Лежа со львами
Шрифт:
И тогда она взорвалась. Она так устала, была голодной и несчастной, а он хотел, чтобы она встала, с ребенком на руках, чтобы он мог сесть. Этот жест пальцем, казалось, явился итогом всей его жестокости, предательства и зла, и это возмутило ее. Она встала, Шанталь повисла на подвязке, перевязанная на шее, и бросила на него:
– Ты ублюдок! Ты ублюдок!– Ее слова потерялись в шуме мотора и ветра, но выражение ее лица явно поразило его, поскольку он отступил.
– Я ненавижу тебя!
Джейн бросилась к нему
Русские допустили одну ошибку. Очень маленькую, но это было как раз то, что нужно было Эллису, и он был готов воспользоваться ею. Их ошибка состояла в том, что они связали ему руки впереди, вместо того, чтобы связать их за спиной.
Он надеялся, что они вообще его не свяжут, поэтому он ничего не сделал, прилагая сверхчеловеческие усилия, когда Жан-Пьер начал бить Джейн. Чтобы не упустить шанс остаться без наручников: ведь в конце концов он был один и без оружия. Но, как оказалось, Анатолий был предусмотрительным человеком.
К счастью Анатолий, не сам надевал наручники, а поручил солдату. Для солдат легче надеть наручники на пленного, вытянувшего руки вперед - меньше вероятности, что он упадет, к тому же сам сможет забраться в вертолет или машину без поддержки. Так что, когда Эллис послушно протянул руки вперед, солдат без задней мысли надел на его руки наручники.
Эллис не мог одолеть троих мужчин без посторонней помощи, в особенности учитывая, что один из них был вооружен. Его шансы в открытой схватке были ничтожны, единственной его надеждой было разбить вертолет.
Было мгновение, когда, казалось, время застыло, Джейн стояла у открытой двери, с ребенком, висящем у нее на подвязке, и смотрела с выражением ужаса на лице, как Жан-Пьер летел в воздухе, и в этот момент Эллис подумал: "Мы ведь взлетели только лишь на двенадцать-пятнадцать футов вверх, мерзавец может и выжить, было бы очень жаль". Затем к ней бросился Анатолий и схватил сзади за руки, пытаясь сдержать ее. Теперь Анатолий и Джейн стояли между Эллисом и солдатом, находящимся в дальнем углу кабины.
Эллис перекатился через спину, вскочил на ноги за креслом пилота, завел руки в наручниках над головой пилота, подвел цепь от наручников прямо к горлу пилота и стал изо всех сил давить.
Пилот не успел даже пикнуть.
Продолжая держать ноги на педалях, а левую руку на рукоятке управления, он схватил правой рукой кисть Эллиса.
Эллиса охватил мимолетный страх. Это был его последний шанс и у него было всего несколько секунд. Солдат сначала не решился стрелять, побоявшись задеть пилота. А Анатолий, если он также вооружен, тоже побоится, Но через некоторое время они поймут, что терять им нечего, поскольку если они не застрелят Эллиса, вертолет разобьется, поэтому они вынуждены будут рискнуть.
Кто-то схватил Эллиса сзади за плечи. Оглянувшись через плечо, он увидел темно-серый рукав. Значит
Эллис резко рванул цепями наручников. Боль была слишком острой для пилота. Он вытянул обе руки и встал с места. Как только пилот выпустил контроль над управлением, вертолет начал крениться на бок и качаться на ветру. Эллис был готов к этому и удержался на ногах, обхватив кресло пилота. Позади него Анатолий, потеряв равновесие, отпустил руки.
Эллис стащил пилота с кресла и бросил на пол, затем добрался до панели управления и потянул рычаг управления вниз.
Вертолет стал падать вниз подобно камню. Эллис оглянулся посмотреть, что произошло с окружающими в результате резкого падения. Пилот упал на пол кабины, судорожно схватившись за горло. Анатолий упал плашмя посредине кабины. Джейн ползала в уголке, закрывая руками Шанталь. Солдат тоже упал, но потом поднялся на одно колено и поднял "Калашникова", направив его в Эллиса.
Как только он взвел курок, колеса вертолета ударились об землю.
От удара Эллис упал на колени, но он был готов к этому и удержал равновесие. Солдат выпустил очередь из автомата, но его пули прошили фюзеляж в ярде от головы Эллиса, затем он упал вперед, выпустив автомат и выставив руки вперед, чтобы амортизировать падение.
Эллис потянулся вперед, подхватил винтовку и взял ее неуклюже в руки, сцепленные наручниками.
Наступил момент ликования. Он сражался. Он сбежал, затем его поймали и унижали, он страдал от голода и холода, и страха, и стоял беспомощный, когда Джейн ударили по лицу, но теперь, наконец, у него был шанс встать с колен и бороться.
Он поднес палец к затвору. Его руки были скованы слишком тесно, чтобы держать автомат в нормальном положении, но ему удалось схватиться за ствол, используя левую руку для поддержки магазина с патронами.
Двигатель вертолета умолк и лопасти начали замедлять вращение. Эллис взглянул на панель приборов и увидел, как из боковой двери вертолета выпрыгнул пулеметчик. Ему нужно было овладеть ситуацией мгновенно, прежде, чем русские снаружи смогут сориентироваться.
Он двинулся к Анатолию, который растянулся на полу перед дверью и ударил его прикладом винтовки в голову.
Солдат уставился на него, испугавшись.
– Проваливай отсюда, - выкрикнул Эллис солдату, кивнул головой на дверь.
Солдат понял и выпрыгнул через дверь. Пилот по-прежнему лежал на полу, у него что-то явно происходило с дыханием. Эллис толкнул его ногой, чтобы он пришел в себя, затем крикнул, чтобы он тоже выходил. Человек с трудом поднялся на ноги, все еще держась за горло, вылез через дверь наружу.
– Скажи этому парню, чтобы он выбирался из вертолета и повернулся спиной ко мне. Переведи ему быстрее!– обратился Эллис к Джейн.