Лич - 4
Шрифт:
— Исцеляй себя, Лена! — крикнул я девчонке, с ужасом смотря на ее обожженную голову. Волосы полностью сгорели, плоть на лице в некоторых местах превратилась в золу, сквозь ее дымящиеся ошметки были видны черепные кости. На месте одного глаза осталась только почерневшая глазница. Ровные белые зубы не были прикрыты губами, их просто не было.
— Лечись! Исцеляйся!
— Нечего лечить! У меня здоровье полное! — в отчаянии закричала Елена. — Весь урон к Гарге ушел! Да и нечем лечить! Нет маны! Паук вытянул! Боги, как больно!
Кадавр плюнул. На этот раз я почувствовал
— Лена, будь все время за моей спиной. Так, чтобы между тобой и кадавром все время находился я.
Нельзя допустить, чтобы он попадал по Елене. У горгульи осталось всего чуть больше восьми с половиной миллионов жизни. Елена исцелять ее теперь не сможет, а если бы у нее и была мана для применения заклинаний лечения, то она в первую очередь исцелила бы себя. Хотя, исцелять себя можно, когда есть урон, когда здоровье не полное, а она говорит, что у нее… Я быстро оглянулся и глянул на индикатор жизни девушки. Полностью зеленый! Почему тогда эти ужасные раны на лице? Неужели следы от этих ожогов останутся навсегда? Раньше, года три назад, такого просто не могло быть, но с тех пор в этом мире многое поменялось. В основном для неписей…
Я зарычал сквозь сжатые зубы, даже скрежет послышался.
Представляю, какую она сейчас испытывает боль. Реально представляю. Когда-то и мне довелось испытать нечто подобное. Сгореть на костре.
У кадавра двенадцать миллионов единиц жизни. Чья жизнь закончится раньше? Кадавра от урона, наносимого моей "Огненной аурой", или Гарги от урона, наносимого мне кадавром?
— Елена, ты только не стой на месте, я прошу тебя! — сказал я, разворачиваясь к кадавру. Паук уже сполз со своей паутины и нервно топтался возле нее. — Только не стой долго на одном месте! А я разберусь с кадавром! Не жди, когда я закончу. Выбегай из ущелья. Кадавр из него не сможет выбраться! Только не погибай!
И я бросился к пауку.
Пробежав разделявшее нас расстояние, не обращая внимания на бьющие мне в грудь сгустки паутины, я приблизился к туше кадавра и, оттолкнувшись от земли, прыгнул на него. Прыжок оказался удачным — я проскочил между клешнями кадавра и ударился в его человеческий торс, сразу же крепко обняв его и прижавшись к нему. Чуть выше моего лица оказалась морда кадавра, она нависла надо мной и его ядовитые жвала сразу же впились в мою голову, пронзив меня болью. Жвала вонзались в меня раз за разом, перед глазами одна за другой мелькали системки о переданном горгулье уроне. Канаты паутины, находившиеся от меня в паре метров, не выдержали жара, исходящего от моей ауры, и вспыхнули.
Как там Елена? Выбралась из ущелья? Пока кадавр занят мной, ей необходимо покинуть инстанс!
А мне теперь осталось только ждать, чье здоровье иссякнет раньше. Урон, наносимый моей огненной аурой кадавру, был больше урона, получаемого мною от него, но оставшееся у горгульи количество здоровья было намного меньше, чем оставалось у кадавра. Крепко вцепившись в тушу кадавра, я только вертел головой,
— Можно мне? Я же боевая жрица!
Продолжая крепко удерживать в своих объятиях тело паука, я оглянулся. В десяти метрах от нас стояла Елена, воинственно перехватив посох.
О боги, какая она страшная! Сейчас ее лицо напоминало мое, только кости ее черепа обтягивала черная потрескавшаяся кожа. Неужели она еще что-то видит? У нее же сожжены глаза!
— Нет! — заорал я.
Если я погибну, я воскресну, а если погибнет она…
— Уходи отсюда! Быстро!
К тому же, моя огненная аура может ей повредить.
Кованный мифриловый конец посоха пронесся над моей головой и ударил в морду кадавра. Желтая полоса его жизни просела. Ненамного, но заметно. Не успел я открыть рот и заорать на Елену, как целая серия ударов посохом обрушилась на тело паука. Елена отскочила на шаг, выпустила из посоха молнию в кадавра и, крутанув посох в руке, вновь нанесла удар. Я закрыл рот.
Похоже, ситуация оказалась не настолько безнадежной, как мне представлялось несколько секунд назад. Елена оказалась Мастером Боевых Посохов, а я этого не знал. Она не говорила про это, и я совсем не принимал в расчет ее, как боевую единицу. Потому и не говорила…
Полоски здоровья на индикаторах горгульи и кадавра постепенно выравнивались. Обе были уже в красной зоне, примерно на одном уровне, но полоска кадавра сокращалась быстрее. Если все так пойдет и дальше, то через несколько секунд битва закончится нашей победой.
Жуткий протяжный вой тысяч глоток донесся из глубины ущелья.
Гноллы!
— Вон из ущелья! — заорал я нечеловеческим голосом.
Как же болит голова…
Глава 9
Мой урок, который я преподнес Елене в центре материка Кинава с помощью ее кожаного ремня, все же не прошел даром. Если раньше были моменты, когда я сожалел об устроенной мною экзекуции, то теперь я был только рад, что сделал это.
Елена, услышав мой переполненный бешенством крик, ойкнула, выпустила из рук свой хваленый мифриловый посох и, моментально, развернувшись, бросилась к выходу. Через секунду она проскочила невидимую черту, отделявшую инстанс от внешнего мира, и исчезла из моих глаз.
Фух… Одной проблемой меньше… Надеюсь, там, в долине, ей ничего не грозит. Ллета говорила, что в долине спокойно и безопасно.
А вот что мне теперь делать? Полоски индикаторов жизни, что у моей горгульи, что у кадавра, были на одном уровне и уменьшались с одинаковой скоростью. До полного их исчезновения остались считанные секунды, и я не мог сказать, кто погибнет раньше — Гарга или паук.
Что делать? Дать команду горгулье атаковать кадавра? Пусть и незначительный, но хоть какой-то урона Гарга нанесет боссу инстанса. Может, эти крохи склонят чашу весов в нужную сторону?