Левиафан
Шрифт:
Ли-фанна продемонстрировала директрисе правую руку, которая, хотя и стала гораздо меньше болеть, все равно жутко ныла и плохо двигалась.
– Неужели вы хотите сказать, что это Норика ранила... эту девушку? Господин Меннерс, вы ведь не присутствовали в классе во время драки?
– Конечно нет, госпожа Ирьен. Но...
– Поэтому как вы можете утверждать, что это сделала Норика? Я просто убеждена, что драку начала Ли-фанна, она же себя и ранила для большей жалости.
Ли-фанна вспыхнула от негодования. Что за бред?! Она сама
– Вот что, господин Меннерс, - продолжила директриса.
– Я думаю, мы должны выслушать и Норику тоже. Приведите ее, а я поговорю с Ли-фанной.
Рэй ушел, напоследок сжав кулак, как бы говоря Ли-фанне: держись! Девушке стало чуть легче - хоть один человек ее поддерживает. Но она осталась наедине с директрисой, а ничего хорошего от нее ждать не стоит.
– Итак... Ли-фанна Лотье...
– девушку передернуло от того, как госпожа Ирьен произнесла ее фамилию.
– Неделя прогулов, теперь драка... да еще и без формы! Кошмар! До чего школа докатилась! Драку ты начала, вот только честно?
– Я, - призналась Ли-фанна. Глупо было отрицать очевидное.
– Ты. А почему?
– Она... то есть Норика... оскорбила меня и мою семью, и я...
– Все ясно. Только не надо оправдываться, хорошо? Похоже, придется мне поговорить с твоей мамой...
С мамой? О, ужас! Даже представить страшно, что будет, когда мама узнает о произошедшем.
Тут дверь приоткрылась, и вошла Норика. Она явно строила из себя такую потерпевшую, глубоко несчастную личность. Но когда она посмотрела на Ли-фанну, в ее глазах появились злые искорки, и понятно, что этот несчастный вид - чистой воды притворство.
– Я защищалась!
– с ходу начала Норика.
– Эта психованная схватила шпагу, напала на меня...
– Это была рапира, идиотка!
– сквозь зубы процедила Ли-фанна.
– Замолчи, Лотье!
– грубо оборвала ее директриса.
– Норика, скажи мне, пожалуйста: это ты ранила Ли-фанну?
– Нет!
– поспешно выкрикнула Норика, стараясь не смотреть на руку Ли-фанны.
– Итак... хорошо. Можешь идти, Норика. А ты, ученица Лотье... я звоню твоей маме.
Ли-фанна вся внутренне сжалась. Госпожа Ирьен взяла телефонную трубку, медленно набрала рабочий номер мамы Ли-фанны.
– Госпожа Лотье? Это вас беспокоят из школы. Да, госпожа Ирьен... Дело в том, что ваша дочь... да-да, Ли-фанна... подралась на фехтовании... с Норикой Эрлис. Да, как можно быстрее, госпожа Лотье. До свидания.
Сигма Лотье примчалась в школу через пять минут. Увидеть дочь, она, похоже, только разозлилась, но, взглянув на ее руку... сердиться она не перестала, но в глазах появилась тревога.
– Что произошло, госпожа Ирьен?
– Драка. Ваша дочь схватила шпагу, напала на Норику Эрлис.
– Эрлис?
– с каким-то
– Да, именно Эрлис, - с какой-то непонятной ухмылочкой сказала Ирьен.
– Но она ранила мою дочь!
– Нет. Мы выяснили, что это ранение - дело рук вашей дочери, которая хотела подставить Норику.
Ли-фанна чуть не задохнулась от негодования. А вот мама осталась невозмутимой.
– Ли-фанна, тебе есть, что возразить?
– спросила директриса.
– Да, есть. Это Норика меня ранила. Норика, а не я! И вообще, она оскорбила мою семью!
– Ли-фанна посмотрела на маму, ища поддержки. Но Сигма даже не взглянула на дочь.
– Все ясно с тобой. Выйди пока в коридор!
Ли-фанна послушалась. Как только она вышла из кабинета, по школе пронесся громовой звук колокола, оповещающий об окончании урока. Сам колокол был расположен в школьной башенке, и про него постоянно все забывали. Сейчас не забыли.
Ли-фанна порадовалась тому, что уроки в этой части школы не проходят. Вид пятиклассницы с окровавленной рукой мог бы вызвать много лишних вопросов.
Директриса разговаривала с Сигмой долго - минут двадцать, наверное.
Когда Сигма наконец вышла из директорского кабинета, она сказала дочери только два слова:
– Иди домой.
По голосу мамы невозможно было определить ее настроение. Ли-фанна решила не рисковать, и действительно пошла домой.
Ей казалось, что она шла очень долго, целую вечность. Пусть второй урок уже начался, пройти по школьным коридорам было настоящим испытанием.
Все бы ничего, но в школьном холле, когда Ли-фанна уже была почти на свободе, она столкнулась с королевским послом.
Узнать его было несложно - кто еще, кроме гостя из центра, может ходить в такой странной одежде?
Если бы этого человека увидел кто-то из нашего мира, ему бы сразу вспомнился какой-нибудь человек из XIX Земного века: во всяком случае, в наших учебниках истории всяких придворных чиновников из Европы изображают именно так. На нем был просто роскошный камзол бордового цвета, узкие черные брюки и высокие черные же сапоги. Его светлые волосы, намного длиннее, чем носили обычно мужчины на дарминорских окраинах, были аккуратно причесаны и уложены. Если не считать всех этих модных излишеств, гость из центра производил вполне приятное впечатление: высокий рост, умное, открытое лицо, большие серые глаза за стеклами очков.
– Ой! Извините, пожалуйста!
– Ли-фанна аж подскочила от неожиданности.
– Ничего-ничего! Позвольте узнать ваше имя, юная леди?
– Л... Ли-фанна Лотье, - запинаясь, ответила «юная леди». Вот уж как ее еще ни разу не называли!
– Очень приятно. А я Дерьен, третий королевский советник. Скажите, Ли-фанна, а что у вас с рукой?
– Я... эммм... упала. Да, просто упала!
Нелепое, конечно, оправдание, но что она еще могла придумать? Советник Дерьен понимающе улыбнулся.