Лестница в небо. Том 2

Laaren

Красноречие явно покинуло Наруто. Ну конечно, перед ним ведь не жестокий и кровавый враг, которого нужно обязательно убедить, что он хороший, и не Саске, которого надо обязательно вернуть в деревню, да и не какое-нибудь там гипотетическое рогатое чудище с клыками, смахивающее на изрядно отожравшегося красного орангутана... А всего лишь его собственный брат. Вот был бы я всеми вышеперечисленными - он бы и для меня пару добрых слов нашел... Тьфу, зла не хватает.

– Так вот ты какой, Айдо...
–

донеслось от кресла и я вздрогнул. Ками, мы даже думаем одинаково... нет и нет!
– Всегда хотел посмотреть на тебя... своими глазами!

Теперь вздрогнула Конан, так, что даже плащ не смог скрыть этого движения, а Нагато продолжил:

– Что же до 'существа'... Не тебе упрекать меня в этом! В этой битве по количеству убитых мы одинаковы! Ну что, теперь ты, наконец, ощутил мою боль?

Он говорил спокойно и как-то устало, но тем не менее отчетливо - даже кашель, кажется, отступил. Наруто стремительно обернулся ко мне:

– Айдо, что это значит?

Я промолчал, не отводя взгляд от скелета в кресле, но объяснения пришли с неожиданной стороны:

– Это так, Наруто-кун. Пейн не пользовался ничем, кроме своих небесных техник, а Айдо-кун... Именно он почти сжег тело Пейна. А вместе с ним и...

Я покосился в сторону звука. На плече Наруто мелькнуло что-то сине-белое и продолговатое, выставив в мою сторону две пары рожек.

Наруто вскинулся было, но нежный голосок с его плеча продолжил:

– Именно Айдо-кун задержал Девятихвостого и сражался с Пейном. И спас Хинату. Она уже пришла в себя.

И Наруто резко погас...

Нагато тем временем продолжил:

– Ну что, Айдо, теперь ты чувствуешь, каково это - жить с болью? Хочешь, чтобы она прекратилась? Тогда помоги мне! Ты, как и я, совершил невозможное - нашел где-то десятого. Мы ведь одинаковы!

Несколько секунд стояла тишина, за время которой в нас уперлись непонимающие взгляды Наруто и Конан: 'О чем это вы? Не понимаю'. А затем я... вздохнул.

– Нагато, я ведь тоже учился у Джирайи-сенсея. Пусть и очень мало, но главное я усвоил. Пусть он махровый идеалист, но он, как я теперь понимаю, знает... Знает цену.

– Знал, - почти само по себе вырвалось у Наруто, но я не остановился.

– Что же до того, что мы похожи... Нагато, ты даже не представляешь, насколько. Но, несмотря на это, сегодня ты умрешь.

Настоящий Пейн посмотрел на меня и попытался было усмехнуться, но я продолжал смотреть на него и усмешка погасла.

– Да, умрешь. Так или иначе. Это будет

моей платой за все, что я совершил, и, надеюсь, этого взноса будет достаточно, чтобы продолжить... А пока я хочу кое что спросить. Джирайя рассказал мне, что ты умеешь воскрешать, - Конан беззвучно прошептала 'Когда он?..' - Да я и сам видел - в памяти... их всех. Поэтому у меня всего лишь один вопрос: когда умер твой друг, тот, кто был тебе ближе брата, тот, кто был рядом с тобой, тот, кто дал тебе мечту, тот, кого ты не смог отпустить, сделав своей куклой - какого хрена ты его не воскресил, хотя его тело в полной сохранности?! Какого хрена ты не вернул его?!

Последние слова я просто проорал. В этом вопле выплеснулось все - и боль, которую мне вновь причинила встреча с моей мертвой мамой, и цель, которая обернулась пшиком, и все, что оставили во мне умирающие в расплавленном камне и под обвалом... и взгляд Наруто, в первый миг после того, как он узнал о моих 'подвигах'... Думаю, если бы написать, что, что я крикнул - для выражения всего, что я чувствовал не хватило бы и целой строки восклицательных знаков. Но, как ни странно - стало гораздо легче. Может, девчонки со своими истериками в чем-то правы?

Успокоившись, я положил тело, которое все еще держал, на землю и откинул с его лица угол драного плаща. Все железные штыри, торчащие в самых странных местах Яхико, уже вытащили, видимо - сам Наруто, когда приложил тело Разенганом, и труп уже ничем не напоминал Пейна. Скорее просто очень сильно измученного человека, который наконец получил заслуженный отдых...

Я сделал шаг назад, но на меня никто не обратил внимания. Нагато уставился на тело своего друга так, как будто видел его впервые и не проходил в нем, как в старом костюме, двадцать лет.

– Почему?.. Почему я... не вернул?!.
– наконец прохрипел он и задергался в кресле. Конан бросилась к нему, но наткнулась на отрицательный взмах головой. Нагато продолжал смотреть.

– Да, почему?
– проговорил я. Мне никто не ответил и я продолжил: - Не можешь ответить? Тогда я отвечу за тебя!

– Нет!..
– проскрежетал Нагато и поднял на меня глаза. В серо-фиолетовых издевательствах над здравым смыслом плескалась такая боль, что я на мгновение онемел. Но было поздно - цена должна быть уплачена до конца. Всеми нами...

– Да, Нагато. Я знаю. Ты не вернул его потому, что после его смерти ты забрал его мечту. Ты сам так сказал. Ты пуст, Нагато, и все, что у тебя есть - лишь чужие мечты и желания. Именно поэтому ты и не стал хоронить своего лучшего друга. Ты боялся, что, если отпустишь его - вместе с ним уйдет и его мечта, оставив тебе только пустоту и боль потери. И не вернул ты его по этой же причине. Мечта осталась бы Яхико, а с тобой - только проклятия всех тех, кого ты убил. И с каждым днем, с каждым месяцем, с каждым годом ты был все дальше и дальше от мечты, которой заслонялся от правды! Тебе никогда не вернуть Яхико!