Либеросис
Шрифт:
Я сглатываю и поворачиваюсь лицом к Лидии, которая стоит с ехидной улыбкой на лице. Эта сучка еще смеет улыбаться после того, как вылила на меня свой дерьмовый сок?
– И тебе не хворать, – шиплю я, крепче оборачивая пальцы вокруг ремня сумки на своем плече.
– Помнится мы в прошлый раз не договорили, – продолжает рыжая. Лидия накручивает на палец локон своих волос и закусывает губу. Судя по всему, она думает, что это красиво. Фу.
– Да, ты просто вылила на меня свой сок и ушла. Мне кажется, ты должна была сказать: «Извини», – язвлю я. Мне хочется расцарапать лицо девушки, но её парень
– Нет, – улыбка пропадает с её лица, – Ты должна была упасть передо мной на колени, но, признаюсь, – девушка поднимает руки по обе стороны от своего лица, – то, что ты не заплакала, восхитило меня.
Я сжимаю кулаки и сразу же делаю шаг вперед, не стараясь сдержать появившийся гнев. Я не собираюсь молчать, когда меня не уважают. Она не имеет права так со мной разговаривать после того, что я пережила.
– Заткни свой рот, ты, лживая шлю–
– Пирс! – я бледнею, когда вижу, как Дилан выступает из-за спины Лидии, и я не думаю, что он желает со мной поздороваться. Этот парень не из тех, кто держит руки при себе, когда дело касается его девушки, – Возьми свои слова обратно или я…
– Или ты, что? – мой рот раскрывается, а тело каменеет. Голос Гарри, такой хриплый, и настолько знакомый, достигает моего слуха, заставляя меня испытывать двоякое чувство, – Ну же продолжи, Дилан. Тебе ничего не будет, хотя, может быть, я набью тебе морду. Также, как и твоей шлюшке.
Я не смею сказать и слова. Гарри нагоняет на меня ужас, заставляя меня бояться его от одного только взгляда. Я чувствую его за своей спиной, и я вижу, как переглянулись Дилан и Лидия, не зная, как реагировать на столь явную агрессию. Парень передо мной взял свою девушку за руку, и они быстро смылись с места преступления, как раз в момент, когда наступило время начала пары.
– Джо? – спросил Торнтон. Его голос звучал взволнованно и, на удивление, нежно. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди от двух чувств, что переполняют меня и противоречат друг другу, – Ты в порядке?
– Нет? – на выдохе произнесла я. Мое честное утверждение прозвучало, как вопрос, но я ничего не могу поделать со своим страхом. Я боюсь Гарри и не могу бороться с этим. Я устала бороться вообще за что-либо.
Я осмелилась посмотреть на парня, стоящего перед мной. До этого я лишь могла «смело» смотреть на его кроссовки и узкие джинсы, но в лицо… мне не хватало мужества. Скорее всего сейчас я испытывала отчаяние, чем храбрость, когда смотрела в его изумрудные глаза, полные сожаления.
Мы стояли в абсолютно пустом коридоре, смотря в глаза друг другу. На его голове была шапка, которую он словно со вчерашнего дня не снимал. Я знаю, что он надевает ее, чтобы волосы не лезли на лицо. Помню, как мы вместе смеялись над ними, когда он сушил голову феном и кудри становились объемнее. Да, и такие времена были.
– Я знаю, что ты все еще боишься меня, – начал он, – И я все еще хочу все вернуть назад, Джо.
– Гарри, я тебе уже говорила, что я устала от тебя, – я кратко вдыхаю, – Я боюсь тебя.
Мой голос срывается на шепот, но в пустом пространстве меня хорошо слышно. Но мне не жаль, потому что он знает, как влияет на меня. И я не вижу смысла кем-то претворяться.
– Прошу, дай мне шанс, Джо. Дай шанс
Я чувствую в его голосе и вижу на лице отчаяние и боль. Я могу допустить мысль, что он и правда чувствует это, но мозг все еще не может забыть, насколько другим он бывает. Злым и безжалостным. Тело не может забыть, насколько тяжелая его рука. Уши не могут забыть, насколько громким бывает его голос. Глаза не могут забыть, насколько страшным и прекрасным он бывает одновременно.
Я вздрагиваю, когда он делает шаг ко мне. Отскочив от Гарри и, не сказав ни слова, я устремилась к своему кабинету.
ГЛАВА 3. Зеркало.
Я не знаю, почему, но я не могу смотреть на себя в зеркало. Мне кажется, что я вижу там себя, а в другую секунду, я вижу Гарри. Пьяного Гарри, который со всей силы бьет меня об это самое зеркало. Я каждый раз вспоминаю тот страх, охватывающий каждую частичку моего тела. Я помню, как долго не могла осознать происходящее, а потом старалась сдерживать слезы, ведь боль была невыносима. И самое ужасное: я видела все это со стороны. От третьего лица!
Я видела, насколько это ужасно это выглядело, и что Гарри не человек, а монстр, который причиняет боль. Это стало одной из моих последних капель. Я сделала шаг от комода и мгновенно спрятала лицо от зеркала, чтобы оглядеться и понять: Гарри здесь нет и не может быть.
«Дай мне шанс» – его хриплый голос звучал в голове.
Могу ли я?
Я не думаю, что у меня хватит сил бороться со своими страхами, которые преследуют меня каждый день. Все они связаны с Гарри Торнтоном. Парнем, который вчера попросил у меня прощения и умолял дать шанс. Уверена, что любая другая девушка, имеющая в себе силы простить любимого, согласилась бы и даже не думала, но не я. Я трусиха, ведь мне не хватит духа снова смотреть в его глаза. Снова чувствовать страх при его виде.
Я не смогу.
Даже если бы я его любила всем телом и душой – я бы не смогла перебороть свой страх. Изменился он или нет, я буду видеть его гневный взгляд и грозный рык.
– Джо! – доносится до меня крик матери.
Тело содрогается от неожиданности, и я резко сажусь на кровать. Я кусаю губу и чертыхаюсь такой назойливости моей матери. Она продолжает звать меня, пока я спускаюсь по лестнице. Что, черт возьми, эта женщина хочет от меня?
Я раздраженно топаю по полу ногами, пока не останавливаюсь перед дверями гостиной, где, на удивление, сидит мама и… стоп. Это мужчина? Какого черта они мило улыбаются друг другу, и какого фига он обнимает мою мать?
Я сжимаю кулаки и испепеляющим взглядом смотрю на всю эту сцену. Она позвала меня, чтобы я увидела все это? Мама, ты понимаешь, что мое настроение и так утонуло в дерьме, а ты еще и это на меня сваливаешь?
– Я жду объяснений, – мой голос, словно сталь, и я понимаю, что это грубо, однако мама должна была понимать: я не стану мило улыбаться этому чужаку. Если они хотят быть вместе – пусть будут, но не надо мне это демонстрировать.
Улыбка пропадает с лица рыжей женщины. Она прочищает горло и грозно смотрит на меня, думая, что я испугаюсь. Но я боюсь взгляда лишь одного человека. И это не ты, мам.