Левый берег

Кудашин Алексей

"Все равно рано или поздно надоест", — думал Денис

Но, глядя, как сосредоточенно до самозабвения рубятся друг с другом эти пацаны, сам же в своих словах сомневался. Как показало время, сражались эти гладиаторы между собой чуть больше трех месяцев, пока самим не стало тошно.

Напряжение от подготовки было велико, и большинство курсантов тупо пялились в телевизоры. В шахматы почти никто не играл. Зато хоккей пользовался популярностью. Как и баскетбольное кольцо. Правда, никто за мячиком не бегал. Играли в основном в "десяточку": лениво кидали "двухочковые" и медленно плыли подбирать мяч. Не возбранялись и карты, как это

были ни странно. Сложные игры популярностью не пользовались. Перекидывались в "козла" и "дурачка", иногда в "двадцать одно". Одним словом, никто не занимался тем, что напрягало мозги или тело. Это было понятно. "Напрягов" хватало в других местах.

Курсанты, как и положено, обращались друг к другу по номерам. "Кликухи" получили только "счастливчики": Пятидесятый сразу превратился в "Полтинника", Двадцать пятый — "Четвертака", Десятый — в "Червонца", а Пятый — в "Пятачка". Местные остряки много размышляли над Шестьдесят девятым, но, во-первых, ничего путного и прилично произносимого не придумали, а во-вторых, внешний вид носителя номера, здорового коротко стриженого неулыбчивого парня, ничего хорошего авторам не обещал.

Денис тоже частенько смотрел телевизор. Футбол там или баскетбол… Курсанты предпочитали спортивные каналы. Но чаще Шестнадцатый читал какую-нибудь тупую не напрягающую книжку, написанную очередным новомодным писателем. Денис был готов на что угодно спорить, что строчились такие "книженции" за месяц, ну, максимум — два. Больше на такую муть потратить было нельзя. Зачем читал? Да привычка, с детства. Мать приучила, привила любовь к чтению. Для Дениса не было отдыха лучше, чем залечь на диване с книгой. Он уже знал по себе, что пара часов за этим занятием снимала с него усталость даже лучше, чем сон. Вот и здесь читал. Привычки порой бывают сильнее людей. Да и не порой, а очень даже часто.

По общим предметам Денис, в принципе, успевал. Он достаточно легко осваивал любые виды оружия, особенно минно-саперное дело. Теперь он был практически уверен, что сможет обнаружить за собой слежку и умело уйти от нее, хотя попрактиковаться пока возможности не было. Единственное, что у курсанта получалось "не ахти", так это рукопашный бой. Реакции, что ли, не хватало… Тренер тратил на Дениса немного больше времени, чем на остальных, но результата пока не было.

Вот и сейчас, слушая Учителя, он потирал ноющую после очередного спарринга челюсть.

— Одна из важнейших задач, господа диверсанты — верное распределение наличных сил для решения определенных задач. Мы почти всегда имеем меньше, нежели хотим… Рассчитанная вами по плану численность боевиков, необходимая для участия в восстании, — это одно. Реальные возможности — совершенно другое.

Скажите, какими способами вы решали бы проблему нехватки боевиков?

— Я бы перегруппировал отряды. Наиболее сильные группы направил бы на решение самых сложных задач.

— Да, Десятый. Это может поправить положение… Еще?

— Можно компенсировать недостаток бойцов увеличением огневой мощи боевых групп.

— Отличная идея. Так и надо поступать. Больше никаких идей? Есть еще один действенный способ: переквалифицировать некоторые объекты из первоочередных, тех, которые необходимо взять под контроль "первым ударом", во второочередные, контроль над которыми обеспечивается после захвата первоочередных объектов с помощью направления на них освободившихся боевых групп.

Впрочем, по этой теме

нас ждет неделя практических занятий "на местности". А сейчас я бы хотел поговорить о том, что мы с вами прежде никогда не обсуждали. Как я говорил, "на местности" вы будете работать группами. Командир и несколько подчиненных. Я хочу, чтобы вы все сейчас представили себя этими самыми командирами. Вот ты, Двадцатка. Скажи, решение каких вопросов ты бы мог поручить своему подчиненному на местности?

— Зависит от их числа?

— Пофантазируй…

— Если представить, что у меня их будет столько, сколько мне надо, то гипотетически я мог бы передать им ведение практически всех вопросов, оставив за собой общее руководство.

— Точнее…

— Вопросы доставки и хранения оружия, вербовки агентов, контрразведку, часть финансовых вопросов…

— Есть ли несогласные? Тогда слушайте мой категорический приказ, касающийся будущих командиров групп. Вам категорически запрещено передавать в ведение своих помощников три вопроса: составление общего плана операции, связи с центром и финансовые вопросы. Под финансовыми вопросами я имею в виду любые виды распределения средств. Вы можете отдать оперативнику деньги, чтобы он что-то купил или кому-то заплатил. Но оперативник никогда, слышите, никогда не должен сам решать, что покупать и кому платить!

— Почему, Учитель?

— Здесь, как говорят американцы, нет ничего личного. Просто психология, человеческая природа, если хотите… Углубляться не буду. Если задумаетесь, сами поймете, что я прав. Но одно могу сказать вам точно: нарушившие этот приказ будут строго наказаны.

Вы должны понимать, что успешное проведение операции станет не возможным, если руководство не будет относиться к вашим действиям с доверием. В определенный момент в ваших руках окажутся немалые силы и средства, в том числе и крупные суммы денег. Для покрытия текущих расходов, подкупа государственных работников, найма боевиков. Отчитаться мы, конечно, вас заставим, только все это — "филькина грамота". Многие свои затраты вы все равно чеками из магазина не подтвердите. Более того: убежден, что какие-либо попытки контроля над расходованием средств на стадии подготовки операции могут иметь самые трагические последствия и привести к провалу…

10.04.2009. Краина, г. Кировогорск. Цеховой пер. 19:43

Улица Терешковой была как обычно пустынна в этот час. Денис привычно заложил руль влево, въехал на стоянку перед складом и заглушил двигатель. У дальней стены стояла фура с открытой дверцей. В кабине возился помятый и видно не высыпающийся водитель в старом спортивном костюме. Из ворот склада вышел Левин бригадир с грузчиком. О чем-то весело беседуя, они сели в старенькую "шестерку" и укатили. На стоянке, помимо машин Левы и Червонца, стояли еще две "легковушки". Судя по всему, кто-то из рабочих задерживался.

"Наверное, фуру только что разгружать закончили", — догадался Денис.

Он закрыл машину и направился на склад. По пути в Левину "командную будку" ему встретилась группа грузчиков, направляющихся к выходу. Через стекло "будки" командир увидел своих товарищей. Червонец и Лева что-то весело втолковывали Володе.

— Да ты ее "долбишь"… Ну скажи прямо, Кошак. Что тебе — жалко, что ли? Не будь эгоистом! Своей личной жизни нет, хоть чужую послушаю… — Лева умоляюще смотрел на товарища.