Летнее королевство
Шрифт:
— Фромм. В двух милях отсюда сливается с Мор Хафреном. Господин, примерно в двенадцати милях к востоку отсюда есть римская дорога...
— Я не знаю здешних земель. Далеко до жилья?
— Нет, совсем недалеко. — Горонви сделал паузу. — Баддон почти рядом. А там, между прочим, сильный лорд с большим отрядом…
Всадник горько улыбнулся.
— Я же не разбойник, зачем стращать меня королями и отрядами. — Он смотрел на нас, задумавшись. — Как тебя зовут, парень?
Горонви потер запястье, посмотрел на волов, снова опасливо взглянул на меч.
— Горонви ап Кинидд, — наконец признался он.
— Хорошо. А ты? — незнакомец посмотрел на меня.
— Рис ап Сион, — ответил я. Наверное, мы зря назвали свои имена, но как тут
— Ну что же, Горонви, сын Кинидда, и Рис, сын Сиона, раз уж мы встретились, попрошу у вас помощи. Мне и моему коню нужен ночлег. Далеко ли до вашего дома?
— Милорд, у нас же бедное хозяйство… — начал Горонви, но вранье давалось ему нелегко. Все-таки наш клан — один из самых богатых в Мор Хафрене.
— Я могу заплатить за постой. — Видно было, что всадник очень устал. — Так далеко ли до дома?
— Три мили, — тихо сказал я. Горонви так и впился в меня взглядом. — И не настолько мы бедные, господин, чтобы забыть долг гостеприимства. — Горонви наступил мне на ногу, но я и без его подсказок принял решение. Мы развернули волов, а незнакомец неторопливо поехал за нами. Меч он так и не убрал в ножны. Рукоять сверкала золотом, а в навершии красновато тлел драгоценный камень.
Я смотрел на этот драгоценный камень и гадал, что будет дальше. Возможно, он все-таки разбойник, вот только не бывает у разбойников такого оружия и таких коней. Скорее, он — воин из какого-то отряда, может быть, даже служит нашему королю Констанцию Думнонскому, или еще какому-нибудь королю Британии. Если он человек Констанция, то, наверное, и вправду заплатит за постой, ну а если нет… тогда это хуже, чем разбойник. Он, вероятно, оставил бы нас в покое и, возможно, даже заплатил бы нам, но если бы он служил кому-то другому, он был бы хуже, чем бандит. Он сказал: «Я могу заплатить», но заплатит ли на самом деле, неизвестно. Впрочем, в клане хватает крепких мужчин, чтобы справиться с одним воином, пусть даже вооруженным. Это если он все же человек… Да нет, человек, конечно. Он же не пытался убить нас и отнять нашу телегу с волами. Ему действительно просто нужен отдых. Может, это гонец, выполняет какое-нибудь важное поручение своего клана, да вот сбился с дороги… Правда, могло статься и так, что мы встретили какого-нибудь знатного воина, объявленного вне закона. Или не воина?.. Ладно. Захочет, сам скажет. Мною овладело детское любопытство. А я-то думал, что уже перерос это вполне естественное чувство. Но уж больно здорово выглядел его меч, и золото блестело так заманчиво…
— Господин, а какая дорога тебе завтра понадобится? — Другого способа выяснить его намерения мне не пришло в голову.
Я без страха выдержал его внимательный взгляд. Путник махнул рукой.
— Это неважно, — устало проговорил он.
— Как же «неважно», господин? Мы тут все дороги в окрестностях знаем. Ты, главное, скажи, куда тебе надо. — Горонви опять пнул меня ногой. Вслух он не стал ничего говорить, но всем своим видом показывал, что ему не нравится моя болтовня.
— Дороги для меня не имеют значения.
— Для тебя, может, и нет, а вот для твоей лошади это наверняка важно. — Я злился на Горонви за то, что он меня без конца пинает. — Я же помочь хочу. Лошади же удобнее идти по дороге…
Он холодно посмотрел на меня, затем перевел взгляд на изогнутую белую шею своего жеребца, похлопал зверя по шее, а тот в ответ дернул ушами.
— Моей лошади хватит сил для боя, — многозначительно произнес всадник и посмотрел на меня испытующе.
