Лестница героев
Шрифт:
– Мм… Ты знаешь, а ведь я так и не знаю, как зовут тебя самого.
– Действительно, – доверчиво улыбнулся мальчик. – Меня зовут Тайрек.
– Тайрек?… – вопросительно произнес незнакомец, ожидая продолжения.
– Эр Трада, – поспешил исправиться мальчик. – Мое полное имя – Тайрек эр Трада.
– Очень
– На улице Ночного Ветра, это всего в паре кварталов отсюда, – махнул Тайрек рукой, указывая направление.
– Что ж, спасибо, – поблагодарил его незнакомец и весь как-то подобрался, словно внезапно куда-то заспешил. – Ты мне очень помог.
– Правда? – удивился мальчик.
– Конечно. Если бы не ты, я бы никогда не попробовал самые вкусные шоколадные конфеты в городе.
Только дойдя до рынка, Тайрек понял, что так и не узнал имени незнакомца. Впрочем, какая разница? Когда случаются чудеса, вовсе не обязательно знать, кто именно за ними стоит; нужно просто принимать их с благодарностью.
Тайрек расплылся в улыбке. А уж как обрадуется Ида, когда он угостит ее трюфелем!
То, что случилось что-то нехорошее, Тайрек понял, едва только повернул на свою улицу. Все выглядело точно так же, как обычно, но непонятно откуда взявшееся предчувствие беды не проходило. Напротив, оно только усилилось, когда Тайрек увидел, что дверь в их апартаменты приоткрыта… и когда понял, что изнутри не доносится привычного щебета Иды.
– Папа? Мама? – позвал Тайрек, осторожно приоткрывая дверь и боясь, что ему никто не ответит.
Но ему ответили.
– Твою семью перевезли в безопасное место, Тайрек, – услышал он мужской голос, который показался мальчику смутно знакомым, и в кухонном проеме появился высокий темный силуэт.
Свет падал из-за спины, и Тайрек, как ни старался, не мог разглядеть лица незнакомца.
– В какое такое место? – спросил он дрожащим голосом.
– На родину твоей матери… На Третий континент.
Тайрек не сразу понял, что раздавшийся совсем рядом стеклянный грохот издала бутылка молока, которая разбилась, когда сумка с продуктами выпала у него из рук.
– Какую еще родину? – растерянно прошептал он.
– Тайрек, не глупи. Твоя мать – тайный агент Третьего континента.
Тайрек покачал головой, отказываясь верить в услышанное. Нет… Не может быть!
А незнакомец продолжал говорить, то ли не замечая, что каждое его слово все больше разрушает мир Тайрека, то ли просто не обращая на это внимания.
– Она находилась здесь на задании: произвести на свет ребенка – урожденного гражданина Арамантиды, который впоследствии сможет пройти любую проверку и проникнуть в любое учреждение Империи. Тебя.
У Тайрека внезапно пересохло в горле. Слова незнакомца не до конца проникали в его сознание, сейчас мальчика больше всего на свете интересовало лишь одно.
– Я их еще увижу?
– Обязательно, – заверил незнакомец. – Если будешь хорошо на нас работать, то обязательно увидишь! Но тебе придется как следует постараться и делать все, что тебе говорят. Иначе…
Тайрек ощутил странное головокружение, стены родного дома словно расплылись и отступили на задний план, а пустота вокруг наполнилась постепенно нарастающим звоном, который поглощал все вокруг.
В этом потерявшем четкость мире Тайрек увидел, как к нему приблизился темный силуэт незнакомца и прямо перед глазами появилась рука, а на ней – перстень, который подмигнул ему зеленым камнем…
Тайрек открыл глаза и резко сел, ощущая, как часто бьется сердце. Сделал несколько ровных глубоких вдохов, стараясь его унять.
Головокружение отступало, по влажной от испарины спине пробежал озноб. Все хорошо. Он в камере, в арестантской на мысе Горн. Ждет, когда же его наконец позовут на допрос.
Когда мир вокруг принял четкие очертания и дыхание восстановилось, Тайрек снова лег на жесткий тюремный матрац. Воспоминания о ночном кошмаре все еще витали рядом, но, пожалуй, впервые они не задевали его так сильно, как прежде. До недавних времен Тайрек считал тот день из далекого детства, когда он потерял свою семью, худшим в своей жизни.
Он ошибался.
Обычно через Шайрели в Патагон раз в день проходил рейсовый паробус; на нем добраться до мыса Горн можно было бы за несколько часов. Но падение Сириона словно парализовало всю Империю; казалось, что та лишилась не только правительства, но и таких ординарных вроде бы вещей, как транспорт. В итоге путь, который в обычных условиях занял бы у Ники самое большее сутки, растянулся на несколько дней – непозволительно долго, учитывая обстоятельства.
Поначалу предстоящий поход Нику пугал: вдруг она свернет не туда или не сможет найти ночлег? Вдруг начнется вьюга и сделает дорогу непроходимой? А вдруг она наткнется на вражеский разъезд? Но стоявшие на перекрестках указатели не давали сбиться с пути, погода не спешила посылать снежные бури, а дороги были совершенно безлюдны, и беспокойство само собой поутихло. Зато его место заняли тревожные мысли о том, что сейчас происходит в Арамантиде. Смогли ли авионеры провести контратаку и вышибить врага из Сириона? А если нет, то что же будет дальше? Неужели Арамантида, великая и могущественная империя, правящая небом и миром, потерпела поражение?