Левиафан
Шрифт:
В этот момент по всей лодке раскатился сигнал радиационной угрозы. Однако оставшийся экипаж самого изумительного судна в истории повернулся к своим пультам и начал готовить его к последнему пути.
Пять минут спустя «Левиафан» находился в пятистах футах от поверхности бурного моря. Александрия нажала небольшую кнопку на своей консоли.
— Полковник Коллинз! — Она посмотрела на лицо Джека, появившееся на голограмме перед ее креслом. — Не нахожу слов, чтобы выразить наше — мое — сожаление. В моем родовом имении в Осло, в пятистах футах ниже
— Да, капитан, обязательно.
— Я сожалею насчет директора и… и…
— Удачи, капитан, — прервал ее Джек, увидев, как Эрталль терзает чувство вины.
Кивнув, она потянулась к кнопке, чтобы прервать связь.
— Поберегите Джинни ради меня, полковник, — и дала отбой, прежде чем он успел ответить. — Мистер Слэттери, эвакуировать капсулы.
Они почувствовали сотрясение, когда десять круглых капсул были выброшены через борта «Левиафана» всего одной палубой выше его покатых балластных цистерн. Закрыв глаза, Эрталль вознесла беззвучную молитву.
— Мистер Кайл, мне нужно погружение под углом двадцать градусов на рулях. Полный вперед, пожалуйста, курс двести шестьдесят градусов, глубина… тысяча футов. Прикажите по местам стоять, приготовиться к столкновению.
— Есть, капитан… мэм, мы теряем главный броневой щит в головном обзорном отсеке, а в реакторах два и три наблюдается расплавление ТВЭЛов.
— Вы так и сыплете добрыми вестями… нынче утром. Мистер Кайл, не хотите управлять «Левиафаном» во время его последней миссии? Я же хочу быть… в другом месте, когда мы всплывем в последний раз.
— Почту за честь, капитан.
Спасательные капсулы вынырнули на поверхности моря близ большого поля битого льда. Капсулы одна за другой подскакивали в воздух, возносясь с большой глубины, где были выпущены. Находившийся всего в двадцати милях фрегат Королевских ВМС «Лонгбоу» заметил их и на радаре, и на сонаре и направился к покачивающимся на волнах спасательным модулям.
Когда за борт сбросили штормтрапы и британские водолазы помогали спасшимся выбраться из капсул, Джек узрел видение, заставившее его закрыть глаза и возблагодарить бога, покровительствующего им. Наверное, все-таки морского бога «Левиафана». На кормовом подзоре «Лонгбоу», завернувшись в одеяло, стояла Сара. А за ней — Найлз Комптон, Алиса Гамильтон и Гаррисон Ли. Бросившись вперед, Сара без малейшего стыда сбросила одеяло и обняла Джека под теплом солнца впервые за многие месяцы. Ли, Найлз, Алиса и его подчиненные сгрудились вокруг.
— А доктор Роббинс? — спросил Эверетт, озираясь по сторонам.
Кивнув, Ли взял Карла за руку:
— Ты гордился бы им, сынок. Он спас нас всех, самозабвенно пойдя на подвиг.
— Он не спасся?
Ли похлопал Эверетта по спине и оставил наедине со своими мыслями.
Джек позволил объятиям длиться, сколько Саре захочется. Встретившись взглядом с Найлзом Комптоном, он кивнул. Затем Сара отпустила его, еще разок крепко прижавшись напоследок.
— Мистер
— Достаточно рукопожатия, полковник, — улыбнулся Комптон.
— Похоже, мы недосчитываемся полковника Фарбо.
Все смолкли, и Джек прочел все по их глазам. Фарбо пропал, и всем от этого стало как-то не по себе. Коллинз лишь чуть кивнул, принимая их молчание как ответ. И тут на корабле Ее Величества «Лонгбоу» началась боевая тревога: выли сирены, по палубе забегали матросы. Джек приказал своим людям обеспечить безопасность детей.
В полумиле от них море вспенилось расширяющимся кругом, кипевшим и бурлившим так, будто все вокруг вот-вот взлетит на воздух.
— Господи, эта сумасшедшая все-таки справилась, поглядите-ка на это! — Ли швырнул свою трость за борт.
— Вся команда, подводный объект всплывает слева по носу! Главный калибр, товсь!
— Нет! — крикнул Коллинз, замахав руками в сторону мостика фрегата.
Взвод морских пехотинцев быстро окружил группу «Событие» и детей «Левиафана», оттеснив прочь от фальшборта.
У фрегата не было времени убраться с дороги, и он закачался от чудовищной силы, взбудоражившей поверхность моря рядом с ним. Когда же качка успокоилась, гигантские пузыри и фонтаны воды накрыли куда меньшее поверхностное судно, а затем, будто последнее чудо, доказывающее благосклонность оберегающих его морских богов, «Левиафан» медленно вознесся из глубин. Поврежденная рубка первой стряхнула с себя холодную воду и лед. А затем, ко всеобщему изумлению, показался корпус отнюдь не «Левиафана».
— Ох ты, боже мой, она справилась! — вскрикнула Вирджиния, с залитым слезами лицом обнимая сенатора Ли.
— Изумительно, просто чертовски изумительно… — только и смог пробормотать сенатор Ли.
Ненадежно пристроившись на обширном фордеке «Левиафана», лежал поврежденный корабль ВМФ США «Миссури». Нос подлодки теперь пропал напрочь, на корпусе виднелись обширные повреждения. И пока они так смотрели, на «Миссури» начали открываться люки, и подводники стали помогать раненым выбраться из ее утробы.
Увидев капитана Джефферсона и Иззерингхаузена, показавшихся из спасательного люка рубки, Джек улыбнулся. Капитан уже начал выкрикивать приказания, когда, наклонившись, заметил Коллинза. Тряхнув головой, он отдал полковнику честь и крикнул своим подчиненным, чтобы прыгали за борт. А затем, бросив последний взгляд на колоссальную боевую рубку «Левиафана», возносящуюся далеко ввысь, он снова отдал честь — теперь уже диковинному судну — и вслед за своим первым помощником спрыгнул в ледяную воду.
«Левиафан» начал проигрывать схватку с притяжением моря, понемногу уходя под воду. Тогда люк на самом верху рубки распахнулся, и из него выбрались три молодых моряка, наклонились к люку и помогли подняться капитану Александрии Эрталль.
Подбежав к перилам, Вирджиния свесилась за борт, насколько могла, глядя, как «Левиафан» медленно тонет. Шаткое равновесие «Миссури» на фордеке «Левиафана» наконец нарушилось, и она соскользнула в холодные воды, предъявившие на нее свои права.
Вирджиния Поллок рыдала в объятиях крепко державшего ее Найлза.