Летние каникулы
Шрифт:
Высокий столб дыма впереди.
Сломанный шлагбаум и бегущий в ту сторону охранники из будки.
На месте ворот, которые я так пристально разглядывал буквально десять минут назад огромная воронка. Рядом остатки первого грузовика, который, видимо и нес в себе вышибной заряд взрывчатки.
На траве, рядом со снесенным взрывом забором видны следы от колес. Это оставшиеся грузовики проехали во внутрь охраняемой зоны.
Едем по их следам и снова тугая ударная волна катком прошлась по округе, загнула деревья и кусты, впечаталась в наш джип,
БАААААХХХХ.
На этот раз звук взрыва долетел почти сразу. Это бахнул второй грузовик. Судя по всему, он врезался в укреплённый вход в резиденцию, что находится в сотне метров от ворот.
С небес посыпались обломки, куски штукатруки, горящие деревяшки. Застучали по крыше машины, приличная каменюка упала на капот. Водила с испугу нажал на тормоз, вновь заставив нас дернутся вперед.
— Да гони ты вперед! — в третий раз ору на него.
Я уже вижу разрушенный вход, горящие, искорёженные останки второго грузовика, и стоящий рядом третий. Рядом лежат трупы одетые в черные, строгие костюмы.
С визгом тормозов, нашу машину заносит на стоянку, джип идет юзом, из под колес валит дым и как только скорость уменьшилась до приемлемого уровня, я, выскакиваю из тачки.
Мгновенно извлекаю из ячейки дробовик, и через прицел осматриваю местность.
Чисто.
Поворот налево.
Чисто.
Заглядываю в единственный целый грузовик. Он, как и ожидалось, пуст.
Быстро осматриваю трупы — все они местные охранники. Все с оружием в руках. А где трупы нападавших? Не поверю, что обученная охрана ни разу в них не попала.
Сзади спину прикрывает губернатор. В его руках вороненым стволом блестит беретта. С его профессией, таскать автомат нет никакой необходимости, поэтому он обошелся пистолетом.
Бежим в здание. Оттуда слышны громкие одиночные хлопки прерываемые стрекотанием выстрелов из чего-то скорострельного.
Пробираемся мимо разрушенных бетонных колонн обхватом в три меня. Они, скорее всего были поставлены здесь как раз для таких целей- усиление конструкции, предотвращение прорыва тяжелой техники и устойчивости здания при взрывах. И могу с уверенностью сказать, что инженеры не зря ели свой хлеб — после этих колонн, характер разрушений существенно изменился.
Да, по стенам струились трещины, часть дверей оказались сорваны с петель, оконные рамы и люстры разбиты в хлам. Но стены стоят, потолок не рухнул и в целом все смотрится уже совсем не плохо.
Запинаюсь еще об два трупа охраны. Они буквально изрешечены пулями. Легкие бронежилеты, скрытые под пиджаками, не спасли их.
Выстрелы становятся все ближе, и за ближайшим поворотом мы выходим в тыл к нападавшим.
Их не так много, всего три человека, которые беспрерывно палят из небольших пистолетов-пулеметов в сторону импровизированной баррикады, за которой укрылись охранники.
Не медля делаю три точных выстрела, заставляя замолчать их оружие. Тела, одетые в серые, мешковатые одежды, сейчас забрызганные кровью, получив заряд картечи
Правда, ненадолго. Спустя секунду, они начинают шевелится, резко разворачиваются из положения лежа, выпуская в нас очереди.
Ныряю за стену.
Твою мать! Это что такое? Броников на них точно не было — я видел, как окрасились кровью места попаданий.
У меня только один ответ на этот вопрос.
Единство.
Эта секта решила изменить правила игры, и задумала убить президента России, в очередной раз перемешав все карты на политической арене.
А может и не убить. А обратить в свою секту.
Я похолодел от этой мысли. Случись это и мир обречен.
Значит им надо помешать. Любым способом. Включая и… Даже про себя я не смог закончить свою мысль.
Резко, на боевых инстинктах выскакиваю в коридор. Замечаю шевеление ствола у противника и предвидя его действия замедляюсь, меняю траекторию движения. Пока мое тело и ноги совершают маневр уклонения, мои руки живут своей жизнью и с помощью развитых мышц-стабилизаторов наводят ствол дробовика на ближайшего врага. Маленький кружок прицела замирает на его лбу и я жму спусковой крючок.
Скорость максимум. Мощность максимум.
БААХ
Его бошку срезает.
Все что находится выше верхней губы, перестает существовать.
Осколки костей черепа вперемешку с мозговой тканью и кожей хлещут по его напарникам, неосмотрительно отвернувшимися от меня, и стрелявшими в охрану. Мёртвое тело (окончательно мертвое) еще падает, когда я делаю второй выстрел. В другого сектанта, почуявшего что-то неладное,и пытающегося развернуться.
Поздно.
БААХ
Я не менял настройки выстрела. Но поднять ствол на уровень его головы не успевал, уж слишком быстро тот разворачивался, а получить очередь девятимиллиметровых пуль очень не хотелось. Поэтому мой выстрел пришелся врагу в грудь. В район сердца.
Разогнанные до трех скоростей звука картечины просто выломали сектанту половину грудной клетки. В нем образовалась дыра размером с футбольный мяч из которой сразу же полилась красная, густая жидкость.
Банг-банг.
Раздается над моим ухом.
Это губернатор не выдержав, вступил в бой, хотя имел мои четкие указания вмешиваться только в самом крайнем случае. Слишком ценная он фигура, чтобы по глупому погибать в бою. Его навыки выживания далеко не такие впечатляющие как у меня.
Две пули из пистолета, роняют последнего сектанта на пол, и по нему тут же прилетает несколько выстрелов от охранников. Я вижу как дергается его тело, когда злые свинцовые заряды впиваются в него. Но этого мало. Этого недостаточно.
Несмотря на множество попаданий враг начинает вставать. Руки упрямо толкают тело вверх, голова поворачивается в нашу сторону. В ней одного глаза, кожа со щеки содрана вместе с мышцами, отчего кажется что сектант осклабился, из дырки вместо левого уха вытекает сукровица, но он упорно встает.