Лесовка
Шрифт:
— Обойдется до свадьбы! А ты испарись с дороги, — количество яда в голосе дочки могло заставить любую гадюку умереть от зависти.
Василиса незаметным движением вытащила нож и приставила к горлу болотной жительнице:
— Лучше делай, что я скажу! Тогда, возможно, тебе повезет, когда я стану вашей Хозяйкой! Или, возможно, ты хочешь никогда не увидеть столь радостного дня?
Кикимора собиралась что-то ответить, но приставленное к горлу лезвие не давало даже сглотнуть, и она покорно опустила руку.
За закрывающейся дверью послышался топот многочисленных ног. Стража. Спешили на поиски беглецов. Только этого не хватало, всякие мерзкие типы будут рядом шастать. Придется установить дежурство, хотя в любом случае пришлось бы это сделать. Не доверяю я болотным тварям.
Наша немногочисленная компания разбрелась по комнате. Осинник хотел плюхнуться на широкую кровать с балдахином, но был изгнан кошкой, нагло раскидавшей свою шубу по белому покрывалу. Я все также сидел, откинувшись на диване.
Дочь заглянула в соседнюю комнату и обнаружила там бадью для мытья. С радостным визгом она унеслась мыться, но вскоре вернулась жутко расстроенной:
— В такой воде только грязевые ванны принимать. После первой помывки от кикиморы не отличить будет.
Она решила изобразить, в кого превратится, страшно гримасничая и вытягивая вперед крючковатые руки и зачем-то закатывая глаза.
— Это вурдалак смердящий, а не кикимора! — критиковал Остап, закинув ногу на подлокотник кресла.
— А вот так? — Василиса взлохматила волосы, закинула вверх руки и…
…за ее спиной раздался страшный грохот. Обвалилась стена.
Ягодка резко превратилась в человека, в руках мгновенно засветилось боевое заклинание. Девушка готова была отбиваться от неведомой напасти.
Глава 22. Неожиданная встреча
Выркалось. Хливкие шорьки
Пырялись по наве
И хрюкотали зелюки,
Как мюмзики в мове.
Узкий темный проход закончился. Беглецы вышли к краю широкого колодца, оказавшись в тупике. Они находились как раз посередине каменной башни, уходящей далеко ввысь. Стены от влаги покрывала склизкая зеленая плесень, снизу воняло гнилью, затхлостью и отходами. Константин свесился с парапета и посмотрел вниз:
— Это что за серпентарий?
В тусклом свете факела можно было разглядеть, как на дне извивались многочисленные гладкие тела. Они ворочались в большом клубке, ползая в грязной воде.
— На болоте скорее гадюшник, — предположил Жбанов, как хороший знаток природы.
— Это гнездо боевых пиявок, — пояснил шепотом Дед Пихто, покачав головой в знак неодобрения такой неосведомленности. — Как
— Да мы не местные, — оправдывался сконфуженный Федор, даже в полумраке можно было заметить, что он покраснел.
— Городские что ли?
Мужчины дружно закивали.
— Ну, коли так, — дед недоверчиво посмотрел на Жбанова. — Уж больно ты на богатыря похож. Я грешным делом, думал ты из дружины дубравной. Только там такие крепыши. А вот друг твой явно из городских ивашек, к ведунье не ходи.
— А я между прочим, один раз с боевой пиявкой уже встречался на болоте, — разобиделся Самойлов и продолжил громко хорохорится. — И выжил. Даже знаю, что она всех в говнянников переваривает.
— Ага. Встречался! — прищурился черт. — То-то так орешь, видимо, мало одного раза было? Али может судьба говнянника привечает? Почто воду баламутишь? Услышат — сползутся со всех сторон. Ох, беда с непутевыми ивашками.
Все трое замолчали и посмотрели вниз, непредвиденной атаки со стороны гадких мутантов пока не предвиделось. Раздался общий вздох облегчения.
— Они же очень болезненно реагируют на шум. Не люб он им.
Все тут же перешли на еле слышный шепот. Константин даже попытался объяснить свой вопрос знаками — каратешно размахивая руками и корча дикие рожи.
— Эк его! Неужто ужимную хворобу подхватил? — посетовал дед Пихто. — И где только успел? Ты это, держись подальше от нас, болезный. Слышь, Федор, можа его лучше вниз тю-тю? Чтоб не мучился в корчах.
— Тьфу! — разозлился Константин тому факту, что никто не понимает банального языка жестов, будто фильмов не смотрят. — Я спрашиваю, что дальше делать будем? Здесь тупик!
— Это у тебя в голове тупик, побочные эффекты от болезни, наверное, вона, как зубы скрипят! Поди еще и глисты? — проворчал черт, отодвигаясь подальше от пыхтящего злостью Самойлова, Пихто махнул рукой на дальнюю стену, где зиял такой же проход. — Нам сейчас тихо-тихо нужно перебраться вдоль стены по карнизу до того туннеля.
Дед впустую языком молоть больше не стал, обмотал тряпкой копыта, чтобы не цокали, ловко вскарабкался на парапет и шустренько засеменил на другую сторону. Константин и Федор обалдело переглянулись.
Однако ж делать нечего — пришлось не отставать. Худой Самойлов вполне сносно перемещался полубоком, а вот массивный, словно шкаф, Жбанов едва умещался на карнизе впечатавшись в стену спиной. Держаться было не за что. Передвигались с трудом и очень медленно, шаркая ногами, боясь оторвать ступню от твердой поверхности, зато нырнуть вниз проще простого, желающих только не находилось.
Опасной тропой давно не пользовались, и там скопился приличный слой пыли, который теперь бодро поднялся в воздух и стала медленно, словно туман, оседать.