Лев

Аврора Белль

Хныкающая Мина исчезла, уступая место заинтригованной Мине.

— Правда? Он так и сказал?

— Да, сказал, сегодня утром. — Он нахмурилась — Вы живете в одном доме. О чем, черт побери, вы, ребята, болтаете?

Я пожала плечами.

— Да ни о чем особо, — задумавшись, я наклонила голову. — Когда я пытаюсь завязать разговор, он становится таким странным.

Выражение лица Нас изменилось. Она говорила спокойно, но в ее тоне была слышна защита:

— Лев не виноват в этом, Мина. Просто он вот такой. Я не ожидаю, что ты поймешь, но поверь мне, он не может ничего с этим поделать, —

затем она добавила: — Не осуждай его. Он не хочет быть грубым, просто не умеет общаться.

Я моргнула пару раз от ее защитной реакции.

— Я и не осуждаю его, Нас. Просто у меня есть вопросы. Типа таких: почему он не говорит со мной о себе, и почему, черт побери, запирает нас в спальне на всю ночь.

Нас откинулась на спинку стула, широко разинув рот.

— Ты спишь с ним?

— Что? — Я покраснела и почти крикнула: — Нет! — Затем выдавила и себя смешок. — Он не доверяет мне, считает, что я могу украсть что-нибудь, поэтому сказал, что пока я в его доме, мы будем спать в одной комнате. Я сплю на кровати, а он на раскладном диване. — Казалось, это не убедило ее. Я сделала глоток воды, во рту внезапно стало сухо. — Клянусь, мы не чпокаемся, Нас. Я клянусь.

Крошечная улыбка озарила ее лицо.

— Честно, мне было бы плевать, даже если бы вы и делали это. Просто он не позволяет никому... — Она замолчала, покачала головой и внезапно улыбнулась как ненормальная. — Ты даже не представляешь как это важно, Мина. Но у нас нет на это времени, поэтому не бери в голову. — Она откашлялась и выпрямила спину. — Итак, «Искусство флирта с Нас» официально начинается. — Она подмигнула. — Записывай, крошка Мина. Женщины будут готовы убить за информацию, которую я дам тебе.

Хныкающая Мина вернулась.

— Я по-прежнему не понимаю, на фига мне все это надо знать.

Затем Нас произнесла волшебные слова:

— Гарантирую, твои чаевые увеличатся в три раза.

Ну, вот это уже завладело моим вниманием. Я внимательно слушала.

Она начала:

— Правило первое: Наклоняйся. Сократи дистанцию. Тебе следует быть близко к мужчине, с которым флиртуешь. Улыбайся и отдай все свое внимание мужчине. Не забывай смотреть в глаза. — Она наклонилась на стол и, робко улыбаясь, похлопала ресницами, прикасаясь к моей руке. — Легкие касания — не повредят, сделай вид, будто не расслышала заказ из-за музыки. Если они делают комплимент, похлопай ресничками и робко улыбнись. Мужчины любят невинных барышень.

Это казалось несложно.

— Хорошо. Это не так уж сложно запомнить.

— Никогда, и я имею в виду никогда, не говори свое имя при первом заказанном напитке. Это вынудит их возвращаться вновь и заказывать лишь, чтобы получить минутку твоего внимания, — она продолжила — Я предлагаю тебе называться себя «Цыганка», это будет, вроде как, твой псевдоним. Мужчины решат, что ты вся такая дикая и легкомысленная, и все прочее, — я закатила глаза, а она фыркнула на меня. — Эй, эти мужчины увеличивают твою зарплату.

О, ну этого она могла и не говорить. Я знала это, и была более чем благодарна, но казалось, будто мы обращаемся с этими мужчинами как с идиотами.

— Если парень дает солидные чаевые, поблагодари его, сложи деньги и засунь их в свой

лифчик прямо при нем. Этакое небольшое шоу специально для него. Если мужчина очень щедр и оставляет до смешного большие чаевые, наклонись над барной стойкой, сгреби перед его рубашки в кулак, придвинь его поближе и поцелуй в щеку, ну, очень медленно. У мужиков крышу сносит от подобного. — Я не была уверена, что когда-нибудь сделаю такое, но узнать это было полезно. Я внимательно слушала, как она объясняла искусство флирта. — Небольшое предостережение: никогда не предлагай то, что не готова отдать. Дашь им палец, и они по локоть откусят руку. Никогда не целуй клиента в губы. Он примет это как приглашение и начнет лапать тебя. — Она нахмурилась. — Это закончится плохо.

Я кивнула. Да, я могла видеть, как это плохо кончится.

Нас закончила как раз к тому времени, как прибыла наша еда.

— И на сегодняшний день достаточно, — Она улыбнулась, посмотрев на мою «Феттучини Альфредо» с авокадо. — Пора подкрепиться.

Я ела с удовольствием, а они захихикала, когда я простонала от великолепного вкуса еды. Когда мы закончили, я выдохнула и потерла живот.

— О боже, я объелась. — Затем рассмеялась. — Никогда не думала, что скажу такое.

Она улыбнулась и кивнула на меня.

— Ты выглядишь намного лучше.

Я гордо потерла живот.

— Уже набрала пару килограммов за неделю. — Нас сжала губки, будто была впечатлена. — Осталось еще килограммов восемь, чтобы прийти к моему обычному весу.

Ее искренняя улыбка согрела меня.

— Мы добьемся этого, Мина.

Она сказала это так, будто мы были командой. Как будто она будет следить за мной. Как будто мы были больше, чем просто коллеги. Как будто мы были друзьями.

Осознание этого ударило мне прямо в грудь. Я ценила дружбу, тем более у меня так давно не было друзей. Я поняла, что больше не была одинока, и никто не сможет понять, какой это шок для меня. Большинство принимают дружбу как само собой разумеющееся.

Я никогда не буду. Всем сердце поклялась я.

***

Пришла суббота и, понимая, что буду прислуживать восьми шумным мужчинам, я оделась соответственно.

Я напялила обтягивающие джинсы, белую блузку в цыганском стиле, которая показывала немного кожи моего живота, и белые сандалии на завязках и сплошной подошве. Блузка была из тонкого хлопка с длинными рукавами и вышитыми голубыми цветами. Нас дала мне повязку на голову, которую она купила, но ни разу не надевала. Она сказала, что это называется «богемный шик».

Я не знала, что подразумевают под «богемный шик», но Нас поклялась, что это завершит мой цыганский образ.

Повязка прошла посередине моего лба и дальше вниз по краям голов. Она была сделана из тонкой серебряной цепочки, а еще одна цепочка спускалась вниз по лбу, затем приподнималась, и крошечные монетки висели над каждой моей бровью. Монетки тихо позвякивали и немного отвлекали, но когда я посмотрела на себя в зеркало, это не выглядела смехотворно, как я думала.

Нас сказала нанести на мои длинные ресницы три слоя туши и закончить образ красной помадой, которую дала мне.