Лейтенант империи. Часть вторая
Шрифт:
Вот и сейчас, я не мог решить, что взять на завтрак. Ограничиться овсянкой с отварными яйцами, или набрать мяса с гречкой или пюрехой…. Блин, как же хорошо, что я не в казарме живу. Как же там, по слухам, уныло.
— И всё же? — Родион долго не думал, отхватил себе с полкило отварной грудки, и стал нарезать её на куски. — Ты, конечно, заматерел, ничего не скажу, но, раз ты позволил себе назвать офицеров… — он немного помялся, подбирая слова, — не мушкетёрами. Значит, у тебя есть план.
— Да ладно тебе, — усмехнулся я, решив ограничиться овсянкой (всё же не
— Главное понимать, кого подёргал, — протянул Родион, — тараканов или тигров. Они же аристократы.
— Вообще по боку, — моя ложка зашкрябала по тарелке, — главное, другое.
— Ну, да, ты не аристократ, — кивнул Родион, — но всё равно, это серьезно….
— О чём речь? — за стол уселся Ерастов — доброе утро, господа, Иллирика Данактовна, — он изобразил поклон.
Лира улыбнулась в ответ и продолжила кормить Вареньку с ложечки. Но по лицу, повороту шеи, и напряжённым плечам я видел, что к нашей беседе она чутко прислушивается.
— Да вот, — повернулся к нему Родион, — ты всё проспал, Александр Ярославович, Ростислава только что вызвали на дуэль. — И он начал рассказывать, что произошло.
— Что значит проспал? — перебил его дядя Саша, — я умывался и контролировал ситуацию поисковой техникой.
— А если бы они напали? — не сдавался Родион, чем сильно меня удивил. Чего это он?
— Так, — дядя Саша отложил вилку и легонько постучал по столу, — Родион, в тебе, как-никак, проснулся дух наседки.
— Да хоть материнским инстинктом назови, — насупился Соловьёв, — только ты приставлен тут для охраны, а если бы они напали?
— Показываю один раз, — нахмурился Ерастов, — но в будущем, если ты вернёшься к этой теме, особенно в таком тоне, мы поругаемся.
— Извини, — буркнул Родион, — перенервничал.
— Бывает, — пожал плечами Ерастов и скомандовал: — Абаимов, доклад.
Хлопнула входная дверь. Послышался топот в гостиной. Не успел я сосчитать до пяти, как в столовую влетел Абаимов.
Пояс усеян гранатами. Доспех в режиме активной маскировки. За спиной винтовка, ручной гранатомёт. Верный помощник Ерастова явился в полной боевой выкладке.
— Капитан Абаимов прибыл, Ваше высокоблагородие, — вытянулся боец, скидывая шлем. — Разрешите доложить,
— Нет, блин, песню спой, — улыбнулся Ерастов, — разрешаю, докладывай.
— Есть, Ваше высокоблагородие, — кивнул Абаимов и, бросив взгляд на обеденный стол, продолжил: — Туров прибыл на объект вчера около двадцати трёх ноль, ноль. Фигура объект не покидала. Ночь прошла спокойно. — Он говорил чётко и отрывисто, смотрел в стену, но, глаза то и дело косились на тарелки с едой. — Сегодня в шесть утра к объекту подошли четверо бойцов, но без оружия. Личности установлены сразу, аристократы, местные обер-офицеры. Самым опасным из них являлся старший лейтенант Деревянный, индекс развития тридцать три пункта. Так как Туров превосходит в силе их всех, тревога не поднималась. Я отправил вам сигнал о «гостях» и продолжил дежурство снаружи. Доклад окончен.
— Поздравляю с новым званием, — я встал с места
— Благодарю, — улыбнулся он, смутившись, и, ответив на приветствие, поздравил меня с тем же.
— Вольно, капитан, садись за стол, — махнул рукой Ерастов и повернулся к Соловьеву. — Родион, представляю твоему вниманию хоть и прожорливую, — Абаимов не преминул воспользоваться приглашением, и уже рвал ножку индейки зубами, — но совершенную боевую единицу. Гардемарин последнего поколения, тактическая подготовка, богатый боевой опыт и сорок три пункта индекса. Так что, пансион всю ночь отлично охранялся.
— Да понял я, — щёки Родиона слегка порозовели, — говорю же, прости, ляпнул, не подумав.
— Бывает, забыли, — улыбнулся дядя Саша и взялся за вилку, — у нас всё схвачено.
— Только вы упустили одну деталь, — Лира отвлеклась от доченьки и посмотрела на Ерастова, — Ростик не может использовать силу.
— Могу, — произнёс я с набитым ртом, — просто врач пока запретил, но при нападении я бы справился.
— А задержка при переходе в боевой режим? — строго спросила Лира.
— Ну, первый удар пропустил бы, да, — я поспешил капитулировать. Она права. В таких условиях первый и последний синонимы.
На стол опустилась тишина.
Ерастов посмотрел на меня, на Абаимова, снова на меня, провёл рукой по лицу и, покачав головой, произнёс:
— Мы не упустили. Мы не знали.
— Это моя вина, — тихо сказал я, — не подумал, что надо вас предупредить.
— Главное, теперь знаем, — Абаимов прожевал кусок мяса и хлопнул меня по плечу, — значит ты пока не боевая единица, надеюсь, ничего серьезного?
— Как посмотреть, — вздохнул я, и рассказал им свою историю.
— Занятно, — протянул Ерастов, когда я закончил рассказ, и за столом поселилось напряжение. — И как же ты собираешься сражаться без индекса?
Все ждали моего ответа. Только Лира докормила Вареньку и, убедившись, что она снова прикорнула, спокойно принялась завтракать.
Такой уровень доверия от любимой приободрил. Я отмёл все сомнения и поделился своими мыслями.
— Они хотели перевести дуэль на правилах аристократии, бьюсь об заклад, что объясняли это наличием герба у нашего рода, но, — мои губы растянулись в усмешке, — я сейчас на официальном задании, поэтому боя до смерти не будет. И им, чтобы….
— До первой крови или невозможности продолжать бой, — кивнул Ерастов, — я это знаю. А также знаю, что местные аристо думают, что твой род будет выкупать бывшие владения Лиры. Учитывая, сколько сейчас денег в руках Деда, это логично.
— А то, что среди них был орденец, знаете? — улыбнулся я, и дядя Саша напрягся. — Старлей Деревянный.
— Откуда выводы?
— Все просто, — пожал я плечами, — если остальные хотели боя до смерти и вызвали меня, то он изначально шёл, чтобы я его вызвал. Он с лёгкостью отдал право выбора оружия, и, хоть и показал недовольство временем дуэли, но оно его устроило тоже. — Я развёл руками, — ему нет разницы, когда убивать меня.