Летний дождь
Шрифт:
— Да, пожалуй, и восьми хватит, а потом курсы. Что — мечтаешь?
— Спрашиваете!
— Шестой маршрут отправляется! — сказала диспетчер.
— Ну, иди ко мне! — позвал парень в кабину Саньку и задвинул дверь. — Стой, смотри и не мешай!
О таком везении Санька просто не мечтал! Отсюда казалось, что рельсы сами стремительно бегут под вагон, подвластные ему, машины справа и слева замирают, пропуская трамвай. А водитель громко объявляет:
— Подъезжаем к остановке Комсомольская! Направо магазин «Одежда», налево магазин «Книги». Между прочим, именно в этом магазине, и только,
Санька слушал, раскрыв рот от удивления. И конечно, забыл про Галину Васильевну. Сколько он ни ездил, а такого водителя не встречал.
Всю дорогу водитель о чем-нибудь рассказывал пассажирам. В каком доме собирались большевики в 1905-м и в 1917-м. Какой дом каким купцом или другим богатеем строился. В каком доме и когда останавливались знаменитые артисты или писатели.
— С тобой интересно! — сказал Санька. — И откуда только ты все знаешь?
— Почитываем кое-что! — засмеялся парень, — Ты любишь читать?
— Не-а! — сознался Санька, и ему впервые стало стыдно. Он уже приготовился выслушать то, что не раз выслушивал от отца, от учительницы: мол, как же это можно — не читать в наше время?
Но водитель сказал:
— Ничего. Еще пристрастишься. Не дорос еще. Я тоже долго не мог начать. А уж как начал, так… Следующая остановка — Быткомбинат «Рассвет»! Товарищи, довожу до вашего сведения: в быткомбинате «Рассвет» вы можете сшить одежду, заказать обувь, починить часы, электроприборы, постричься, побриться, причесаться. К вашим услугам — маникюр, педикюр, массаж. Женщинам рекомендую обратиться к мастеру-парикмахеру Самохвалову. Он хоть и Самохвалов, но человек весьма скромный и настоящий художник. Товарищи мужчины! Если вы хотите иметь костюм, а не то, что недавно демонстрировал по телевидению Райкин, рекомендую обратиться к закройщику Гаврилову. Следующая остановка — ТЮЗ! Тебя как звать? — спросил он между делом Саньку.
— Санька.
— А меня Ванька! Почти тезки! Остановка ТЮЗ! Товарищи, в эти дни в Театре юного зрителя премьера! В главных ролях артисты Зуева и Сапожников. Недавно он снялся в кинофильме «Возмездие», киностудия Мосфильм! Спешите посетить Театр юного зрителя!
Вот это была поездка! Ваня-водитель все рассказывал, рассказывал пассажирам про город, про разные новости. И пассажиры улыбались и не толкались и не ссорились в вагоне. Некоторые просили у Вани такую книгу, в которую можно записать благодарность водителю. Книги такой у Вани не было. А зато было много талонов, и Санька помогал ему их продавать.
— Ну, Санька, все, приехали! Отработал ты со мной всю смену — дома, наверно, потеряли.
И Санька опять обрадовался: ему давно хотелось посмотреть, как там внутри, в этом зеленом домике — диспетчерской. Оказалось — все очень просто и знакомо: коридор с круглой черной голландкой посередине и две двери, направо да налево.
Ваня вошел в дверь налево, а из правой вышли две женщины. В одной из них Санька сразу же узнал ту тетеньку, позвавшую милиционера. Он отвернулся от нее и прижался щекой к теплой голландке. Но тетенька успела рассмотреть его. Она остановилась вдруг и спросила ту, другую:
— Постойте — а не этот ли парнишка?
И они обе обошли Саньку и давай рассматривать его во все глаза. Санька покраснел: что это они? «Наверно, всем рассказывает, как милиционеру меня сдала», — подумал он.
— Кажется, этот, — неуверенно сказала та, другая тетенька.
— Я так и думала! — вздохнула водитель. — Доездился! Я уже давно его приметила: без конца по городу мотается! И куда родители смотрят?
— В чем дело? — вмешался Ваня. — Этот пацан со мной, погреться зашел…
— Сегодня с тобой, а вчера со мной, — сказала водитель. — Вчера, правда, я его не видела, да за всеми не усмотришь. Вот вытянул у гражданки кошелек. Приехала к нам узнать, чудачка, не сдал ли кто…
— Не кошелек — косметичка, на кошелек похожая. Там ничего особенного не было… не искала бы я ее… Но в ней абонемент на «Библиотеку приключений»… Он все вертелся, вертелся около меня… Потом одна старушка сказала, что видела у него в руках косметичку, коричневая такая, замшевая… на кошелек похожа…
— Отдай-ка, парень, по добру, — сказала строго вагоновожатая. — Я ведь тебя уже раз сдавала в милицию!
— Да не брал я ничего! Никакой замшевой, — дошло до Саньки, в чем его обвиняют. — И не катался на трамваях давным-давно! Ваня, не брал я!
— Был у меня такой приятель! — сказал женщинам Ваня. — Катал его недавно в кабине. А он раз — сгреб всю кассу да наутек! Едва успел поймать. Больше не показывается. А этот — нет, Санька не возьмет! Поехали!
Санька с радостью шагнул за ним, но вагоновожатая крепко схватила его за руку!
— Нет уж, подожди-ка!
— Разберутся! — подбодрил Саньку Ваня. — Жди меня тут!
— А может, я ошибаюсь, может, это не он, — робко бормотала пострадавшая.
— Дядя Миша! Зайдите в диспетчерскую! Шестой маршрут отправляется! Дядя Миша! Зайдите в диспетчерскую! — услышал Санька голос диспетчера, и ему стало так страшно и обидно.
Дядя Миша, их участковый милиционер, выслушал женщин и тихо сказал Саньке:
— Пошли. И вы, — обратился он к той, потерявшей коричневую замшевую косметичку, — уж потрудитесь, пройдемте с нами. Дома разберемся, что мальчишку тут выставлять…
Санька заплакал.
А дома он не сводил глаз с нарисованного отцом мальчишки, который сидел за своим нарисованным столом и прилежно выполнял задания, равнодушный к тому, что творилось сейчас с Санькой.
— Не брал он, не брал, — плакала мать.
Отец сидел, обхватив голову руками и покачиваясь из стороны в сторону, как от большого горя.