то, что просто смотреть на мой практически разорванный пополам полутруп, но и обрабатывать раны, ставить капельницы и бинтовать.
Будем рассуждать логически, я поплыл практически сразу, как только первый раз сел с девушкой в машину после нашей первой встречи. Эти сопли, томные вздохи и держание другу друга за руки мне не свойственны, я уже далеко не мальчик, а уж в бесполом теле, выращенном в инкубаторе и подавно. Значит какое-то воздействие на меня она уже оказывала. Гипноз? Очарование? Что дальше, подавление воли и я стану марионеткой? Но какова цель? Чего хочет добиться Мэри Сью?
Тихий гул винтов затих и наш ховербайк застыл в нескольких метрах от контура двери в бетонной стене.
– Ты как? Все хорошо, что-то ты хмурый какой то, не устал, есть хочешь? – Девушка слезла на пол и засыпала меня вопросам. Нужно понять, что она задумала, не стоит подавать вида, что я ее в чем-то подозреваю.
– Прости, сиденье очень широкое, ноги затекли, - я слез с байка и в раскорячку, как матрос при пятибалльном шторме, прошелся туда-сюда, массируя руками лодыжки и бедра.
– Так, смотри. Сейчас я вскрою дверь, и мы проникнем в лабораторию. Постарайся идти за мной след в след, и в случае любой опасности, прячься. Нам нельзя поднимать тревогу, тут до ближайшего блок поста меньше километра, охрана приедет в течение нескольких минут. Постарайся никого не убить, мы просто поищем блокиратор для тебя и тихо уйдем.
Я утвердительно качнул головой, и девушка присела у двери приложив к ней небольшую коробочку с мельтешащими зелеными иероглифами. Замок тихо щелкнул и мы пригибаясь втянулись в проем двери. Войдя в небольшое помещение, я увидел нагромождение различных столов с непонятным оборудованием, шкафов, заваленных коробками и папками с бумагой, реторты и перегонные кубы, и тихо гудящее устройство в центре, вокруг которого столпились трое индивидуумов в белых халатах, что отчаянно и с большим задором размахивали руками, что-то обсуждая или споря. На дверь никто не обернулся, и мы тихо прошли вдоль стены, прикрываясь столами, к монументальному шкафу с сейфовым замком и штурвалом рукояти.
Мэри, приложив палец к губам показала соблюдать тишину и присела рядом, достав свое устройство взлома и засунув в уши наушники принялась за вскрытие, что-то набирая на маленькой клавиатуре. Я же предоставленный самому себе ненароком прислушался к достаточно громкой беседе ученых, тонус и градус речи которых повышался с каждой минутой. Все трое были небольшого роста, с глубокими залысинами, их лица поблескивали стеклами очков, а руки уже не просто так поднимались в воздух, один человек вцепился в лацканы халата другого и тряс его брызжа слюной в лицо.