Я-то был уверен, что о лошади он заботится чуть ли не больше, чем о себе.
— Ладно, Рис ап Сион, раз ты так беспокоишься о моей лошади, подскажи, какая дорога придется ей по вкусу.
— Есть римская дорога, та, что из Баддона в Инис-Витрин, мимо Камланна, —
Он снова улыбнулся своей горьковатой улыбкой.
— Мой лорд — Пендрагон.
Горонви аж задохнулся от такого ответа. Пендрагон у нас Артур ап Утер, «Император Британии», как раньше говорили. У него лучшее войско во всех западных землях. И двух лет не прошло, как Пендрагон остановил саксонские орды, а потом разбил их в великой битве при Баддоне. С того времени некоторые члены его знаменитого Братства вернулись в свои земли, некоторых король отрядил для борьбы с бандитами, которых немерено развелось на западе, а некоторые отправились в Галлию помогать тамошним союзникам Артура. Однако довольно их осталось и в Камланне с Императором. Все воины Братства славились высоким происхождением, так что свободно говорили с любыми королями Острова, следили за выплатой дани Артуру, как Верховному Королю. Некоторые из них и сами правили своими королевствами. Вот уж никак не ожидал, что встречу одного из них на нашей земле, да еще в середине зимы. Ведь первое, что мне пришло в голову, когда я его увидел, — вот герой из баллады. А если он и впрямь из Братства Артура, то так оно и есть.
— Тогда тебе великий почет, господин, — сказал я. — Не сочти за дерзость мои расспросы…
— Значит, ты не винишь Пендрагона за то, что он поднял налоги? — Всадник пристально посмотрел на меня.
— Конечно, нет, милорд! — воскликнул я. — Как можно? Ведь Император избавил нас от саксов!
Вот теперь он улыбался уже повеселее.
— Если ты действительно человек Пендрагона, что тебе понадобилось в наших краях? — Горонви от волнения говорил требовательным тоном, то и дело поглядывая на меня, словно в поисках поддержки.
— А вот это тебя не касается, парень. — Воин снова стал холодным и гордым. — Занимайся своим волами. — Всадник отвернулся и всматривался в дорогу впереди.
Про себя я подосадовал на Горонви и с удовольствием пнул его в ответ. Он опять насторожил воина в тот момент, когда тот уже немного расслабился. Про волов он сказал только для Горонви. Вот так-то лучше. В конце концов, ведь это мой отец — глава клана, а не отец Горонви. А мой отец поддерживал Императора, пусть и не во всем одобрял его указы. Мы обязательно должны принять воина потеплее, может, тогда он разговорится, а мне страсть как хотелось послушать его. Как любому мальчишке, мне было интересно все, что касалось Братства Артура, его сражений, его борьбы с варварской тьмой. Конечно, я пока не понимал разницы между балладами и настоящей жизнью, которую ведут суровые мужчины, которых так ценят короли. Понятно, что я — фермер, член фермерского клана, и мне не по чину интересоваться делами, которые меня не касаются. Но интересно же! Одно время я даже хотел стать воином. Но воины обучаются своему ремеслу с детства, а в четырнадцать многие из них уже сражаются наравне со старшими. Правда, и живут они недолго. Двадцатилетний воин — уже редкость. Но, может, жизнь, проведенная в сражениях и подвигах, стоит ранней смерти? Нет, наверное, пусть лучше ничего не рассказывает. У меня и так хватает проблем с моими желаниями. Незачем будить старых демонов. Все-таки мне уже двадцать один год, старость еще далеко, но в моем возрасте уже не до детских фантазий.
Три мили до дома мы проехали молча. Солнце зашло в облаках, на небе проглянули первые звезды. Холодный ветер дул в лицо, выбивая слезы из-под век. Воин плотнее закутался в плащ и, наконец, вложил меч в ножны. Я заметил, что он пользуется только одной рукой. Когда мы добрались до первых построек, зубы у меня выстукивали мелкую дробь. Но до тепла и еды оставалось совсем немного. Я выпрыгнул из телеги возле дома моей семьи и велел Горонви подождать. Он, конечно, согласился, но ворчал при этом и с недоверием поглядывал на нашего спутника. Незнакомец просто остановил коня и стал смотреть на дверь дома.