Лежебока - 2
Шрифт:
При этом Александр Сергеевич ничуть «пиджаку» не возразил. Что ситуации серьезности добавляло.
«Так, что тут у нас?!», — скоренько ознакомился я с содержимым. Понятно. Нас тут не было. Ни о чем таком не слышали, а потому и поведать хоть кому-нибудь о том, что сегодня тут произошло — не можем… А нет. Не так. Вообще ВСЕ, с чем мы сегодня можем столкнуться не существует… и его тоже не было.
Надолго не затянули. Подписи все поставили почти сразу. Так что пришлось подождать немного, пока полковник заканчивал ознакомление с данными.
— Итак, у нас захват заложников. —
Ну и почему я не ржу в голос? И даже желание никакого присвистнуть от удивления нет. А так инструктаж прекрасен в своей лаконичности: бродит какая-то сволочь по торговому центру и мочит всех без разбора без всякой логики и смысла. Ах да, неустановленным Даром.
— Объект может иметь физические повреждения, но не факт, что они влияют на его боеспособность. Внешность возраст и даже пол неизвестны. Под подозрением все — вплоть до младенцев, если таковые попадутся. При обнаружении объекта — уничтожение без приказа. Еще раз: никаких попыток взять в плен или живым. Первого, кто попытается вступить в переговоры, пристрелю лично. Появилась возможность — стреляете на поражение. Сразу. Не думая. И да, ситуация такова, что если вы ошибетесь — никаких претензий Корона иметь к вам не будет.
Ох, ни хрена себе заявочки, между прочим! То есть, лицензия на убийство?! Грубо говоря, полковник высказался предельно ясно: даже если мы положим пару-тройку заложников, то и не беда.
— А если тогда сразу… Всех? — Поинтересовался я негромко.
И нет, не кровожадность это. Просто, чтобы понимать границы. И оценить глубину той задницы, в которой мы оказались.
— Предлагал. — Поморщился наш командир. — И Фриц поддержал. Император против.
Вот теперь сиди и думай, серьезно он или шутит так. Хотя… Юмором ото всей этой ситуации что-то как-то совсем не пахнет.
— Внутрь пойдут только одаренные. — Сообщил командир. — И я. Остальные обеспечат периметр и, если эта тварь попадется, снимут ее.
«Это вряд ли!», — оценил я произведение современного зодчества — лишь слегка облагороженную бетонную коробку. Окна в ней были, конечно. Но не так много, по отношению к общей площади. Грубо говоря, снайперам будет работать очень-очень сложно. Только если ублюдок сам сунется. Ну или не «он». А кто бы там ни был.
— Еще раз: мужчина, женщина, ребенок, старик — под подозрением все! — Напомнил Санни. — Особое внимание на физические повреждения, признаки дезориентации и любую… Инородность поведения.
Хотелось мне поинтересоваться, что за зверь такой — «инородность». Но не стал. Вряд ли ответить. Видимо, это из разряда «то, не знаю что». Кажется, полковник хотел сказать что-то еще, но Невзрачный лишь плечом повел и…
— Объект
«Пиджак» окинул нас страшным взглядом. Нет, он не хмурил брови и не строил гримас. Напротив, глаза его так и лучились безмятежностью. Только все прекрасно отчего-то осознали, что лично для него просто стереть в порошок трех отпрысков не самых последних семей — плевое дело. Вернее даже не стереть в порошок, а сделать так, чтобы каждый из нас однажды вышел из дома… и никуда не пришел.
— Ребятки, — кажется, он пытался быть дружелюбным — получалось так себе. — Император против бомбового удара по объекту.
«Ого, уже и такой вариант рассматривался!», — подивился я.
— По крайней мере, сначала решено предпринять попытку штурма. Так будет лучше для внутренней стабильности государства. Однако еще раз обращу внимание на слова вашего командира. Гражданские в данной ситуации — фактор осложняющий, но не определяющий.
«Ого! Да не прав я был на счет "парочки» гражданских. Нам разрешено зачистить всех, если мы решим, что это необходимо!«, — уже всерьез удивился я. А вот вопроса из серии "Почему мы?» не задал. Тут и так понятно. Император, на мой взгляд, совершенно справедливо, не держал крупных сил Отряда в столице. А уж одаренных любого ранга у Отряда в пределах Петербурга всего полтора-два десятка человек. Похоже, мы оказались то ли ближе, то ли доступнее всех.
— Итак, мы заходим с центрального входа. — Сообщил полковник, склонившись над планом здания. — Алина Кареева поведет вторую группу Старицкий-Дубельт.
Интересно, а где у нас Громова-старшая. Полагаю, мощь нашей «атомной бомбы» была бы вполне к месту.
— Майор Громова у нас поработает «бомбардировщиком» на случай, если мы облажаемся! — Спокойно «ответил» на мои мысли Коротков.
И впрямь, на кой хрен поднимать самолет и тратить бомбы, если одаренная сверхсилы может разом накрыть нас, заложников и чертову тварь, окопавшуюся в торговом центре?!
Илона Афанасьевна Ланина
— Да что за глупости!
Девушка опустила взгляд… И не решилась спорить с матерью. Она вообще по жизни отличалась очень тихим и скромным характером. Многие бы даже назвали его забитым. Слегка. Не до такой степени, чтобы редкие мысли родителей о том, что пора бы дочурку показать психотерапевту, воплотились в жизнь.
— В шестнадцать лет — и сердце! — Фыркнула дородная женщина, окинув слегка полноватую девушку насмешливым взглядом.
Нет, она не была черствым человеком. И дочку любила. Но именно сегодня сочла ее жалобы на сердце обычной отговоркой не ехать с семьей в торговый центр. Тем более, выглядела девушка вполне себе не плохо с виду.
— Хорошо, мама, я собираюсь.
Илона традиционно не стала спорить, лишь пару раз глубоко вдохнула, борясь с головокружением. В конце концов, и в машине поспать можно, верно? А когда они еще так выберутся всей семьей? Кто его знает!
— Давай, поехали, Игнат! — Поторопила матушка, едва она уселась на заднем диване авто. — Итак, прособирались!