Летний рыцарь
Шрифт:
– Зачем звать его Грумом? – я перевел взгляд обратно на огра. – Вы можете сбросить чары, Лорд-Маршал. В них больше нет никакого смысла.
Лицо огра перекосилось от удивления.
Я презрительно покосился на темного единорога.
– И ты, Коррик, кстати, тоже.
Огр и единорог разом повернулись к Авроре. Младшая Королева кивнула, так и не спуская с меня глаз. Форма огра странно расплылась, исказилась, и приобрела черты Талоса, дворянина-сидхе из Аврориного пентхауза в «Ротшильде». Светлые волосы его были собраны
Одновременно с этим единорог встрепенулся и превратился в массивную тушу кентавра Коррика, тоже одетого в доспехи. Он топнул массивным копытом, но промолчал.
Аврора, хмурясь, обошла меня кругом.
– Давно ли ты догадался, чародей?
Я пожал плечами.
– Не очень. До меня начало доходить на обратном пути из домика Матери Зимы. Ну, стоило мне понять, с чего начинать, и все остальное было уже делом техники.
– У нас нет времени на разговоры, – буркнул Слейт и сплюнул на землю.
– Если он догадался, значит, могут и другие, – терпеливо возразила Аврора. – Нам нужно знать, ждать ли нам других противников. Скажи мне, чародей, как ты все это вычислил?
– Убирайтесь к черту, – огрызнулся я.
Аврора повернулась к последней из присутствующих.
– Его как-нибудь можно урезонить? – спросила она.
Элейн стояла чуть в стороне от остальных, повернувшись к ним спиной. На земле у ее ног стояла моя сумка и лежали мои жезл с посохом. К ее наряду добавилась изумрудно-зеленая накидка, что почему-то смотрелось вполне естественно. Она покосилась на Аврору, потом на меня, и быстро отвела взгляд.
– Вы ведь уже сказали ему, что собираетесь убить его. Он не будет помогать нам.
Аврора покачала головой.
– Новые жертвы... Мне жаль, что ты вынуждаешь меня поступать так, чародей.
Она взмахнула рукой. Какая-то невидимая сила дернула меня за подбородок, развернув лицом к ней. Глаза ее вспыхнули, расцвели всеми цветами радуги, и я ощутил ее рассудок, ее волю, прорывающиеся сквозь выставленную мною защиту внутрь меня. Я потерял равновесие, пошатнулся и беспомощно привалился спиной к невидимой стене, которой она меня окружила. Я пытался сопротивляться, но это было все равно что гнать воду вверх по склону: не за что зацепиться, не на чем сфокусироваться. Она играла на своем поле, заковав меня в круг своей власти. Она втекла в меня сквозь глаза, и все, что мне оставалось – это любоваться мельтешащими как в калейдоскопе красками.
– Ну, – сказала она, и голоса слаще и нежнее я в жизни не слышал. – Что знаешь ты о смерти Летнего Рыцаря?
– За ней стояли вы, – услышал я собственный, чуть заплетающийся голос. – Вы и приказали его убить.
– Как?
– Ллойд Слейт. Он ненавидит Мэйв. Вы завербовали его себе в помощники. Элейн провела его в дом Ройеля через Небывальщину. Он бился с Ройелем. Вот откуда на ступенях
– А его энергетическая мантия?
– Переадресована, – пробормотал я. – Вы забрали ее и поместили в другого человека.
– В кого?
– В девушку-подкидыша, – ответил я. – В Лилию. Вы дали ей мантию и сразу же превратили в камень. В ту статую у вас в саду. Она стояла прямо у меня перед глазами.
– Отлично, – сказала Аврора, и эта негромкая похвала больно резанула мне сердце. Я сделал еще попытку вернуть свои чувства, вырваться из сияющей тюрьмы ее зеленых глаз. – Что еще?
– Вы наняли вурдалака. Тигрицу. Вы натравили ее до меня даже раньше, чем Мэб говорила со мной.
– Я не знакома ни с какими вурдалаками. Ты ошибаешься, чародей. Я не нанимаю убийц. Продолжай.
– Вы подставили меня прежде, чем я явился допрашивать вас.
– Каким образом? – настаивала Аврора.
– Должно быть, Мэйв приказала Слейту убрать Элейн. Он сделал вид, будто пытался и потерпел неудачу, но Элейн разыграла это натуральнее. Вы помогли ей имитировать ранение.
– Зачем мне было делать это?
– Чтобы отвлечь меня. Чтобы, говоря с вами, я думал о другом и не смог бы загнать вас в угол верным вопросом. Вы и нападали на меня именно за этим. Убеждали меня в том, в какого монстра я превратился. Только для того, чтобы лишить меня равновесия, чтобы избежать опасных вопросов.
– Да, – кивнула Аврора. – А после?
– Вы решили убрать меня. Вы послали Талоса, Элейн и Слейта убить меня. И вы же соорудили это страшилище в торговом центре.
Слейт шагнул ко мне.
– Вот ужас, – буркнул он. – Он не производил впечатление такого уж умного.
– И все же он всего лишь следовал логике. Ну еще, конечно, сыграли свою роль знания, полученные им от Королев и Матерей. Но соединил их воедино он сам, – взгляд ее переместился с меня дальше, на Элейн. Я попытался опустить глаза, но мне это не удалось.
– Замечательно, – прокомментировал Слейт. – Никого не забыл. Так мы можем, наконец, убить этого юного умника, или нет?
Аврора предостерегающе подняла руку и снова повернулась ко мне.
– Тебе известна моя следующая цель?
– Вы знаете, что если бы попытались завладеть мантией Летнего Рыцаря, Мать Зима воспользовалась бы Расклятием, чтобы высвободить ее и восстановить равновесие. Поэтому вы выждали, пока она даст Расклятье мне. Теперь вы возьмете ее, а также изваяние Лилии. Во время битвы вы отнесете его к Каменному Столу. Вы воспользуетесь Расклятием, освободите Лилию от чар и убьете ее на Каменном Столе сразу после полуночи. Энергия Летнего Рыцаря навсегда перейдет к Зимним. Вы хотите уничтожить равновесие сил в Феерии – зачем, я не знаю.