Левар. Властимир
Шрифт:
– Сухарь? Ты про сушку?
– Да, свёрток такой… уже забыл? Мы прятали для Маги.
– Я поищу, – не сразу отозвался он.
Глаза Лии сверкали весенней зеленью. Послышалось приветливое «КАР-Р!» из леса, и они оба повернулись посмотреть – Мага уже летела к ним.
– Я сейчас вернусь, – Левар представил себе Закуток и прыгнул обратно.
«И правда, душновато… – невольно подумал он, оглядев комнату. – Как всегда, верно подметила. Много слов ей не нужно. Нет. Одного лишь «душно» достаточно, чтобы выразить всё. Сказать не говоря.
Он шагнул к столу и после недолгих поисков вытянул из-под скамейки большой свёрток.
«Наивный», – всплыло между делом ещё одно точное слово подруги.
Левар водрузил тряпичный свёрток на стол.
«Наивный! – хмыкнул он. – И мягкий… как тряпка, а внутри чёрствый сухарь. – Левар почувствовал, как по щекам и ушам пробежал обжигающий холодок. – Прячусь тут, как этот забытый свёрток, боюсь пошевелиться, чтобы не привлечь внимание. Чтобы меня никто не вытащил и не сгрыз. Мечтаю, чтобы обо мне все забыли».
Нахлынула запоздалая обида, окатила с головой и потянула его за собой. Всё глубже. Глубже.
«Наивный».
Он вдохнул и медленно выдохнул, пытаясь успокоиться, но новые мысли уже толпились тут как тут, не оставляя шанса избавиться от них. Ноги сами шагнули к постели.
«Присяду на минуту, – подумал он. – Не могу же я появиться в таком виде, пусть пообщается спокойно с Магой. А то подумает, что я… а что я? Обижен? Да, я обижен. Пусть бы и увидела это. Да она ведь и так понимает. Кажется, она понимает побольше меня самого. Она не боится снова оказаться в лесу, хотя на неё охотятся Стражи. Она и от меня ждёт того же. Но кто я в лесу без своей силы? Чем я смогу помочь ей и семье? А вдруг я лишь наврежу им своим появлением? А вдруг, когда меня не будет, Кощей снова захватит дом и причинит людям вред? – Левар уткнулся лицом в ладони. – Что же мне делать? Как надоело постоянно думать об этом…»
Глава 3. Белый сон
– Значит, это из-за тебя Стражи так долго летели, – проворчал себе под нос Кощей. В груди кололо. Ссадины на плечах жгло. – Вот оно что.
– Да, искали меня, чтобы указать, где ты, – Валея смотрела на него с вызовом.
– Искали? – холодно уточнил он.
– Я должна была ждать их…
– Но не дождалась, ведь царевны не ждут, – скривился Кощей в усмешке.
– Я была занята.
– Чем?
– Это тебя не касается.
– Меня сейчас всё касается, если ты ещё не заметила.
– Тебя касается только то, что я должна была сделать.
– Проводить меня до дома?
– И указать где…
– Врёшь. Ты никогда не выследила бы Гнездо, и Военег это знает, – отрезал Кощей, теряя интерес к разговору: боль разлилась уже по всему телу.
– В том то и дело! – Валея попыталась встать, но, вскрикнув, снова повалилась на землю.
– Не старайся. Я тебя докину до ближайших нор, там свяжешься с родными. Поняла? – Кощей кивнул Крату и тот опустил шею к земле, чтобы хозяин смог залезть.
– Нет, –
Она медленно встала на ноги, поправила балахон и гордо выпрямилась – только сбежавшая по грязной щеке слеза выдала боль, которую она подавила.
«Упрямая пенчиха», – подумал вожак леших.
– На то и был расчёт, дурень! Я должна была стать приманкой и просить принять меня в лешихи, – выпалила она, задрав нос.
Кощей злобно оскалился.
– Забавно получается. Ну, чего же ты ждёшь? Проси.
– Нет. Я передумала, – мотнула она головой. – Лети. Обойдусь без твоей помощи. Гай вернётся за мной.
Кощей опешил.
– Что?!
– Что слышал.
– И зачем всё это было тогда?!
– Я хотела посмотреть на тебя и принять решение, – Валея растёрла рукавом грязь по щёке и оглянулась в поисках ветки, чтобы присесть.
– Ты нормальная вообще?! – Кощей попытался засмеяться, но тут же схватился за бока и прошипел: – Дура! Мы чуть не погибли!
– Не погибли же.
– Ты ненормальная, как и твой братец, – сплюнул Кощей и снова поковылял к ворону. Раны жгло.
– А ты, я смотрю, прям образцовый дуплик… – ехидно бросила Валея ему в спину. Кощей не обернулся. Раздался треск. Айкнуло. Донесся приглушенный стон.
«Не оборачивайся», – сказал он себе твёрдо.
Крат снова опустил голову к земле. Его неподвижный глаз блестел совсем рядом.
«Не смотри. Не до неё сейчас», – приказал себе Кощей, но в отражении вороньего глаза невольно заметил, что Валея снова пытается подняться.
«Не моё дело, – сжал он челюсти. – Я не знаю, что она задумала».
Он тяжело вскарабкался на Крата и взялся за его нашейный ремень. Ворон выпрямился, ожидая команды ко взлёту. Кощей глянул на фигурку, копощащуюся в стороне:
«Дикие птицы быстро её приметят, – сморщился он. – Чего смирно не лежится… вот же заноза».
Крат нетерпеливо переступил с ноги на ногу, но Кощей всё ещё медлил с командой.
«Грач не сможет её найти, – думал он. – Это невозможно. Она брешет. Упрямка. И ведь глазом не моргнула».
Он раздражённо потёр ладонями лицо. Тошнило. Во рту опять скопилась кровь. Он далеко сплюнул и приказал:
– Крат! Бери её – и домой!
Ворон неодобрительно хрипнул, но всё-таки прыгнул в сторону, хватая лапой Валею.
– Эй! – она неожиданно ловко увернулась и дёрнулась было снова, но ноги её подкосились, и лапа ворона крепко обхватила её за пояс.
– Оставь меня! Не трогай! Эй! Кощей! – билась она в когтях негодующе, но Крат уже набирал высоту.
– Я тоже не в восторге от этой идеи! – крикнул ей вожак леших и устало прибавил себе под нос: – будь уверена…
Вокруг замелькали ветки, и крики постепенно затихли, утонув в птичьих трелях и шуме листвы.
– Наконец-то… – Кощей убрал руку с виска. Голова раскалывалась. Он лежал щекой на гладких перьях и изо всех сил сдерживал снова подступающую тошноту.