Лесной дом
Шрифт:
— Да, мы не только умоемся тёплой водой, но и посуду ею помоем.
Приготовив завтрак, обе наконец решились выйти из дома и посмотреть, где и что делают мужчины. Прямо на крыльце Алиса чуть не споткнулась, обнаружив под ногами запись, не очень отчётливую, так как сделана она была явно строительным камнем: «Лиска, мы в лесу!»
— Понятно, — пробормотала она, покосившись на Лулу, которая таращилась на запись огромными глазами. Почему? Смутило имя Лиска?
Они спустились с лестницы, чтобы хорошенько осмотреться. Лула тихонько
Подошла ближе и даже осторожно потрогала один: одна кривая линия, а по бокам от неё две короткие и тоже кривоватые. Неужели такие странные пальцы с когтями? Алиса запрокинула голову, следя за линией этого следа: он пропадал под самой крышей. Залезли ли измигуны на чердак? Или пока ограничились лишь обследованием дома?
За спиной Кун негромко сказал:
— В первую ночь они пытаются сделать так, чтобы люди сами вышли из дома.
— А что будет во вторую? — не оглядываясь, спросила она.
— Будут стараться проникнуть через все двери и окна, какие только найдут.
— И через подвальные тоже?
— Да.
Она наконец обернулась.
Брат тоже стоял рядом.
Впервые разглядев Куна, Алиса поняла, что он очень симпатичный. Даже удивилась: она представляла его по смутным очертаниям в постоянной тьме или в полумраке довольно грубым по внешности. Но у оборотня под копной русых волос оказалось слегка округлое лицо, с намертво сжатыми (пока молчит) губами, часто прищуренными глазами. И даже нос, который должен быть, по впечатлениям, большим, был всего лишь небольшим, прямым. Если смотреть как на человека — лет, наверное, под тридцать. Вспомнив ночь, Алиса слабо улыбнулась: у него уже семья и дети!
— Что вы делали в лесу? — спросила она.
— Хотели поохотиться на кроликов, — проворчал Кун.
Забыв о следующем вопросе, Алиса подняла брови. Интересно, откуда он взял слишком свободную (сам он невысок, хоть и широкоплеч) рубаху и, видно, старые, но крепкие штаны? Неужели Виктор поискал, во что бы одеться оборотню?
— Вы сказали об этом желании очень недовольно, — заметила она. — Ничего не получается? Или это только начало?
Кун что-то невнятно пробормотал, Виктор насупился и отвернулся, и Алиса со вздохом пригласила:
— Идёмте в кухню — завтракать. Мы с Лулой уже приготовили всё, что нашли.
Кун внезапно поклонился Алисе и поднял руку — со связкой каких-то пушных зверьков. Ошалевшая, девушка не сразу поняла, что он отдаёт ей настрелянных кроликов.
— Я обещал леди, что возмещу съеденное вчера мясо, — церемонно сказал оборотень.
От неожиданности Алиса растерялась и приняла мясо, боковым зрением отметив, что Лула, помалкивавшая рядышком, явно обрадовалась. Любопытно, умеет ли белобрысенькая разделывать крольчатину? А то её хозяйка имеет всего лишь примерное представление об этой
За столом, покончив полностью со вчерашними, оставленными им припасами, Алиса начала храбриться, что всё-таки лес рядом, что есть грибы, в конце концов! — так что они с братом и белобрысенькой не пропадут.
Именно в тот момент, когда искусственное подбадривание всё-таки начинало перерастать в пессимистичное угрюмство, Кун спокойно сказал — как ни в чём ни бывало:
— Останусь с вами ещё на одну ночь.
— Почему? — Про себя Алиса обрадовалась, но причину его решения узнать всё-таки захотела.
— Я… боюсь вас оставлять здесь, — раздражённо сказал оборотень. — Вы слишком наивны, когда думаете о себе, что можете сделать то, чего не может сделать другой.
Ха, что он имеет в виду? Их вчерашнее упрямство, когда они решили подойти к входной двери? Или их положение со скудными припасами? Кажется, Виктор решил, что последнее, потому что обиделся и даже не стал скрывать этого. Правда, Кун не обратил внимания на его обиду, потому что сказал:
— Мясо у вас теперь есть. Мне же надо бы, чтобы моя нога зажила настолько, чтобы я мог уверенней на неё опираться. Иначе мне не дойти до своих.
— А давай мы тебе костыли сделаем? — предложил мгновенно проникнувшийся его горестью Виктор. — Тогда сможешь ходить, не опираясь на раненую ногу. А то и правда, хромаешь сильно.
Снисходительная улыбка оборотня подсказала, что он, вообще-то, говорит несколько о другом. Но он быстро смял эту улыбку и спросил:
— Вы всё ещё собираетесь оставаться в этом доме, леди Алиссия?
— Да, — твёрдо сказала она. Виктор кивнул, и только Лула вздохнула.
— Значит, сегодня вечером мы готовим дом к защите от измигунов, — жёстко сказал Кун, — а днём я собираюсь снова учить вашего брата охоте.
И после завтрака хромающий Кун вместе с Виктором ушли в лес. Лула вызвалась помыть посуду. Алиса побродила по дому, размышляя обо всём подряд, пока не сообразила, что кое-что из её специализации может пригодиться, не только для того чтобы греть воду. Но для начала она решила убедиться, что маг может иметь только одну особенность. Для чего взяла опустевший чайник и побежала с ним к ручью, чтобы уж не слишком выглядеть пустословной на кухне.
Принеся воды, она водрузила чайник на кухонный стол, куда уже привычно ставили принесённую воду, и поинтересовалась:
— Лула, а ты маг?
— Нет, что вы, леди Алиссия! У меня только задатки нашли, но не настолько они были хороши, чтобы развивать их дальше! — удивилась девица, расставлявшая тарелки по местам. И почти как Виктор полюбопытствовала: — А что?
— Жалею, что маги имеют только одно свойство, — вздохнула Алиса.
— Да, — мечтательно поддакнула белобрысенькая. — Универсальным может быть только очень сильным маг.
И потянулась взять чашки, чтобы сполоснуть и их.
— Лула, тебе ещё много посуды мыть?