Лицемер
Шрифт:
– Лучше беспокойся за подругу свою, ей скоро сопли жевать. Ведь ее поджидают мучительные страдания, – говорил абсолютно хладнокровно.
– Плевала я на эту идиотку. Таскает шмотки, словно с помойки. Иногда стыдно с ней гулять. Поэтому, обижай это убожество на здоровье. Но всё же, почему опасный Доминик заглянул к нам в столь поздний час?
– Наладить отношения желаю. Одни промахи. Тиша твоя премудрая зараза. Но ничего не таким зубки ломал, а то возомнила себя особенной, я оторву ей крылья, – добавил с нескрываемой корыстью.
– Входи. Сам разговаривать с ней будешь, – впустила в квартиру,
– Где наша девочка с комплексами?
– В гостиной. Смотрит сопливый сериал. Не пугай, а то побледнеет от страха, – сказала эта выдра. А потом проводила к нашему зажатому ангелу. Поджала колени, вся неуклюжая до ужаса.
– Тиша, у нас гости. Гляди, кто? – включила свет, и нашу поклонницу искусства едва не ударило током.
– А почему ты не сказала, что он придёт? – вся всполошилась.
– О! Как мы расстроились! Тиша, а где же гостеприимство? Я, например, голодный. На улице ливень. Сложно чаем угостить? – прожигал ее взглядом, лед растает и она обязательно влюбится.
– Ужинайте. Я к себе пойду.
– Хватит, говорить глупости. Дорогая, ну мы же не бесчувственные. Чем Доминик помешает? Он же не опасный маньяк. Так рассуждаешь, будто с ним опасно дышать воздухом, – заступилась потасканная мымра. Она умеет шевелить извилинами. Признаться, даже удивлен. Довольный уселся в кресло, наша ранимая девочка, чуть не подавилась водой. Я слишком пугаю ее. Но привык одерживать победу, иного способа нет.
– В сон клонит, Кристин. Вам веселее будет.
– Игнорируешь меня, Тиша? А я между прочим мольберт привез. Даже не отблагодарила. Чем заслужил подобное отношение? – не стеснялся высказаться вслух.
– Благодарю. Но я не выношу вранье.
– Лифт не можешь простить? А как должен был пригласить тебя на свидание?
– Кристин, разогрею вишнёвый пирог. А вы пока общайтесь.
– Не утруждайся. Я сама всем займусь. Побеседуй с Домиником, – содействовала мне, отлично, а то так дело не сдвинется с мертвой точки. Пора реально действовать. Сидит словно забитый заяц. Вся насупилась.
– Мне извиниться, Тиша?
– Подобные замухрышки не заслуживают.
– Я устал терпеть твоё высокомерие, – рассчитывал ей сказать.
– Хорошего вечера. Отдай мольберт, пожалуйста, – только подоспела к двери, преградил дорогу.
– Нет, художница. Сначала уделишь мне внимание. Целых два раза ударила. Твое ледяное сердце совсем не умеет чувствовать? – дышал в ее губы, не прочь их снова поцеловать. Нужно медленно приручать нахалку. И здесь помешала Кристина.
– Поладили? Ох, одни нервы с вами. Прости ее, Доминик. Она боится заводить друзей. Но на самом деле очень добрая, воспитанная. Ешьте пока горячий, – хлопотала, показывая свою лицемерную натуру. А я бросил взор на рядом сидящего испуганного ягненка. Кусает выпечку, боясь подавиться. Представляю Тишу в кровати. Она скрывает своё нагое тело и боится отдаться. Но я буду первым, кто лишит ее невинности, а дальше судьба пустоголовой сучки не волнует. Испытываю непохожий адреналин, тянет ее попробовать. А после наши глаза с ней встречаются. Чай стынет, а мы не можем наглядеться.
– Спасибо, Кристин. Ладно,
– Заночую в машине. Дома травят насекомых. Атаковали мою усадьбу.
– Какой кошмар! Откуда они взялись осенью, Доминик?
– Наглый сосед подбросил тараканов. Конкурент по бизнесу. Жаль неудобно спать в иномарке, – давил на жалость, и потом из уст моей сообщницы раздались слова.
– Оставайся на ночь. Постелем на кухне!
– А в гостиницу сложно заселиться? —проронила циничная Тиша.
– Аллергия на меня, да?
– Подозрительно. Ты богат, а снять номер в отеле сложно.
– Экономлю, любительница живописи, – скандалил с ней. С удовольствием схватил бы за волосы и трахнул за не послушание.
– Тиш, он не съест нас. Зачем тратиться? К тому же он забыл карту в особняке. Никто не потревожит твой сон, дорогая! – говорила слишком убедительно ее подруга, а я ждал ночи…
ГЛАВА 9
Доминик
Эта слабовольная скрылась мыть посуду, пора обсудить все детали. Вывел разукрашенную гадину на балкон, и выдал сигарету.
– Блестяще сыграла. Готов хвалить, Кристина!
– Поцелуй заслужила. Она привыкнет к тебе, Доминик. Доверься.
– Надеюсь, а то она раздражает своей неприступностью. Очевидно, жила в лесу и любовалась облаками. Изводит эта тошнотворная тварь. В гостиницу отправила. Радость моя, это ей пора на вокзалах спать.
– Успокойся. Прочь агрессию. Где хладнокровие? Не вздумай научиться чувствовать, а не то потеряешь достоинство. Доминик, ты же лучший, – говорила эта стерва.
– Не указывай мне, вульгарная потаскуха. Сама трудилась эскортницей. Твоя уважаемая квартирантка в курсе насчет похождений? Или она считает тебя непорочной. Свалилась будто с луны, – стряхнул пепел. Пора возвращаться и дальше злить нашу пугливую девочку.
– Раскладушка с подушками на кухне, – промолвила дрянная Тиша, когда возвратилась. Не устоял и бросил порцию сарказма.
– Повезет же твоему мужу.
– Спасибо за лесть, Доминик! – процедила сквозь зубы, тогда остался один. Да, я в жизни не ночевал в подобном хлеву. Тут плесень везде. Больше напоминало сарай. Улегся для видимости возле плиты. Подожду ночи, а потом начну действовать. Еще подушку неудобную принесла. А про короткое одеяло молчу. Ворочался час, потом другой. Уже спина болит. Тихонько отворил дверь, кругом темень. И лишь в комнате напротив горел светильник. Не спит чумазая овца. Слышу, как копошится среди своих красок. Шагаю, окутывая всё страхом, а после стучусь к ней. Та стояла возле мольберта.
– Не спится. Могу лицезреть твой шедевр?
– Боюсь это плохая затея.
– Мне даже дышать запрещено с тобой? Я же аморальный. Да, Тиша? – возмущался до ужаса.
– Нарочно ругаешься? Кристина проснется.
– Справедливости желаю добиться. Другом становится не хочешь. Я в чем виноват? – сокращал между нами расстояние, а потом нарочно захлопнул дверь. Коварный план удался.
– Господи! Что натворил? Замок заедает! А ключ у подруги.
– Да, и будить ее в час ночи, очень плохо. Мне жаль, Тиша. Заночую с тобой. Вместе поместимся?