Лейтенант запаса
Шрифт:
– Бегать много придется, товарищ лейтенант… И вам, и нам. Уж такая служба. Наш командир говорит: «волка и разведчика ноги кормят». Как у вас с кроссовой подготовкой? – старшина окинул изучающим взглядом сухопарую фигуру Игоря.
– Вообще-то не очень… – честно признался тот.
– Тогда надо будет усиленно тренироваться, – просто сказал старшина, – советую бегать в противогазе. Есть такая проверенная формула: кто пробегает кое-как пять километров в противогазе, тот запросто проходит десятку без него с полной боевой выкладкой.
– Возьму на вооружение, – невесело усмехнулся Игорь.
– На прошлых
– Зачем?
– Засекли нас сразу после приземления, – нахмурился Гусаров. – Поисковая команда капитана Федорова прочесывала местность, а эти «рексы» толк в облавах понимают…
– Так что вы хотели сказать? – напомнил Игорь.
1
«Колбаса» (жарг.) – надувной резиновый макет межконтинентальной ракеты. Гусаров имеет ввиду глубинный поиск его разведгруппы на уничтожение стартового объекта условного противника.
– У меня в кармане комбеза приборчик такой лежал… ну, расстояние который меряет…
– Да, я представляю, шагомер называется, – кивнул лейтенант.
– После учения я проверил его показания…. – Гусаров как-то недоверчиво усмехнулся, покачал головой.
– И что?
– Ничего… Полсотни километров за сутки. Правда, тогда и ночь на ногах провели, все отвлекали… Уводили за собой погоню до тех пор, пока основная группа не доложила по рации, что вышла к цели.
– Ваша группа выполнила задание?
– Выполнила, – коротко ответил Гусаров. – А бегать начинайте немедленно, товарищ лейтенант, потом поздно будет, крупные учения приближаются.
Они подошли к казарме разведывательной роты. Из раскрытого на первом этаже окна доносились звуки настраиваемой гитары, потом кто-то невидимый, запел негромким приятным голосом:
Два года службы пронеслось,
я бегал здесь как дикий лось,
служить в десанте, братцы, подфартило…
но я – «старик», прощай, друзья,
не нужен в армии уж я,
хоть седина виски не побелила…
Игорь с удивлением посмотрел на Гусарова. Тот молча приложил к губам палец: тихо! А невидимый певец продолжал:
Учили нас мосты взрывать,
бесшумно часовых снимать,
и танки прожигать гранатометом,
водить машину, связь держать,
стрелять на звук, ножи метать,
и темной ночью ползать по болотам.
К нам прицепляли парашют,
«РД» 2 под зад и справа, тут,
учили
Потом сажали в самолет,
чтоб прошибал холодный пот,
и два часа до выброски катали.
Прощай, «старик», прощай родной,
2
«РД-54» – ранец десантный.
не встречусь больше я с тобой,
и писем мы друг другу не напишем.
Прощай, комбат, прощай друзья,
прощай, товарищ старшина,
в последний раз твою команду слышу…
Едва затих заключительный гитарный перебор, как слушатели дружно захлопали в ладоши. Кто-то восторженно сказал:
– Вот это – песня! А слова дадите переписать, товарищ гвардии ефрейтор?
– Конечно, салаги… – снисходительно обронил музыкант. – Хотите, еще вам чё-нибудь сбацаю?
– Конечно! Давайте! Хотим!
– Ну, тогда слушайте… – он нарочито откашлялся и запел:
Вот когда я вернусь на «гражданку»,
отдохну пару дней, отосплюсь,
соберу дружбано'в на гулянку,
до потери сознанья напьюсь.
Жизнь продолжу потом боевую,
дисциплину начну поднимать,
всю семью свою, часть строевую,
по двору буду маршем гонять.
Парашютную вышку поставлю,
может метров на сто пятьдесят,
первой прыгнуть жену я заставлю,
тесть и теща ей вслед полетят.
Дом большой превращу я в казарму,
огород в полигон боевой,
брата Ваську назначу начкаром,
а сноху медицинской сестрой.
Поставив ногу на выступ фундамента, Гусаров навис над подоконником, заполнив своей массивной фигурой весь оконный проем. Игорь встал сбоку от старшины, всмотрелся. Посредине казармы сидел на табурете гитарист – плечистый чернявый парень с красной повязкой дневального на рукаве. На погонах его гимнастерки желтели узенькие ефрейторские лычки, голубой берет был лихо сбит на затылок, из-под него на лоб падали крутые кольца густых черных волос. Вокруг, опершись на швабры, тесно столпился весь суточный наряд – солдаты-первогодки. Гимнастерки они сбросили, оставшись в летних бело-голубых тельняшках-безрукавках. Певец явно завладел душами слушателей и с большим чувством исполнял свой сольный номер: