Лгунья

Гичко Екатерина

Странная уверенность, что девушки в городе уже нет, усилилась. Ранхаша даже перестали интересовать поиски внутри города, и он захотел выбраться за его пределы. Но метель и не думала утихать. При такой видимости только свой хвост и найдёшь.

— Господин Дагрен!

Мужчины обернулись и увидели спешащего в их сторону паренька. В руках он крепко держал небольшую суму, которую трепетно прижимал к груди.

— Это вам просили передать, — посланец протянул свою ношу подозрительно прищурившемуся мастеру. — При обыске комнаты девушки нашли тайник, а там это. Она даже особо его не замаскировала. Мож, не успела, мож, не захотела.

Дагрен

поспешно принял протянутое и, запустив внутрь руку, выудил потрепанную книгу.

— «Способные сотворить беды», — прочитал он название в сиянии светляка и быстро залистал книгу, пристально всматриваясь в страницы.

Чем больше он рассматривал их, тем в большее недоумение приходил.

— Бред какой-то! Посмеяться, что ли, решила?

Ранхаш протянул руку, молча требуя находку, и, получив её, начал медленно перелистывать страницы, бегло проскальзывая по ним взглядом. Книга действительно была какая-то странная. На первом её развороте стояла уже выцветшая печать Санаришской школы магии, говорящая о том, что это имущество принадлежит школьной библиотеке. Но содержание книги говорило об опаснейших, но совершенно неизвестных Ранхашу артефактах. Кто будет хранить подобное в столь легкодоступном месте? Больше похоже на шутливое сочинение, розыгрыш для наивных учеников. Ранхаш сомневался, что такую умную девушку, как Амайярида, не посетили подобные же мысли. Так зачем она засунула её в схрон? Не могла же она надеяться, что сможет смутить расследование этим глупейшим справочником?

Ранхаш перелистнул страницу и замер, рассматривая картинку, на которой было изображено простенькое украшение — две полосы металла, скреплённые крест-накрест и расписанные мелкими надписями.

«Отвор, могущий сотворить войну. Убивец крови повелителя»

Ранхаш медленно захлопнул книгу. Амайярида всё-таки не посмеялась над ними.

Время уже близилось к полудню, а бесплодные поиски всё ещё продолжались, но уже переместились на север, за пределы города. Всё ещё бушевала метель, но упорных оборотней она не останавливала. Чёрные силуэты зверей рыскали в пелене снегопада, тщетно пытаясь найти хоть какие-то следы или уловить хотя бы отголосок запаха беглянки. Мастер Дагрен и мрачный харен стояли под стенами города и в молчании ожидали хоть каких-то новостей.

Ранхаш, вглядываясь в снег невидящим взглядом, в хрустальном внутреннем спокойствии пытался уловить, что ему нашёптывала интуиция. Разум помочь ему не смог. Куда могла направиться девушка, прошлого которой, привязанностей и устремлений он совсем не знал? В прошлый раз они поймали её на юге. Год назад она подалась на запад. Могла ли она опять выбрать одно из этих двух направлений? Интуиция шептала, что нет.

— Гляньте! — заорал кто-то.

Мужчины выискали глазами кричавшего и увидели, что тот тычет пальцем в небо, где, радостно кувыркаясь в потоках воздуха, быстро-быстро трепетал крыльями дракон. Зверь издал ликующий рык и камнем упал вниз. Почти у самой земли он опять распахнул крылья и, с трудом преодолевая сильный ветер, взмыл вверх. Ранхаш успел рассмотреть пустое седло на его спине, а затем взгляд его привлекло яркое пятно. Какая-то вещица, мотавшаяся ранее на задней части седла, подхваченная ветром, понеслась на стену и застряла в кустах, что темнели под ней.

Ранхаш подоспел первым и выудил из веток фиолетовый чулок.

— Её? — возбуждённо вопросил Дагрен.

— Да, — чуть помедлив, ответил харен, и мастер ликующе рассмеялся.

— Эй,

откуда он прилетел? — требовательно поинтересовался оборотень.

— Вроде с севера, но он мог круг над городом сделать и вылететь с этой стороны, а на самом деле прилететь с другой.

Ранхаш почти не прислушивался к разговору. Запихнув чулок в карман, он начал снимать с себя плащ.

— Он вернуться на место, где был последний раз, может? — продолжал допытываться Дагрен.

Городской стражник пристально всмотрелся в парящего дракона и с сомнением пожевал губами.

— Молодой ещё, могли не успеть обучить.

— Так надо обучить! — яростно заявил Дагрен. — Прямо сейчас!

— В такую метель? — оборотень взглянул на него, как на полоумного. — Да он если сейчас опустится на землю, то ещё раз на крыло точно не поднимется. Смотрите, он устал! — стражник ткнул в небо. — Даже крыльями почти не машет, в потоках ветра кувыркается. Они так отдыхают.

— Ну вот пусть кувыркается по ветру дальше, но в нужном направлении! — настаивал Дагрен. — Харен! — мастер резко обернулся, желая найти поддержку у Ранхаша, и с недоумением осмотрелся. — Где он?

Буквально в ту же секунду взгляд его опустился вниз, и он увидел валяющиеся на снегу одежду и сапоги. Резко вскинувшись, мастер успел заметить мелькнувший в снежной пелене внушительный серый силуэт.

— На разведку пошёл? — предположил стражник.

— Наверное, — напряжённо протянул Дагрен и с досадой выдохнул: — Боги, я поседею! Господин Ранхаш, вы куда?

Звук его голоса с трудом пробился сквозь ветер, но крупный серый волк лишь недовольно шевельнул ушами. Он наконец-то понял, в каком направлении ему идти.

Вниз дракона удалось сманить только четверть часа спустя. Увы, но стражник оказался прав и упёртый зверь не собирался больше подниматься в воздух. Раздосадованный и обеспокоенный уходом харена, Дагрен смотрел на рептилию как на источник всех своих неприятностей и уже почти смирился, что поиски придётся продолжить после того, как уляжется метель. В такую погодку следопыты только зря силы растратят: ничего не видно, все следы зализал и замёл ветер, а отмороженные носы ничего, кроме холода, не чуяли.

— Эй, Дагрен, а где харен?

Дагрен обернулся на голос и увидел, что от ворот в его сторону быстро шагает Шидай. Лекарь, прикрыв глаза от летящего снега, осматривался, пытаясь найти своего господина.

— На разведку ушёл, — мрачно ответил Дагрен.

— На разведку? — удивился Шидай. — В такую метель?

— Ага, — недовольно подтвердил мастер. — Вон, — и кивнул на покрытую снегом кучу одежды, — обернулся и пошёл с остальными рыскать. Вот жду, когда вернётся.

— Как обернулся? — порозовевшее от холода лицо Шидая резко побелело. — Как обернулся?! — губы его исказились от бешенства. — Вы, хреновы придурки! Какая разведка?! Он не ходит в стае, и он не ходит в разведку! Он ходит на охоту! В одиночку!

Обомлевший от столь резкой реакции Дагрен просто застыл с открытым ртом, а Шидай круто развернулся и рявкнул:

— Рладай! Рладай!

Сперва на его зов никто не откликнулся. Шидай даже почему-то малость успокоился, но затем из снега вынырнул высокий мужчина, по самые губы завёрнутый в плащ. На лекаря он взглянул почему-то виновато.

— Шидай, ты же знаешь, как он умеет ускальзывать! — раздражённо, но всё же словно оправдываясь, начал оборотень. — А тут ещё ни зги не видно! И запах у него из-за этих печатей… Мы ищем его, ищем…